Джоан Роулинг – Человек с клеймом (страница 118)

Альби вышел из метро на станции Ноттинг-Хилл-Гейт, а Робин последовала за ним по Пембридж-роуд и за угол, где он вошел в паб под названием "Сияющее Солнце" с изогнутым ярко-желтым фасадом. Робин отправила Ким сообщение с его местоположением, затем зашла в паб и увидела Альби, сидящего в одиночестве за столиком с пинтой в руке.

Робин не решилась подойти к нему слишком близко, поэтому заказала себе томатный сок и осталась у бара, периодически поглядывая на Альби в зеркало и смотря в телефон, чтобы усилить впечатление женщины, ожидающей запоздалую подругу.

Открыв WhatsApp, Робин увидела, что она только что получила новое и очень длинное сообщение с неизвестного номера.

Здравствуйте, это Хлоя Гриффитс, дочь Иэна Гриффитса. Папа попросил меня связаться с вами в качестве свидетеля по делу Тайлера Пауэлла. Я не собиралась этого делать, но мой парень считает, что я должна рассказать вам правду, даже если папа не хочет ее слышать.

Знаю, папа говорил вам, что Тайлер определенно не причастен к той автокатастрофе, и я не говорю, что он причастен, но я точно знаю, что Тайлер не такой милый парень, каким его считает папа. Папа считает, что любой, кто любит Steely Dan и хочет научиться играть на гитаре, должен быть хорошим парнем, но Тайлер – нет.

Он становится очень настойчивым с девушками, когда пьян, он делал это со многими моими подругами. Папа его жалеет, он думает, что Тайлер отчаянно нуждается в любви или что-то в этом роде, потому что его родители не очень-то к нему добры, поэтому он думает, что все это безобидно, но это не так. Энн-Мари встречалась с Тайлером всего пару раз, и он начал говорить о свадьбе. Папа думал, что это показывает, что Тайлер хочет иметь свою собственную семью, но Энн-Мари действительно пугала его напористость и собственнические чувства, ведь они встречались всего дважды, и Тайлер был очень зол, что она его бросила, и говорил о ней всякие гадости.

У другой моей знакомой девушки по имени Зета тоже был неприятный опыт с Тайлером, но она так и не обратилась в полицию, хотя многие из нас советовали ей это сделать, но она сказала, что у нее нет доказательств. Я не хочу рассказывать, что произошло, потому что она, возможно, не захочет об этом говорить, но вы можете попробовать поговорить с ней. Ее номер телефона: 07700 942369.

Мы с Тайлером были почти друзьями, когда мы только переехали в дом напротив, потому что мне было его жаль, а моя мама только что умерла, и он к этому отнесся по-доброму. Он немного заторможенный, и я видела, что он несчастлив дома, но потом он начал постоянно придумывать предлоги, чтобы приходить к нам домой, и, кажется, он брал уроки игры на гитаре у папы только для того, чтобы попытаться пофлиртовать со мной. Тайлер из тех, кто считает, что если девушка с ним хорошо обращается, то она хочет с ним встречаться. Когда я сказала ему, что у меня есть парень, он стал совсем отвратительным и перестал ходить на уроки игры на гитаре, а его бабушка стала ужасно со мной обращаться.

Энн-Мари была одной из моих лучших подруг, и, честно говоря, одной из причин, по которой я хотела поехать путешествовать, было то, что мне не пришлось бы все время думать о ее смерти. К тому же, люди вроде как сговорились против меня, потому что папа постоянно защищал Тайлера, и люди думали, что я, должно быть, думаю так же, ведь мы с Тайлером когда-то были друзьями.

Я не могу доказать, что Тайлер что-то сделал с машиной той ночью, но то, что он собрал вещи и уехал из Айронбриджа, – это очень странно, ведь он никогда раньше не хотел жить где-то еще. Папа не может жаловаться, что я сказала вам правду, просто потому что он не хочет ее слышать.

Через несколько секунд после того, как Робин закончила читать это сообщение, ей позвонил Страйк.

– Привет, где ты? Ты можешь говорить?

– Да, я в пабе, – сказала Робин, глядя на Альби в зеркало.

– Мой старый приятель по "Семнадцати звездам", Харди, приезжает в город на свадьбу родственника на следующей неделе, и он думает, что сможет устроить нам частную экскурсию по Залу масонов. Хочешь посмотреть Храм Семнадцать?

Робин колебалась. Ей было очень любопытно увидеть Зал масонов, особенно в рамках частной экскурсии, но она продолжала злиться на Страйка.

– Нет, мы и так перегружены. Ты оставайся с Сэмплом, а я продолжу с Тайлером Пауэллом. Мне только что пришло сообщение от Хлои Гриффитс, бывшей соседки Тайлера. Я перешлю его тебе.

– Хорошо, – сказал Страйк, разочарованный; он был уверен, что она захочет посмотреть Зал Масонов. – Ты сегодня днем смотришь новый "лендровер", да?

– Да, – сказала Робин. – Мне лучше идти, через минуту я меняюсь с Ким.

Сказав это, она увидела, как в паб вошла субподрядчик.

– Пока, – сказала Робин Страйку и повесила трубку.

– Альби – это тот блондин, что сидит один, – сказала Робин Ким, не глядя на нее. Они стояли лицом к бару, и, как выглядело со стороны, не были связаны друг с другом. – Ты сможешь подобраться к нему ближе, чем я… а, – сказала Робин, глядя в зеркало. В паб только что вошла симпатичная молодая женщина с блестящими, почти черными волосами и помахала Альби.

– Нас очень интересует девушка по имени Тиш Бентон, – тихо сказала Робин Ким, пока новенькая покупала себе выпивку в дальнем конце бара. – Это может быть она. Если ты сможешь подойти достаточно близко, чтобы услышать ее имя, было бы здорово.

– Да, я думаю, это в моих силах, – ответила Ким.

– Рада это слышать, – резко сказала Робин и ушла.

Глава 72

… мы заключили союз, несмотря на то, что мои боги не были твоими; потому что мы были братьями в священных таинствах…

Альберт Пайк

Мораль и догма Древнего и принятого шотландского устава масонства

Робин не знала, что в данный момент Страйк был занят расследованием проблемы, которую он считал даже более важной, чем установление личности тела в серебряном хранилище.

Размышляя над тем, как лучше всего избавиться от слежки, которую установил за Бижу бывший любовник, и найти укромное место, подходящее для сдачи мазков ДНК, он решил снова обратиться к своим обширным знаниям лондонских пятизвездочных отелей. Тем же холодным, сырым утром, когда он договорился встретиться со старым другом Грэмом Хардэйкром для экскурсии по Залу масонов, Страйк слонялся по своей мансардной квартире до десяти минут десятого, полагая, что к этому часу Бижу уже, вероятно, будет бодрствовать – но все еще дома, без подслушивающих и прохожих. Он потянулся за дубинкой Теда и сидел, вертя ее в руках, ожидая, пока она ответит – что она и сделала спустя несколько гудков.

– Алло?

– Это я, – сказал Страйк. – У меня есть план по поводу ДНК-теста.

– О, слава Богу, – горячо воскликнул Бижу. – Сегодня?

– Послезавтра, – сказал Страйк. – Но ты не можешь никому рассказывать…

– Я не расскажу! – пронзительно крикнула Бижу. – Ради бога, неужели ты думаешь, я хочу, чтобы люди узнали?

– Хорошо, я забронировал номер в "Савое", – сказал Страйк.

– В отеле?

– Нет, в капусте, – раздраженно ответил Страйк. – Конечно же, в чертовом отеле.

– Мы не можем встретиться в отеле, это будет выглядеть…

– Слушай, – перебил Страйк, предвидя ее возражения и не настроенный их терпеть. – Это самый чертовски запутанный отель в Лондоне, там настоящий лабиринт. Два входа – передний и задний, и три разных лифта, ведущих в разные части здания. Они действуют осторожно и профессионально, привыкли к знаменитостям, поэтому не позволят себя обмануть и выдать какую-либо информацию о бронировании. Никто не сможет проследить за тобой до номера или доказать, с кем ты встречалась или что ты там делала, пока ты будешь следовать моим инструкциям.

– Но…

– Какова вероятность, что мы встретимся, чтобы переспать, в дорогом отеле, в городе, где у нас обоих есть квартиры, когда у тебя с собой ребенок? Ты идешь встретиться со старой американской подругой, которая в городе всего на двадцать четыре часа по делам, но хочет увидеть ребенка. Ты пьешь с ней кофе в ее номере в четыре часа. Это и говоришь, если нужна история.

– Ладно, – сказала Бижу неуверенно.

– У тебя есть ручка?

– Да, – ответила она, и он услышал, как она роется. – Давай.

– Ты идешь через главный вход. Без скрытности, тебе нечего скрывать. Прямо через лобби, вниз по ступеням, налево, а потом направо. Это приведет тебя к красному лифту.

– Красный лифт, – повторила Бижу, явно делая записи.

– Если за тобой кто-то следит, это будет очевидно, потому что у него не будет другого выбора, кроме как зайти вместе с тобой в лифт. Если кто-то все же зайдет – и мне все равно, насколько невинно он выглядит – выходи. Притворись, что что-то забыла или поняла, что ты не в том лифте – есть еще зеленый и синий. Если тот, кто зашел с тобой в лифт, выйдет с тобой, ты должна остановиться как вкопанная и дать понять, что считаешь его поведение странным.

– Как?

– Смотри на него пристально. Дай понять, что ты настороже. Ему нужно почувствовать, что прикрытие сорвано и что он рискует – ты можешь подойти к нему или сообщить сотруднику отеля, что за тобой следят.

– А что, если он спросит, куда я иду? Если подойдет напрямую?

– Тогда ты либо рассказываешь, что встречаешься с американской подругой наверху, либо спрашиваешь, какое ему до этого дело. Не садись ни с кем в лифт, поняла?