Джо Спейн – Шесть убийственных причин (страница 7)

Младшим Латтимерам Дэнни с его вечно загорелой, загрубевшей от морского ветра кожей всегда казался старым. Теперь волосы его поредели, он выглядел уже не таким крепким и сильным. Однако, напомнила себе Клио, ему уже за шестьдесят. Время не щадит никого.

— Вот все и в сборе, — заметил он.

— Скучали по тебе, — улыбнулась в ответ Клио.

— Ну да, ну да, — произнес дядя Дэнни, никогда не отличавшийся особой сентиментальностью. — Наверх едете?

— А что, в деревне уже вовсю судачат?

— Конечно. Лучше бы занимались своими делами. Как будто здесь есть хоть одна семья без скелетов в шкафу.

— Боже, Дэнни, — протянул Райан. — Не покушайся на наш единственный талант. Разве это не прерогатива Латтимеров — давать повод для грязных слухов?

— Райан, ну в самом деле, — возмутилась Кэйт.

— Ты оттуда? — спросила Клио, перебив сестру. — Как он?

— Вернулся, — просто ответил Дэнни.

— Ну что ж, поедем дальше, — сказал Джеймс. — Рады тебя видеть, Дэнни.

— Еще увидимся, — бросил Дэнни и зашагал дальше, в городок.

— Точно увидимся? — крикнул Джеймс ему вслед, но тот лишь поднял руку в знак прощания.

— Зачем ему возвращаться в дом? — спросил Джеймс, обращаясь уже к остальным, — Разве сегодня не семейный ужин?

— Дэнни член семьи, — заметила Клио.

Джеймс не ответил. Он снова включил передачу и поехал дальше. Через несколько секунд дорога сделала поворот и показались первые дома Спэниш-Коува: яркие крыши, цветущие террасы, устроенные на склонах, где в несколько ярусов теснились постройки, белые ограды с самодельными декоративными украшениями и музыкальными подвесками. Под дуновением бриза они крутились, время от времени звеня и поблескивая металлическими трубками и спиралями.

Наконец дорога пошла вверх, к дому на холме — внушительному двухэтажному особняку из бежевого камня, с выпуклыми эркерами, глядящими на залив, паром в Пасседж-Исте и пальмы во дворе.

Клио вздрогнула, и, Райан, придвинувшись ближе, взял ее за руку.

— Нет ничего ни плохого, ни хорошего, лишь размышление делает это таким, — сказал он.

— Да ты у нас прямо Шекспир, а? — иронично заметил Джеймс. — Не понимаю, почему тебя до сих пор не печатают.

Клио подалась вперед и щелкнула Джеймса по уху.

— Прекрати говорить гадости, — заявила она, тут же добавив: — За гадости у нас отвечаю я.

Улыбаясь, Джеймс отмахнулся от нее, слишком довольный своим остроумием, чтобы извиняться. Азатем, взяв ключ-брелок, направил его на пульт, установленный у въезда в сад. Створки черных кованых чугунных ворот поползли в стороны.

Дом стоит в поселке, но отдельно от остальных. Это важно, об этом следует помнить.

После

— Вы ведь старый друг семьи, Дэнни?

Дэнни изучающе смотрел на юнца, который допрашивал его — «следователь Даунс», так тот попросил к нему обращаться. Но когда он начал задавать свои вопросы, Дэнни смерил его взглядом; сопляк сразу сдался и заюлил: «Ну или как вам больше нравится».

Возомнят же некоторые о себе! Подумаешь, заделался городским: Дэнни-то помнит следователя Даунса мелким пацаном, которого старшие братья подбивали воровать конфеты у престарелых торговцев газетами в Альбертстауне. Интересно, помнит ли его кто-нибудь из Латтимеров. Вряд ли. Они отрезали себя от мира после… после Кэтлин.

— Да, старый.

— Хорошо всех знаете?

— Насколько посторонний человек может знать членов семьи, то есть не так уж и хорошо.

— Простите?

Дэнни поерзал на неудобном маленьком пластиковом стуле, чувствуя, как вверх по спине и по животу растекается боль.

— Разговоры за закрытыми дверями и все такое, — пояснил он.

Юнец явно ничего не понял. Боже, и кому только поручают расследования?

— Ясно. И, гм, повторите, пожалуйста, что вы делали, когда Фрейзер упал в воду?

Дэнни потер подбородок и взглянул на следователя Даунса сверху вниз.

— Знаешь, что обычно делает капитан на судне, сынок?

Следователь Даунс покраснел.

— Управляет своей посудиной, — сам ответил на свой вопрос Дэнни.

Следователь ненадолго замолк, но потом на его губах появилась робкая улыбка.

— Я задаю этот вопрос, потому что вы первым заметили, что Фрейзер за бортом. Но при этом вы не видели, как он упал за борт?

— Нет.

— Как же тогда вы его заметили?

Дэнни вздохнул.

— Двигатель заглох. Я снова запустил его, и яхту слегка дернуло. Выправил курс и пошел проверить, всё ли в порядке. Увидел кровь на правом борту. Сам не знаю, что меня дернуло глянуть за борт. Может, интуиция? Вот и заметил.

— Вы, кажется, не особенно переживаете.

Дэнни пристально посмотрел на следователя Даунса, потом медленно покачал головой. Что этот младенец может знать о чувствах? Ну да, он не рыдает и не скрежещет зубами. Фрейзер мертв; лучший друг за последние сорок с лишним лет. Дэнни считал, что имеет право чувствовать все что угодно и выражать чувства так, как ему заблагорассудится.

— Сегодня на борту много ссорились? — продолжал настаивать следователь.

— Не сказал бы, что много, — уклончиво произнес Дэнни.

Молодой все ждал и ждал. Дэнни сидел молча. Наконец мальчишка сломался.

— Повсюду осколки, и Адам с Джеймсом изрядно друг друга потрепали.

— Ну да, — подтвердил Дэнни.

— Э-э… с чего это началось?

— А с чего обычно начинается ссора в семье?

Молчание.

— Выпивка?

Десять очков начинающему следователю.

— А еще что-то происходило? — не унимался тот. — Фрейзер с кем-нибудь ругался?

— Может, и ругался.

— С кем?

Дэнни поджал губы.

— Не стоит забывать, что Фрейзер был моим другом. В эти выходные ему досталось. Вот все, что могу сказать, хотя и люблю его детей.

— Думаете, кто-то из них напал на Фрейзера? Вы на это намекаете?

— Я намекаю, что — спорю на что угодно — они не собираются откровенничать о том, почему на самом деле приехали домой. Повторяю: это все, что я могу сказать.