Джо Спейн – Шесть убийственных причин (страница 54)
Джеймс пробежал глазами текст. Потом поднял на Роба непонимающий, испуганный взгляд.
— И как вы это объясните? — спросил Роб. Джеймс понуро опустил голову.
Клио
Шли месяцы, об Адаме никто ничего не слышал, и в доме становилось все более уныло.
Сначала мать не сомневалась, что он сбежал, просто чтобы разобраться в себе. Через несколько дней пришло письмо от хозяина квартиры с возвратом залога и сожалениями о потере хорошего жильца. Потом пришли результаты экзаменов, адресованные в Спэниш-Коув. Адам провалил несколько модулей, и ему предстояла пересдача в сентябре.
Наступил сентябрь, по-прежнему ничего.
«Он впал в панику», — объясняла всем Кэтлин. Она злилась на себя за то, что ничего не заметила. «Все потому, что слишком погрузилась в проблемы с Райаном», — говорила она. Райан съехал из дома, снова начал употреблять наркотики, и потом, в августе, у него была передозировка. Он едва выжил и сейчас лежал в клинике и не хотел говорить ни с кем из родственников. Врачи ничего не скрывали, если Райан не хочет, чтобы ему помогли, никто его не спасет, и неизвестно, случайная это передозировка или нет.
Все это время Кэтлин умудрялась всех поддерживать. Она ничуть не сомневалась, что с Адамом все хорошо, что бы ни говорили вокруг и что бы ни говорили дома.
Иногда выдавались тяжелые дни: Кэтлин все же только человек. Клио никому ничего не говорила, но заметила, что вечером мать иногда принимает какие-то таблетки, видимо, чтобы уснуть. А иногда Кэтлин глотала таблетки и днем.
Папа не хотел даже говорить об Адаме. Он неохотно помогал в организации поисков, и, судя по всему, первое место среди его эмоций занимал гнев.
Кэйт и Элен считали, что брат покончил с собой. Они не высказывали свое мнение вслух, но это становилось ясно по их умолчаниям и отказу обсуждать, что будет, когда он найдется, и что произойдет после этого.
Джеймс поначалу считал, что Адам сбежал, но шло время, и он тоже перешел в лагерь сторонников версии самоубийства. И даже имел глупость заявить об этом во всеуслышание, за что Клио едва его не прибила.
Клио дергала за нитку, торчащую из наволочки. Она не хотела огорчать мать рассказом о своих тревогах. На матери держался весь дом.
Всегда. Кэтлин играла роль дипломатического корпуса во всех семейных спорах, в столкновениях детей с Фрейзером и друг с другом. Она всегда чувствовала, когда лучше встать на чью-то сторону или отойти в сторону и поддержать обоих; но в последний год стресс брал свое. Споры с Фрейзером измотали ее.
Ступив на ступеньку, Клио сразу поняла, что они снова спорят, на сей раз, судя по звуку, у Фрейзера в комнате.
Клио не знала точно, почему ее родители спят в разных комнатах. Как-то раз она спросила об этом маму, и та засмеялась и ответила, что Фрейзер храпит, как паровоз. В другой раз она сказала, что еще много лет назад привыкла уходить с Клио на ночь в другую комнату, чтобы не будить Фрейзера, когда ее кормит.
Сама Клио не вполне доверяла ни одному из объяснений, но предполагала, что здесь всего понемногу. Райан в свое время говорил, что Кэтлин ушла в другую комнату, потому что не хочет больше детей.
— Ты ее добила, Клио. Маленькая, ты никогда не засыпала больше чем на два часа.
В ответ она немедленно посылала его подальше.
Клио тихо прошла по лестничной площадке к двери комнаты Фрейзера. Ей нужны были деньги. Она собиралась пойти повеселиться и не хотела, чтобы дрязги родителей расстроили ей планы. Но ее рука застыла у двери, так и не отворив ее. Сначала нужно послушать, о чем они говорят.
— Я просто не понимаю, почему ты так мало делаешь для поисков Адама! — говорила Кэтлин. — Можно подумать, тебе все равно. Но Адам не Райан. Ты же любишь Адама!
— Я люблю Райана, — возразил Фрейзер.
Клио, стоявшая за дверью, приподняла бровь. Ну да, конечно.
— Я не хочу сказать… ты знаешь, что я хочу сказать, Фрейзер.
Отец вздохнул.
— Да, знаю. Тебе кажется, что я махнул рукой на Райана, а теперь и на Адама тоже. Неужели ты обо мне так плохо думаешь, Кэт? Я никогда не отказывался от Райана. Ведь я же плачу за его реабилитацию, разве нет? Я просто не собираюсь идти у него на поводу, черт возьми. Он наркоша, милая. С ним пожестче нужно, вот что.
Клио почти услышала, как мать покоробили эти слова.
— Что ж, говорят, что на все есть причины, — пробормотала она.
— Не моя вина, что парень сбился с пути, — отрезал Фрейзер.
— Я и не говорю, что твоя, Фрейзер, но ты всегда вел себя с ним очень жестко. Ладно, слушай, — тон Кэтлин изменился, стал скорее просительным, чем обвиняющим. — Сейчас самое важное — Адам. Я знаю, что он жив, Фрейзер. Нам просто нужна помощь, чтобы его найти.
— Выброшенные деньги. Парень или вернется, или нет. Если он не хочет, чтобы его нашли, стоит ли нам его искать?
— Мне нужно знать! — всхлипнула Кэтлин.
Наступило молчание. У Клио все сжалось внутри.
— Да, — наконец произнес отец. — Я знаю, девочка. Знаю. Не могу видеть тебя такой расстроенной, просто не могу, меня это убивает. Эти таблетки, они как, помогают? Хочешь, я достану еще?
— Не хочу я никаких таблеток, Фрейзер, мне нужен мой сын. Мои
— Может, тебе увеличить дозу…
— Просто уступи, Фрейзер! Найми частного детектива, прошу тебя. Если мы найдем Адама, не обязательно заставлять его вернуться. Мне достаточно знать, что он жив и здоров.
Клио затаила дыхание.
— Хорошо, — сказал Фрейзер. — Сделаем. Если тебе так будет легче, все сделаем.
Клио снова услышала всхлип матери, но теперь в нем слышалось облегчение.
Она подняла руку и постучалась, а потом открыла дверь. Кэтлин отвернулась. Она стояла лицом к сидящему на постели отцу. При виде дочери лицо Фрейзера смягчилось.
— Что тебе нужно, милая? Мы с твоей матерью просто разговариваем.
— Да, знаю, — сказала Клио. — Э, можно одолжить немного денег?
Фрейзер улыбнулся.
— Хэх, как на прошлой неделе? Мы как, ведем учет, девочка? А процент начислять?
— Ростовщичество — это грех, — парировала Клио.
— Ну, раз ты такая умная, легко найдешь работу на лето! — засмеялся Фрейзер. В это время Кэтлин повернулась к ней, и на ее лице появилась улыбка.
— Как можно тебе отказать?
Клио натянуто улыбнулась.
— Мой кошелек внизу, — делано вздохнул Фрейзер. — Пойду, посмотрю, что можно наскрести. Можешь пока заварить мне чашечку чая, прежде чем упорхнешь с моими деньгами.
— Обещаю, — заверила Клио.
Она посторонилась, пропуская отца, но осталась в комнате с матерью.
— Мам, вы что-то… вы что-то от меня скрываете?
— О чем ты? — удивленно переспросила Кэтлин.
— Адам — он что-то натворил?
— Например?
— Не знаю, — сказала Клио. — Просто последние несколько дней он дома ходил сам не свой. У него были какие-то неприятности? Он ничего не рассказывал тебе или папе?
Мать подошла к Клио и положила руки ей на плечи.
— Он ничего мне не говорил, — медленно и задумчиво сказала она. — Но это не значит, что ничего не было. Я столько раз обо всем передумала. Адам знал, что я переживаю из-за Райана, и, конечно, ему не хотелось меня расстраивать, но я бы все равно почувствовала, если бы он попал в беду. О, милая, я знаю, что все думают, и знаю, что все говорят. Но с Адамом все хорошо, я чувствую это вот здесь, внутри. Он никогда ничего с собой не сделает. Ни за что на свете. Если бы произошел несчастный случай, мы бы уже узнали. Просто ему нужно время. Все равно, черт возьми, придушу его, когда мы его найдем, не сомневайся. Но пока не выяснится что-то другое, я останусь при своем мнении.
Клио кивнула. Ей хотелось рассказать маме о своих подозрениях, но она не нашла слов. Не сейчас, когда мать и без того волнуется.
И Клио решила надеяться. Представлять себе, что детектив, которого собирается нанять папа, все же разыщет брата. Или по крайней мере выяснит, что именно произошло.
Откуда ей было знать, что весной он принесет ужасные вести? Скажет, что Адам, вероятно, погиб. Откуда ей было знать, что отец сообщит об этом матери? И что отец будет давить на мать, чтобы она смирилась, и как раз в это самое время у Райана начнется обострение.
И что сердце матери, переполненное любовью к детям, в конце концов разорвется от горя.
Через несколько месяцев в Спэниш-Коуве останутся Клио, Элен и отец. Ни Адама, ни Райана. Джеймс наслаждается жизнью в Дублине. А за ним туда по-быстрому свалила и Кэйт.