Джо Спейн – Кто убил Оливию Коллинз? (страница 10)
— Вот как. — Фрэнк обратил внимание, что энтузиазм у Эммы пропал. Уволили, живет на деньги папочки. Пусть этот Джордж и писаный красавец, но в остальном — типичный тридцатипятилетний неудачник. — Стало быть, папа при деньгах?
— Можно и так сказать. Мой отец Стю Ричмонд.
Джордж замялся, будто ждал реакции.
Фрэнк покачал головой. Это имя ему ни о чем не говорило, но, видимо, кто-то известный.
— Неужели! — воскликнула Эмма. — Так вы сын Стю Ричмонда?
— Ну да.
— Ух ты. Это же… — Она глянула на Фрэнка, который поднял руки вверх, давая понять, что он не в теме.
— Наш ирландский Саймон Коуэлл? — спросила она, повышая от удивления голос. — Менеджер «Сиквенс», «Мисси-Би» и «Дабл-ю-Сквад»?
— Как насчет «Битлз»? «Флитвуд»? «Роллинг Стоунз»?
Джордж улыбнулся, а Эмма только с досадой покачала головой.
— Ну да, — сказал Джордж. — Я их тоже больше люблю. Но мой папаша специализируется на попсе. Крутится там, где деньги. Теперь он ищет таланты для крупных лейблов.
— Ясно. Впрочем, мы здесь не затем, чтобы обсуждать музыку. Нас интересует ваша соседка, Оливия. — Фрэнку пришлось продолжать разговор самостоятельно. У Эммы был такой вид, будто она вот-вот рванет домой за старыми номерами «Биллборда», чтобы попросить автограф. — Вы хорошо ее знали?
— Не особенно. Я предпочитаю одиночество. Да и как может быть иначе в таком изолированном месте? Улыбайся, поддерживай разговор, но забор повыше и дверь на замок. Одно время пытались — вечеринки на улице, посиделки на Новый год и тому подобное, — но постепенно все сошло на нет. Оливия, пожалуй, больше других старалась, бедняга. Раз зашла ко мне, что-то спрашивала, потом попросила взять ключ от ее дома, на случай если она свой забудет. Мне показалось это лишним. Здесь у нас можно просто оставить ключ под половиком. Но ей, понимаете, хотелось настоящих добрососедских отношений.
— Так у вас, значит, есть ключ от ее дома? — оживился Фрэнк. — А в доме у нее вы бывали?
Джордж моргнул.
— Нет, ни разу. И сильно сомневаюсь, что я единственный обладатель ключа. Я ей тоже дал ключ от своего. Кстати говоря, нельзя ли мне его вернуть? Ведь она умерла.
— Конечно, можно, мы этим еще займемся. Но сейчас расскажите поподробнее про тот ключ, что у вас.
Джордж открыл было рот, собираясь что-то сказать, но осекся. Щеки его покраснели.
— О, — сказал он. — Понимаю. Клянусь, я даже не прикасался к нему. Я никогда не заходил к ней, ни разу. Ключ висит у меня в прихожей, вы мимо него прошли. А что все-таки с ней могло случиться, как вы думаете?
Фрэнк заерзал в кресле, скрипя кожаной обивкой. День становился все теплее и теплее. И соседи Оливии тоже.
— У вас были какие-то особые отношения с мисс Коллинз? Похоже, не всем жителям она… ну, скажем так, по крайней мере, с одной семьей в Долине она, видимо, не ладила.
— Дэли? — спросил Джордж.
— Вы об этом знаете?
— Нет. Но вы ведь ни к кому больше не заходили. Фрэнк наклонил голову. Тут Джордж его поймал.
— Не могу вдаваться в подробности, — ответил Фрэнк.
— Понимаю. — Джордж кивнул. — Просто все эти расспросы и обход домов — выглядит так, что есть подозрения, что с ней случилось что-то нехорошее.
Фрэнк поджал губы.
Джордж подождал, но потом сдался.
— Я с ней вполне ладил. Не скажу про других соседей, но я с ней никогда не ссорился.
— А третьего марта вы находились…
— Здесь. Я последнее время мало где бываю, работаю из дома. То есть я мог куда-то отлучиться, в магазин, например, но никуда не уезжал, не сидел весь день на совещании, ничего такого. И, сразу отвечу на следующий вопрос, ничего необычного я не заметил.
— Хорошо, — сказал Фрэнк. Вопросы у него кончились. Но ему пока не хотелось уходить. Хотелось посидеть еще с Джорджем Ричмондом и посмотреть, не скажет ли он еще чего.
Фрэнк очень не любил, когда дразнили его любопытство.
Крисси и Мэтт
Когда Крисси и Мэтт Хеннесси въехали в дом №5, почти двенадцать лет назад, Крисси, будучи уже на большом сроке беременности, первым делом устроила прием для новых соседей.
Она прочла все книжки о воспитании детей. В них говорилось, что ребенку необходимо общение, а Крисси в здешних местах никого не знала. Мэтт не вылезал с работы. А семья Крисси состояла из отца и двух братьев, от которых толку как от козла молока. Она всю жизнь прожила в городе, все ее друзья остались там и не горели желанием приезжать погостить в деревню.
Когда они с Мэттом переезжали, она разузнала, что в Пустой Долине есть несколько женщин. Но без маленьких детей, что ее несколько беспокоило. Разве что в №2 жила молодая чернокожая пара, и муж, Дэвид, сказал, что они хотят ребенка.
У миссис Каземи, ближневосточного вида женщины из №3, был сын-подросток, что означало хотя бы наличие опыта общения с детьми. Оливия Коллинз из соседнего дома, бездетная и постарше, вела себя очень приветливо и надолго заболталась с ними, когда они приезжали смотреть дом. Амелия Миллер, еще одна бездетная соседка с другой стороны, тоже казалась симпатичной.
Как знать, может, соседки будут рады посидеть с ее ребенком? Крисси твердо решила завязать со всеми дружбу и потихоньку втянуть их в воспитательный процесс. Ее терзал жуткий страх, что одна, без посторонней помощи, она не справится. Чего скрывать, ее собственная мать, бросившая детей с отцом, служила не лучшим примером для подражания.
Под горестные вздохи и стоны Мэтта о финансовых затруднениях Крисси заказала на сайте супермаркета целое пиршество (ее живот к тому времени вырос настолько, что в магазине она могла запросто опрокинуться в тележку). Кулинарные навыки Крисси ограничивались размораживанием вафель из морозилки и лапшой-карри быстрого приготовления, но она решила, что даже ей по силам приготовить достаточно презентабельные мини-маффины. Инстинкт подсказывал, что нужно организовать пафосный прием, чтобы вписаться в местное общество: бутылками с сидром и пакетиками чипсов не обойдешься. Поэтому, в придачу к нескольким ящикам пива, она заказала еще и ящик шампанского (у Мэтта чуть не случилась истерика). Вуаля. Вот вам фуршет с доставкой на дом.
После визита профессиональной службы уборки и ее оформления дом выглядел потрясающе. Приближался Хэллоуин, и Крисси понаставила повсюду головы из тыкв с фонариками и декоративные светильники. Вокруг тарелок с едой притаились пластиковые пауки, она даже развесила искусственную паутину.
Самой Крисси результат очень понравился, и даже на Мэтта ее усилия произвели впечатление, несмотря на затраты.
— Как же мне повезло, а? — сказал он, обняв ее сзади, осторожно охватывая руками живот. — Жена, хозяюшка, да еще и красавица, прямо-таки сексуальная богиня плодородия.
Крисси рассмеялась.
— Мэтт, не дави мне на живот, я от этого пукаю. Сексуальная — это сильно сказано, наверное. А если ребенок пошевелится, мой мочевой пузырь не выдержит, и я написаю тебе в ботинок.
— Разве ж это не сексуально, когда Крисси немного описается?
Тогда между ними было вот так — нежная любовь и гармония.
Предстоял чудесный вечер. И соседи вроде на него настроились.
Оливия Коллинз заявилась раньше времени с двумя бутылками вина и принялась восторженно расхваливать дизайнерские способности Крисси.
Крисси всегда предпочитала водку с тоником, но на сей раз налила себе бокал шампанского, чтобы расслабиться перед приходом гостей. Шестьсот фунтов потрачено на шесть бутылок, не грех и пригубить бокал, хотя бы попробовать.
Но все-таки она созналась Оливии, что не уверена, как посмотрят на будущую мать с бокалом вина, и по тому решила выпить до прихода гостей.
— Глупости, — отмахнулась Оливия. — Это же твоя вечеринка. И на дворе 2005 год, в конце-то концов. Всем известно, бокал-другой ребенку не повредят. По правде говоря, моя мамаша, когда меня носила, каждый вечер выпивала по стакану портвейна. Этим, видимо, и объясняется мое косоглазие.
— Ну и шуточки у тебя! — засмеялась Крисси.
Она решила последовать совету Оливии. Мэтта тоже не смущало, что она изредка выпивает. Мэтту нравилось все, что нравилось Крисси.
Когда собрались гости, она налила себе второй бокал и присоединилась к тосту. Потом она изо всех сил старалась угодить всем, переходя от гостя к гостю, предлагая размороженные деликатесы из супермаркета и наполняя бокалы.
Несмотря на все благие намерения и их с Мэттом усилия, атмосфера оставалась напряженной. Общего веселья не получалось. Крисси с детства привыкла к тому, что посиделки заканчиваются или общим пением в гостиной, или, если не повезет, дракой, битьем стекол и приездом полиции.
Первая взрослая вечеринка Крисси с треском провалилась. Каземи из №3 держались вежливо, но обособленно. Стю Ричмонд прислал извинения и корзину фруктов (кому нужны фрукты на пьянке?). Лили и Дэвида явно смутило обилие мясных блюд — откуда Крисси было знать, что они вегетарианцы. Но, в конце концов, могли бы закусывать сыром и чипсами, не говоря уже о фруктах. Миллеры большую часть вечера о чем-то разговаривали между собой или с Оливией и больше ни с кем не общались. Сама Оливия, правда, вовсю старалась поддерживать разговор и постоянно предлагала свою помощь. Один только Рон из №7 искренне веселился и флиртовал.
К концу вечера у Крисси возникло неприятное ощущение, что она не вписывается в общество этих людей, а ведь она надеялась на их помощь с ребенком. Она даже уже сомневалась, что хоть один из них пришлет открытку поздравить с новорожденным, не говоря уже о домашних обедах в судках и предложениях прибраться, пока она поспит. В умных книжках все это описывалось как должное, и авторы настаивали на том, что молодой маме ни в коем случае