Джо Шрайбер – Дарт Мол: Взаперти (страница 21)

— Отец, — раздался один из них, — ты знаешь, что ему нельзя доверять. Почему же ты...

— Он единственный, кто может нам помочь, — прозвучал мужской голос. — Он нам нужен.

— А если это ловушка?

— Лучше слушай своего старика, малыш, — проворчал обладатель третьего голоса. — Я — ваш единственный шанс.

Садики выпрямилась в кресле. Она узнала этот голос.

«Войсток».

Она снова хлопнула по комму — на этот раз выключатель в самом деле треснул под ее ладонью.

— Мэдден, там находится охранник!

— Вас понял, комендант, мы только...

— Он помогает им бежать, идиот! Где ваши люди?

— Повторите?

— Где дежурные, Мэдден? Где надзиратели?

— Я не...

Голос Мэддена пропал, затем вновь вернулся:

— Медотсек заперт изнутри. — Теперь он говорил так, будто изо всех сил старался не заикаться, но у него это не слишком получалось. — Я не знаю, как это произошло, мы просто...

— Немедленно туда!

— Вы хотите, чтобы мы взорвали дверь?

— Делайте все необходимое!

— Но...

Садики прервала связь и повернулась обратно к экранам. О головной боли она совершенно забыла — ее вытеснил грохот собственного сердца и осознание того, что вся она покрылась испариной. Само время, казалось, кристаллизуется вокруг нее. Через фоторецепторы дроида комендант смогла разглядеть на экране фигуры двух заключенных: пожилого мужчины и юноши не старше шестнадцати лет, оба склонились к дроиду, поэтому стали ясно видны. Офицер охраны Войсток стоял поодаль и занимался настройкой одного из модулей управления. Манипулятор GH-7 поднес что-то похожее на иглу для подкожных инъекций к груди юноши.

Издалека, откуда-то из-за пределов медотсека, доносились голоса охраны, звучали команды: персонал пытался пробиться сквозь взрывозащитную дверь.

И на фоне всего этого в ее голове звучал неумолимым эхом насмешливый голос счетоводишки из МБК Весто Слифера: «У вас никогда не случалось побегов?»

«И почему МБК решил провести внеочередной аудит именно сейчас?» — подумала Садики, борясь с желанием от отчаяния стукнуть кулаком по консоли. Набрав команду, она вызвала на экран данные о вычислительном центре, надеясь обнаружить там Дакарая, но брат отсутствовал. Где же он?

Звуки в медотсеке были перекрыты бластерными зарядами, искаженными слуховыми датчиками дроида.

И в первый раз Садики Блирр осознала, что столкнулась с по-настоящему чрезвычайным происшествием.

19

В МОЙ СМЕРТНЫЙ ЧАС

Энергия в медотсеке отрубилась, и незнакомое помещение скрыл покров тьмы. Лишь диагностическая аппаратура освещала голубым светом фигуры, одна за другой крадущиеся по помещению.

— Стой, — шепнул Войсток, подняв руку и не оглядываясь. — Уже достаточно далеко.

Артаган взглянул на него. Они с Эоганом осторожно крались по медотсеку и миновали уже половину пути в почти полной темноте.

— Как долго не будет энергии?

— Положитесь на меня, — ответил охранник. — Я схожу за дроидом и задам ему программу обезвреживания зарядов.

Неподалеку что-то шевельнулось, и Артаган застыл, внимательно оглядываясь:

— Здесь еще кто-то есть?

— Нет, — мотнул головой Войсток. Я же запер дверь, когда мы вошли. Ты сам видел.

— Я что-то услышал.

— Заткнитесь и стойте смирно, — велел охранник. — Не двигайтесь и ничего не трогайте.

Он опустил голову и — растворился во тьме.

— Отец, — спустя мгновение прошептал Эоган, — ты знаешь, что ему нельзя доверять. Почему же ты...

— Он единственный, кто может нам помочь. Он нам нужен.

— А если это ловушка? — Юноша от волнения повысил голос.

— Лучше слушай своего старика, малыш, — встрял Войсток. — Я — ваш единственный шанс.

Одновременно Артаган ощутил, как что-то подплывает к нему из тьмы. Схватив сына за руку, он бросился вместе с ним на пол, и тут что-то слегка задело его плечо. Когда эта штука развернулась, старик увидел светящиеся во тьме фоторецепторы GH-7 — два идеальных диска синего цвета, парящие прямо перед его лицом.

Артаган снова вслушался и снова услышал этот звук: как будто кроме них в медотсеке находился кто-то еще — на этот раз ближе.

— Войсток? — прошептал он, повернувшись к источнику звука. — Это вы?

Никто не отозвался. Паривший перед ними едва видимый дроид придвинулся ближе и вытянул манипулятор с зажатой в нем длинной иглой.

— Отец? — окликнул паренек.

— Все в порядке. Будет больно всего секунду. Потом заряды обезвредятся. Вперед.

— Но... — Эоган хотел что-то возразить, но тут игла вонзилась ему в верхнюю часть грудной клетки прямо сквозь тюремную робу. Юноша пронзительно вскрикнул от боли, но его голос заглушил внезапный залп бластерного огня, донесшийся откуда-то из-за двери. Артаган различил голоса: охранники что-то прокричали друг другу, затем снова началась пальба.

— Что?.. — Оглянувшись, Артаган Труакс заметил, что GH-7 извлек иглу из груди его сына, развернулся в воздухе и полетел назад. — Что происходит? — В пяти метрах от него Войсток встал, выпрямившись во весь рост. — Почему стрельба?

Надзиратель повернулся лицом к двум заключенным. Стрельба прекратилась, и Артаган услышал приглушенный голос, велевший немедленно открыть дверь.

— Вы говорили, что у нас будет пятнадцать минут, — произнес Артаган. — Я отдал вам кипу! Я отдал все, что имел!

— Что, это? — Войсток достал узелковую нить и швырнул ее Артагану. — Давай. Ты действительно думаешь, что Радик так легко позволил бы вам бежать? Учитывая все, что ты о нем знаешь?

— Отец? — Эоган во все глаза смотрел на старого бойца. — О чем он говорит?

— Что, он тебе не рассказывал? — спросил Войсток. Теперь он ухмылялся. — Давай, старик. Скажи сыночку, почему ты оказался здесь. Скажи, почему привез его сюда.

— Вы не знаете, о чем говорите! — воскликнул Эоган.

— Малыш, я уже наслушался твоей болтовни. — Не отрывая взгляда от Артагана, Войсток резко вскинул руку и заехал локтем в лицо юноши. Голова Эогана дернулась вбок, удар отбросил его в лоток с простерилизованными медицинскими инструментами — сосудистыми зажимами, ортопедическими дрелями, — и тот перевернулся; хирургическая сталь зазвенела об пол, а юноша так и остался лежать неподвижно.

— Эоган! — закричал Артаган и вскочил с места. Затем развернулся к надзирателю и вонзил в него дикий взгляд. — Вы заплатите за это!

— Полегче, старик. — Рука Войстока опустилась на консоль детонатора на поясе. — Прямо сейчас никто ни с кем расплачиваться не будет. Твой щенок только что подписал себе смертный приговор, и, во имя всех богов, ты сейчас увидишь, как он будет приведен в исполнение.

Артаган подскочил к Войстоку и упал на него, пытаясь сорвать с охранника пояс, он боролся отчаянно, но даже это в итоге не принесло результата. Спустя несколько секунд Войсток вывернулся из хватки и дважды саданул Артагана в живот, один раз по носу, а затем принялся крушить ему череп рукояткой бластера.

— Может, в следующий раз... — (Бац!) — в тебя удастся вдолбить... — (БАЦ!) — хоть немного... — (ШМЯК!) — уважения!

Рука Войстока метнулась вниз, к консоли детонатора, но его не было.

Артаган застонал. С неимоверным усилием он сумел приподнять голову. Его лицо и волосы заливала кровь, сочившаяся из нескольких ран, но в глазах светилось что-то живое и дерзкое.

— Ищешь... вот это?.. — Артаган еле дышал, каждый вдох стоил ему серьезных усилий. В руке он сжимал сорванный с пояса охранника «дропбокс». Он уже не выглядел столь непоколебимым, но весь его облик свидетельствовал об отчаянном своеволии, полнейшем и бескомпромиссном отказе сдаться. — Подойди и возьми.

— Мне не так уж нужна эта штука! — прорычал Войсток, стирая хлещущую из носа кровь и поднимая бластер. — У меня осталось вот это.

— Но Радик сказал...