Джо Лансдэйл – Пончиковый легион (страница 46)

Намерения стрелять в кого-либо у меня не было, но я чувствовал себя обязанным пойти с братом. Возможно, я заблуждался. В том, что могу помочь исправить ситуацию. Что могу исправить все. Что обладаю некими выдающимися способностями, когда дело доходит до исправления всяких неправильностей. Именно так я прежде думал о своем браке – что могу все спасти, – а вот теперь Мэг исчезла и, скорее всего, мертва, оставшись лишь призраком в моей голове.

Это доказывало, что я не такой уж идеальный решала. И тем не менее стремление исправлять все еще жило во мне, затаившись внутри, как неизлечимая болезнь.

Мы решили ехать на моем «приусе». Двигатель работал тихо, словно мертвая душа, – то, что надо для наших целей. Гоу-Гоу договорился встретиться с нами в полночь, но мы решили прибыть значительно раньше.

Около половины одиннадцатого мы выдвинулись на «приусе» к району, указанному Гоу-Гоу на картах Гугл. Помимо раннего прибытия, у нас имелись еще кое-какие планы.

Первый был связан со Скрэппи и Тэгом. Тэг явно любил ее больше всех и лучше всего ее слушался. Я мог это понять.

Заехав подальше по грунтовой дороге, петлявшей в тени высоких сосен, мы остановились довольно далеко от того места, которое назначил Гоу-Гоу, и вылезли из «приуса». Феликс достал из багажника кусачки с длинными ручками, которые положил туда перед нашим отъездом. Тэг внимательно наблюдал за его действиями, словно право пользоваться кусачками в какой-то момент могли передать ему.

Морозный воздух почти обжигал. Из наших ртов вырывался пар. Сразу за стеной сосен стоял высокий забор – прочный, из плотной сетки, способный остановить не столь серьезно настроенных нарушителей. Забор тянулся через темный лес далеко в обе стороны.

Гоу-Гоу пообещал, что в полночь встретит нас у задних ворот, отопрет их и запустит на территорию. Может, и встретит. А может, и нет. Я чувствовал себя одной из тех любопытных и голодных рыб, которые смотрят на извивающегося червяка, видят слабый блеск крючка и думают: «А знаете, мне эта задачка под силу».

Феликс осторожно перекусил сетку забора, заставив нас отойти назад. Он опасался, что сетка может оказаться под напряжением. Оказалось, нет. Он прорезал в ней отверстие, достаточно широкое, чтобы могли пробраться Скрэппи и Тэг. К этому времени Скрэппи вынула из ножен свой нож Боуи. С внушительным клинком в руке она могла бы стать отличной моделью для образа королевы воинов Боудикки[58]. А Тэг выглядел ее верным боевым псом. Впрочем, возможно, он предпочел бы сейчас оказаться в теплой собачьей будке.

– Итак, я медленно и осторожно пробираюсь через лес, а вы, ребята, заходите и вытворяете всякие спецназовские штучки, – сказала Скрэппи. – Кстати, что именно за штучки вы вытворяете?

– Точного ответа нет, – ответил Феликс. – Планировать слишком далеко вперед неразумно. Связывает руки.

– Ты хочешь сказать, вы не имеете ни малейшего представления о том, что делаете?

– Я хочу сказать, – ответил он, – что мы собираемся незаметно подобраться к ним и действовать в зависимости от обстоятельств. Главная задача – обезвредить взрывчатку и взять врага под контроль.

– Чем дальше, тем веселее, – заметила Скрэппи.

– Если у тебя имелся некий хитроумный план, так надо было его озвучить, – проворчал Феликс.

– Для хитроумного плана слишком мало информации, – ответила Скрэппи.

– Для хитроумного плана слишком мало времени, – парировал Феликс.

– Ну, что имеем, то имеем, – остановил их пикировку я. – Если нас с ним сцапают, ты сможешь помочь или сгоняешь за помощью.

– То есть парни собираются жестить? – спросила Скрэппи.

– Ты, конечно, умелая, Скрэппи, но габариты у тебя как у задней лапки комара, – сказал Феликс.

– Зато я жилистая.

– Ты наше секретное оружие, – сказал я. – Ты, и твой меч, и Тэг.

– Чем я в действительности являюсь, так это рыжеволосой дамой в лесу с ножом Боуи, собакой и двумя дуралеями. Я не чувствую себя частью команды.

– Просто расслабься, но не высовывайся, – сказал Феликс. – Мы без спешки доберемся до ворот, они, если не ошибаюсь, дальше по дороге примерно в полумиле. Идея в том, чтобы опередить Гоу-Гоу, прийти на место встречи пораньше. Может, даже власти появятся, если у Черри все получится.

– Мне это кажется таким же вероятным, как и появление инопланетных кораблей, – сказала Скрэппи.

С большой неохотой мы оставили Скрэппи и Тэга на произвол судьбы. Они уже начали двигаться меж деревьев, пользуясь лунным светом и фонариком телефона. Оба выглядели настороженными, скрытными, но готовыми к бою.

Я услышал слабый треск, а затем:

– Черт побери, Тэг, смотри, куда ступаешь.

Быть может, над скрытностью следовало еще немного поработать. Пройти курс выживания в джунглях или что-то такое.

56

В лесах Южного Техаса по ночам царит жуткая темень. И в голову лезет всякая дичь. Например, вдруг почудится, что рядом с тобой стоит олень.

Со мной такое однажды случилось, когда я проводил расследование, пробираясь через лес, чтобы выяснить, могу ли я попасть на участок к подозреваемому, и узнать, не ворует ли он оборудование для дорожных работ и не прячет ли его в сарае.

К слову, и воровал, и прятал.

Так вот, я шел, потом остановился, чтобы отыскать тропу, по которой двигался, включил фонарик… и тут увидел оленя. Буквально в нескольких сантиметрах от себя. Мы оба страшно удивились. Олень резко развернулся и стремительно скрылся в зарослях, оставив после себя лишь трепет потревоженной листвы и легкий аромат влажной шерсти. Интересно, подумал я тогда, какие байки он наплетет своим собратьям олешкам об инопланетянине в лесу. Или, может, сообщит обо мне, что видел йети.

Удачи тебе, Скрэппи.

Мы с Феликсом вернулись к машине и поехали к воротам. Они оказались закрытыми. По другую их сторону стоял черный внедорожник Гоу-Гоу: фары горели, двигатель урчал, выхлопные газы поднимались вверх. К машине с обеих сторон почти вплотную подступал лес. Гоу-Гоу приехал раньше нас. Он оказался хитрее: предвидел наши действия. Дураком Гоу-Гоу не был. А вот мы, возможно, да.

Мы осторожно выбрались из машины. Я подумал об ASP в своем ботинке, но не стал его доставать. Даже сознание того, что пистолет при мне, не приносило облегчения. Гоу-Гоу из машины не выходил.

Феликс перелез через забор, как гигантская белка. Я последовал за ним, выполнив маневры, менее похожие на беличьи. Мы подошли к внедорожнику, Феликс – со стороны водителя, я – переднего пассажира.

Феликс достал пистолет сорок пятого калибра. Открыл дверь внедорожника, убедившись, что она не заблокирована.

– Черт! – вырвалось у него.

Я потянул ручку пассажирской двери. Она тоже оказалась не заперта. Я посветил в салон миниатюрной ручкой-фонариком. За рулем, неподвижный как мертвец, поскольку именно так оно и было на самом деле, сидел шеф. Руки его лежали на коленях. Из ноздрей торчал кислородный штуцер, но свисающая трубка ни к чему не крепилась. Глотка его была перерезана, и больничный халат багровел уже запекшейся кровью.

На пассажирском сиденье рядом с шефом, положив ему голову на бедро и устремив взгляд на крышу внедорожника, лежала Лилиан. Она не просто прилегла задремать. Все сиденье заливала кровь, и у Лилиан была та же самая, как некоторые это называют, «алая улыбка» – перерезанное от уха до уха горло.

На скорой в Тайлер они не доехали. Кто-то предал их. Какой-нибудь «тарелочный» придурок, подумал я, работавший в больнице. Кто-то, кому Лилиан могла, но не должна была доверять. Кто бы это ни был, он доставил обоих прямо в руки безумцев, которым к этому времени уже было все равно, что творить, лишь бы их не остановили. Скорее всего, кто-то из тех, кто носит оранжевые куртки. Тех, кем заменили Менеджеров, остывающих в морозилке, или валяющихся где-нибудь в канаве, или гниющих в лесу на радость стервятникам, пожирающим их плоть.

Несколько секунд я смотрел на тела шефа и Лилиан. Потом глубоко вздохнул. Проклятье. Они оба мне нравились. Они мечтали быть вместе, а их просто убили. Я надеялся, что шеф так и не очнулся от обезболивающего коктейля и не понял, что ему перерезают горло. Хотя все произошло здесь – кровь была свежей. Но кто знает… Кто, черт возьми, знает? Но Лилиан, несчастная Лилиан, она-то была в сознании. Скорее всего. Мы посадили ее в ту скорую, а внутри оказались сектанты, которые привезли обоих сюда.

Ошеломленный, я прокручивал все это в голове, думая о том, что, возможно, позволить Ковбою взорвать здесь все к черту вместе с этими тупоголовыми – не такая плохая идея. Дарвинизм в действии. Услуга планете. Может, нам бросить все и вернуться домой?

Но как мне потом жить с этим? Спокойно смотреть на себя в зеркало, сбривая в раковину рыжеватую щетину со своей невинной физиономии?

Тень в форме большого пня пала на меня, бесшумная, как туман на воде. Я не успел понять, как пень оказался среди деревьев и так быстро выбрался из них, чтобы вмиг очутиться рядом со мной. Пень ткнул чем-то мне в голову. Я скосил левый глаз настолько, чтобы увидеть, чем в меня ткнули. Длинноствольное оружие. Дробовик, если точнее.

– Ковбой хочет вас видеть, – проговорил пень.

Пень оказался Болтом. Голос у него был высокий и сладенький, точно у Минни-Маус во время секса с Микки. Или с Гуфи – если та была распутницей. Неудивительно, что Болт предпочитал помалкивать.