Джо Лансдэйл – Бубба и Kосмические Kровососы (страница 21)
- Ты называешь это жизнью?
Дженни подержала руку, затем отпустила.
- М-да, - сказала она.
Элвис прищурился, поднес ствол к стеклу и выстрелил. Взрыв свинца, шипение воздуха и брызги тьмы из круглого тела Джека, затем он перекатился направо и вперед, скрылся из глаз на полу.
- Вот тебе и незаметно, - сказала Дженни. – Ты... ты убил его?
Элвис обошел машину и выбил револьвером стекло со стороны пассажира, заглянул. От головы Джека осталось только мокрое кровавое месиво и пара осколков костей.
- Господи, - сказал Элвис.
Он вернулся к капоту.
- Если до меня доберутся, сделают из меня это – убей меня, как я убил Джека, - сказал он.
- Заметано, - ответила Дженни.
- Будь прокляты эти кровососущие уроды. Пошли их раздолбаем.
- Заметано.
Большая Мамка зашевелилась и последовала за слугами, вытекла из сарая в щели под дверью, превратившись в лужицу, похожую на грязь. Лужица распухла, надулась и стала Большой Мамкой. Ее рот раскрылся от уха до уха, на теле вскочили волдыри, пульсировали, дрожали и истекали гноем, как потом.
В начале долгой дороги, ограниченной машинами, шли Джон Генри и Джонни, а в другом конце находились вампиры – теперь безликие твари, приготовившиеся к атаке, припавшие к земле. Перед ними растекся темный пруд. Вампиры соединили руки и связали ноги, склонились, упали в тень, и она покрыла их, как краской, и они стали одним – Единым, и захрустели, как голодный пес костью, и встали с земли многоруким существом, руки которого двигались, как у Кали, только было их еще больше, как и ног; как будто десяток кукол Барби склеили вместе заляпанным чернилами пластилином.
Оно побежало, даже поскакало по дороге. Раскрылся единственный рот в центре большого, белого, неровного лица, раскрылся широко и показал зубы-ножи. Оно завыло на бегу, и во рту корчились черви и ползали тени.
Джон Генри хмыкнул, поднял девятипудовый молот и ударил оземь. При этом размахнулся со всей силы, так тяжело, что тут же весь вспотел, и каждая капля пота была с виноградину. Молот рухнул. Ударил по земле – и она вздрогнула, раскололась. Трещина ширилась, а Джон Генри размахнулся и ударил снова. Побежало множество трещин, земля раздулась и поднялся запах почвы после дождя.
- Твою мать, - сказал Джонни.
В галопе, не в силах притормозить, тварь соскользнула в самую большую щель, на миг завила на краю, царапая руками и ногами. Машины по обеим сторонам сыпались в дыру, как пустые жучиные панцири.
Скача по трещинам и расщелинам, Джон Генри направился к твари, подпрыгнул и опустил с размаха молот на кошмарную белую голову, словно хотел забить костыль в самый центр земли.
Когда молот ударил – он запел, зазвенел, словно самый большой колокол в мире. Белая голова раскололась. Но из нее, словно белые и черные пауки, выскочили новые создания. Огромная туша, частью которой они были, осталась пустой оболочкой. Она рассыпалась и полетела в пропасть, но пауки – новые формы вампиров – засеменили по земле к Джону Генри.
- Блять, - сказал Джон Генри.
Элвис и Дженни слышали шум, бросились к нему. Но далеко они не успели. Прямо у них на пути оказался самый большой приз в этой коробке хлопьев с ужасами. Большая Мамка.
Дженни спустила курок водяной пушки.
Вода капнула на кучу мяса, как ручей на гору, но у заклинаний была сила и потому вода обжигала. Запузырилась кровь, поднялся белый дым, и Большая Мамка открыла рот и выпустила порыв гнева – горячий ураганный ветер с запахом бойни.
Элвиса и Дженни сдуло, они покатились между машинами. Когда они остановились и поднялись на ноги, пушка Дженни сломалась, а сама она промокла насквозь. Элвис потерял оружие и немало гордости, потому что, пока они катились кубарем перед тем, как Дженни сломала пушку, та умудрилась послать фонтан воды ему в задницу. Другого эффекта, кроме сырости, не было, но даже в таких обстоятельствах ему было стыдно, что задница на штанах полна воды.
Элвис бросился за палицей. Она закатилась под одну из машин. Он упал на пузо и потянулся к ней. Еще чуть-чуть. Пополз ближе, но старая машина просела, из нее выпадал, словно больное легкое, радиатор, так что он не доставал до рукоятки. Он повернулся и глянул из-под машины. Гора плоти, словно куча картофельного пюре, скользила к нему, и вдруг палица показалась уже не такой уж важной.
- Давай! – крикнула Дженни.
- Оно и без советов справляется, - сказал Элвис, подумав, что Дженни бросает вызов монстру.
- Я про тебя. Беги.
Залезая под провисшую машину («Форд»), Элвис выглянул снова. Да, Херово Пюре было всего метрах в десяти, с сосущим звуком ползло по земле, раскрыв широкую пасть, язык лизал воздух, как флаг на ветру, зубы размером с мечи сверкали на лунном свете, слюна липкими водопадами лилась с уголков рта.
Элвис наконец поймал палицу большим и указательным пальцами, сдал назад из-под «Форда».
Тут-то пузырь и подкатился к нему. Но Дженни его не бросила. Осталась стоять. Теперь их обоих накрыла его тень.
Элвис подумал: «Разве Дженни ничего не говорила про какое-то секретное оружие или что-то в этом духе? Если да, то самое время».
Ничего. Она просто стояла и тяжело дышала.
Элвис поднял палицу. Волшебная или нет – чувствовал он себя, как с зубочисткой против носорога.
И тут справа от них вспыхнули огни, и раздался рев, и рабица рухнула под тяжелым грузовиком, выкатившимся на парковку. Он с хлюпаньем врезался в пузырь.
Элвис увидел, что грузовик тянет большой серебристый трейлер с надписью «Пончики и завтраки от Даги», где буква «О» была золотым пончиком с улыбкой.
Гора потустороннего пюре, на время прилипнув к капоту грузовика, катилась по сложенным машинам, оставляя как будто бы след из говна. Машины качались и со скрипом и скрежетом падали. Из разбитых или открытых окон сыпались и скакали мячики гниющий и ноющей плоти. Грузовик продолжал давить, некоторые шарики плоти взрывались под его колесами кожистой плотью и сушеными внутренностями.
Но главный удар приняла на себя Большая Мамка. Грузовик толкал ее, как бульдозер – компостную кучу. Грузовик пробил ряд ржавых машин, трейлер за ним дико занесло. Он едва не задел Элвиса с Дженни, и из-за этого движения Большая Мамка соскользнула с капота.
Элвис думал, что грузовик опрокинется из-за трейлера, но ошибся. Трейлер мотнуло в другую сторону, он снес еще несколько столбов из машин, затем выпрямился. Они с Дженни наблюдали, как задница трейлера проскользнула в разрыв между машинами, как огромная серебряная змея.
За рулем явно был мастерский водила.
34
В грузовике на всех парах
В кабине, наклонившись вперед, сидел Полковник Паркер, вцепившись в руль смертной хваткой. Рядом сидел Слепой, обеими руками обняв трость. Он терпел ухабы, как профессиональный ковбой на родео.
- Иди на хуй! – крикнул Полковник, отпуская сцепление, меняя передачи и ударяя по газам, переваливаясь прямо через упавшую вампирскую мать, разбрызгивая ее во все стороны.
35
Тем временем Джон Генри и Джонни в очень напряженной ситуации с многорукой тварью и растрескавшейся землей
Обозлившись, гигантские сверчки – на них они сейчас были больше всего похожи, - снова объединились и переродили огромный монструозный пузырь с торчащими из него руками и ногами, как волосы на ветру. Одна из рук схватила Джонни и швырнула в машину. Тот поднялся с дикой болью в спине. Пока что пользы от него было не больше, чем от матюков.
Джон Генри орудовал молотом и распевал боевые песни, но тварь, с которой они воевали, слипшийся клубок космических вампиров Большой Мамки, снова распался. Когда кусочки упали на землю, они стали голыми мужчинами и женщинами, что набросились на Джона Генри, хотя кто-то и поймал молот (хрясь) головой и телом. Один был такой дерзкий и резкий, что даже схватился за молот. Замах Джона Генри поднял тварь в воздух и протащил, снося голову одного из его товарищей.
Джонни бросился назад в бой, но вдруг…
Свет в окнах машины справа.
Рев мотора.
Оглушительный лязг металла.
Джонни почувствовал, как потекло по ноге.
Голые воители разбежались.
И через машины прорвался грузовик, разбрасывая их, как игрушки. Там, где должна быть решетка, прилипла какая-то куча опары. Она захлестывала и лобовуху. Человек за рулем ехал вслепую.
Джонни отскочил, вокруг зашуршали панцири машин, угрожающе близко. За их окнами он увидел шары из людей – кто-то не двигался, кто-то таращился грустными глазами. Все это так напоминало кошмар, что Джонни думал, что сейчас проснется, – самое время, чтобы вскочить в поту и оказаться в кровати.
Но он не вскочил.
Грузовик летел прямо на Джона Генри.
Джон Генри танцевал между падающими и скользящими машинами, заскочил на капот старого синего «Кэдди», пролетевшего рядом, катился, как на серфборде, пока не врезался в противоположный ряд и не повалился. Он сгруппировался и не выпустил из рук молота.
Но, грузовик надвигался прямо на него.
Джон Генри пытался уйти с дороги и почти успел, но бок грузовика все-таки его зацепил. И он взмыл в воздух, болтая сломанной рукой, выпустив молот из хватки, и с вывихнутым бедром направился прямиком в большую дыру – ту самую жопу в земле, которую сам сотворил могучим ударом молота.