Джо Диспенза – Развивай свой мозг. Как перенастроить разум и реализовать собственный потенциал (страница 78)
Этими способностями нашего разума мы обязаны лобной доле, и они возможны благодаря тому, что она напрямую соединена с остальными отчетливо выделяемыми областями мозга. Никакой другой известный нам живой организм не обладает такими способностями. Бывало ли такое, чтобы наша собака, стянувшая что-то вкусное из кухни, раздумывала над всевозможными последствиями своих действий? А часто ли мы размышляем над собственным поведением и регулируем его? Или вместо этого запускаем нервные сети в режиме автопилота, живя в режиме выживания и бездумно наслаждаясь химическим коктейлем эмоциональной зависимости?
Другое проявление силы лобной доли в определенности и ясности принимаемого нами решения. Когда мы решаемся на что-то, невзирая на текущие обстоятельства, лобная доля переживает момент абсолютного торжества. Когда мы твердо решаем быть кем-то, делать что-то или даже иметь что-либо – невзирая на необходимое для этого время, или на происходящее в нашем окружении, или на ощущения нашего тела в какой-то конкретный момент, – мы приводим в действие эту структуру мозга. В такой момент мы уже не думаем о внешнем мире или о том, как может чувствовать себя наше тело; внутреннее представление, выражающее наше намерение, становится важнее. Когда мы решаемся на что-то, не задумываясь об ограничениях и не волнуясь о том, как это может осуществиться, лобная доля активируется в полной мере.
Что действительно поразительно в нашем мозге и, в частности, в лобной доле – это наша способность делать собственную мысль единственно реальной вещью для нас. Вследствие размера лобной доли человеческие существа обладают привилегией делать мысль более важной и реальной, чем что-либо другое. Мы все приспособлены к этому от природы. Когда мы делаем наши мысли единственно реальными для нас и уделяем этому все свое внимание, мы объединяем первичные функции лобной доли в силу мощнейшего порядка во всей вселенной.
Я надеюсь, что вы переживали такое в своей жизни, когда ваше намерение, внимание и воля сливались воедино. У меня есть друзья-бегуны, и они говорят, что марафон преодолевают не ногами, а головой. И я подтверждаю эти слова как триатлонист. Несмотря на все факторы, разубеждающие нас в возможности победы, когда нам остается всего несколько миль пробежки в триатлоне – сигналы, идущие от наших ног в мозг, умоляют «подбавить топлива», стопы сообщают нам о грозящей потере ногтей, поджелудочная железа о том, что не в состоянии вырабатывать достаточно топлива для наших истощенных мышц, – и при всем этом наш мозг заставляет тело добежать до финишной ленты и пересечь ее.
Именно эта сила намерения восхищает нас в героях. На их примере мы видим работу лобной доли, подавляющей желание получить немедленное вознаграждение и позволяющей мозгу осуществлять долговременные цели. Уильям Уоллес, Мартин Лютер Кинг, святой Франциск Ассизский, Махатма Ганди и королева Елизавета I – все они были мастерами лобной доли. Они сохраняли полную фокусировку на цели – приверженность свободе, чести или любви – и никогда не отклонялись от своего идеала, невзирая на внешние трудности или неразбериху. Сила намерения позволяла их идеалу стать реальным, а непрестанное внимание делало его более важным, чем телесные нужды, внешние условия и даже само время. Другими словами, им было не важно, угрожает ли опасность их телу, насколько велики препятствия, стоящие перед ними здесь и сейчас, или сколько времени понадобится, чтобы преодолеть все мыслимые трудности, словно бы сплотившиеся против них. Только их идеал имел для них значение. Ничто не могло совлечь их с выбранного пути. Их намерения были ясны и значили для них больше, чем любые другие соображения. И в итоге они переплавляли реальность в соответствии со своим внутренним мысленным образом. Вот что такое истинная сила, и лобная доля наделяет нас необходимыми для этого способностями. Именно это вызывает у нас тайное восхищение великими личностями. Потому что эта сила обращается к нашему собственному потенциалу.
Вспомните истории из главы 2; описанные в ней люди сумели самостоятельно излечиться от тяжелых болезней. Когда мы думаем о том, чего они смогли достичь, в свете различных способностей мозга, вера в конкретный результат обнаруживает новое значение. Возможно, в дело вступает вера, когда мы удерживаем в разуме конкретное намерение и желаемый результат и чувствуем реальность этого образа больше, чем то, что говорит нам внешний мир. Если так, тогда веру можно определить как принятие мысли в качестве высшей реальности – невзирая на обстоятельства. Когда мы обращаемся в молитве к высшей силе, чтобы она ниспослала желаемые перемены в нашу жизнь, разве мы не верим в это всем своим существом, делая свою мысль реальней настоящей реальности? Это делает возможным лобная доля.
Вот почему Дин (его история приведена в главе 2), страдавший лейкемией, в действительности совсем не «страдал» по этому поводу. И хотя его заболевание считалось неизлечимым, он намного пережил все сроки, установленные врачами. Он просто решил для себя, что будет жить, вне зависимости от реакций его тела (проявлявшихся в его внешнем виде), вне зависимости от реакций его окружения (мнения врачей) и вне зависимости от временных рамок (диагноза, оставлявшего ему шесть месяцев жизни).
Люди все время используют выражение «решиться на что-то», и я надеюсь, что теперь мы будем вкладывать в него новый смысл. Решаясь на что-то, мы задействуем наш разум. Мы в состоянии буквально перестроить его, как это сделал Дин. Мы можем заставить наш разум действовать вне зависимости от обычных ограничений времени и внешней среды. Мы в состоянии вообразить нашу собственную реальность, отличную от той, в которой мы сейчас находимся, и дать ей жизнь. И первым шагом на этом пути является задействование лобной доли, чтобы мы могли командовать собой. Почему так мало людей в состоянии достичь уровня своих героев? Разве эти герои наделены каким-то особым мозгом, отличным от мозга других людей? Разумеется, нет. Просто эти самые герои научились «жить в своем уме» (а точнее, в своей лобной доле) с большим успехом, чем остальные.
В колледже у меня был один знакомый, которого я прозвал сорокой. Сороки – умные и очень любопытные птицы. А кроме того, они известны своей склонностью к воровству. Если они замечают какой-либо яркий, блестящий предмет, им необходимо разобраться, что это за штука. Их гнезда часто являют собой живописную свалку всевозможного добра, которое они присвоили, следуя своему природному любопытству. Мой приятель не был вором, насколько мне известно, но он так же легко отвлекался на что угодно, как и эти пернатые собратья. Мы вместе посещали учебную группу, и было почти невозможно заставить его сфокусироваться на текущей работе. Где бы мы ни встречались – в комнате общежития, в зале библиотеки, на квартире у общих знакомых или в кофейне, – любое движение или объект могли отвлечь его внимание от текущей задачи. Его глаза перемещались по помещению в самых неожиданных направлениях. И хуже всего было то, что ни одна мысль, возникавшая у него в голове, казалось, не отфильтровывалась как неподходящая для вербализации. Его поток сознания был сплошной последовательностью непоследовательностей. Я знал кое-что о синдроме дефицита концентрации внимания с гиперактивностью, и я не думаю, что он был жертвой этого синдрома в чистом виде, однако его неспособность спокойно сидеть, сконцентрировавшись на чем-то одном, вызывала впечатление, что он реагировал на каждый импульс, затрагивавший его тело и гиперактивный разум. Разумеется, у него имелась лобная доля, но она как будто была постоянно поглощена натиском призывов к действию со стороны его тела.
Когда мы ясно сознаем, чего хотим, лобная доля блокирует любые впечатления, отвлекающие от нашей цели и намерения.
Как часто мы задействуем эту функцию лобной доли? Представьте, как бы вы повели себя в следующих обстоятельствах. Одним воскресным утром вы собрались отправить маме подарок на день рождения. Она живет в тысяче километров от вас, а день рождения ее наступит через пять дней. В понедельник почта будет закрыта, так что сегодня у вас есть единственная возможность отправить ей подарок, чтобы он прибыл вовремя. А после почты ближе к полудню вы собираетесь пообедать вместе с мужем (или женой). Лобная доля дает вам ясную картину всего, что требуется, чтобы выполнить эти действия в ближайшем будущем.
Однако по дороге на почту вы замечаете, что ваш любимый магазин устроил распродажу товаров, которые вы просто обожаете. Огромная вывеска о распродаже является внешним стимулом, порождающим импульс в вашем сознании. Итак, какие действия вы предпримете?
Схема А: Вы так увлекаетесь, что забываете о первоначальном намерении, а ваши чувства берут над ним верх. Вы немедленно сворачиваете на парковку перед магазином. Когда же вы наконец бросаете взгляд на часы, уже за полдень. Почта закрыта, и даже на обед вы опоздали.
Если вы выбрали эту схему, произошло следующее: когда вы увидели объявление о распродаже, этот внешний стимул вызвал такое сильное раздражение, что мозговой контролер перестал удерживать ваш разум от отвлечения на посторонние стимулы. Контроль над импульсами был потерян, как и ваша фокусировка на исходном плане. Ваши приоритеты поменялись, и новым намеренным действием для вашей лобной доли стал шопинг. В результате ваше поведение больше не совпадало с первоначальной целью. Желание немедленного удовлетворения перекрыло ослабшее долговременное намерение. Вы не принимали нового решения, чтобы перенести запланированный обед с мужем (или женой), не анализировали будущие последствия в отношении подарка для мамы, и таким образом ваше безответственное поведение затронуло других людей.