Джо Беверли – Герцог-пират (страница 28)

Однако как претворить этот план в жизнь?

Леди Фаулер могла бы написать о его позоре в своем очередном письме, но для этого нужны доказательства. Или, возможно, Белла сама сможет распространить собственный рассказ о его грехах. Но для начала ей нужны доказательства, а она понятия не имеет, как их заполучить.

Где мужчины прячутся от знакомых и играют в азартные игры? Она пожалела, что не выпытала у Кокси подробности. Каким образом она, молодая, неопытная женщина, сможет проникнуть в такое место, а потом выставить происходящее на всеобщее порицание?

Капитан Роуз… Он именно тот человек, который, несомненно, все про это знает. Возможно, он и сам игрок и посещает подобные места. Белла с тревогой прослеживала путь своих мыслей. Нет, она не может отправиться в Дувр на поиски человека, с которым имела такое короткое знакомство четыре года назад.

Однако другого плана у нее не было. Она должна была что-то предпринять, иначе попросту сойдет с ума.

Как только Белла остановилась на этом плане, в ее душе поселилось удивительное спокойствие. Оно принесло уверенность, которую она испытывала лишь однажды – когда решила, что должна во что бы то ни стало сбежать из комнаты своего заточения в Дувре.

Это противоречило ее инстинкту – сидеть и ждать, когда ее спасут. Пришлось преодолеть сильный страх перед тем, чтобы зайти так далеко, но она сделала это, и это определенно было к лучшему.

Но все это только благодаря помощи капитана Роуза.

Она налила себе чай и выпила его, уже четко обозначив свой план.

Необходимо уехать как можно скорее. Медлить нельзя!

Белла предполагала, что дорога до Дувра займет около двенадцати часов. Беспокоиться было не о чем: туда вела хорошая дорога, по которой часто ходили экипажи, даже ночью. Она выедет сейчас же и будет в Дувре уже завтра.

Она вдруг вспомнила о «Козероге» и развратном пастухе, который мог вернуться туда завтра. Тем больше у нее причин покинуть город! Хотя, по сравнению с ее потребностью погубить Огастуса, искушение вновь увидеть пастуха казалось ничтожным.

Чем еще грешен Огастус: соблазнял ли невинных девушек или предавался беспробудному пьянству? Теперь, когда она узнала брата лучше, могла предположить что угодно.

Китти пришла с горячей водой.

– Собери мне вещи, Китти. Я еду в Дувр.

– В Дувр, мисс? – Китти чуть не уронила кувшин.

– Да, в Дувр, и сделай все как можно скорее. Пусть Энни купит мне билет на самый ранний рейс.

– Один билет, мисс?

Белла была застигнута врасплох. Леди следовало бы взять свою служанку в такое путешествие, но она не хотела брать с собой Китти. Девочка будет волноваться, а Белла будет переживать за нее. Да и это предприятие может быть опасным.

– Один, – твердо сказала Белла. – Я буду в полной безопасности в общественном вагоне, и там будут слуги, которые помогут мне в случае необходимости. Многие женщины путешествуют в одиночку.

– Но не леди вашего статуса, мисс.

– Мой статус не очень высок.

Как Белла и надеялась, Китти не была достаточно уверена в своих силах, чтобы продолжать спор.

– Я сниму макияж, пока ты собираешь вещи. На этот раз я поеду как Белла, а не как Беллона. И поеду в одном из платьев Беллоны, потому что они практичны, но упакуй и те, что мы купили у госпожи Морей.

– А корсеты, мисс? – с надеждой спросила Китти.

– И корсеты, – согласилась Белла, притворно вздохнув.

Придется надевать корсеты и более модные платья, потому что капитан Роуз, как ей кажется, в таком виде скорей сможет узнать в ней спасенную им молодую леди. Но этот факт ее вовсе не расстраивал. Несколько месяцев она скрывалась под обликом Беллоны Флинт, опасаясь, что ее могут узнать. Она стремилась выглядеть проще и старше, чтобы легче вписываться в окружение леди Фаулер. В роли Келено она попробовала стать вновь самой собой, и это все изменило. В образе Беллоны она чувствовала себя будто в тюрьме, а в образе Беллы – словно наконец сняла тесную обувь и переобулась в пару удобных туфель.

Также она поняла, что именно Белла, а не Беллона, должна отомстить сэру Огастусу Барстоу.

Огастус.

Причина всех ее бед, человек, в котором нет ни капли стыда или сострадания.

Она поклялась себе, что отправит его в ад. Даже если он затянет ее туда вместе с собой.

После того, как таинственная Келено ушла, Торн снял маску и положил ее в саквояж, который теперь нес домой, точно лакей на побегушках. В темно-синей ливрее с серебряной тесьмой и в напудренном парике он был практически невидимкой в модном Лондоне. Оставаться незамеченным – это такая роскошь!

Иногда он переодевался лакеем, чтобы хоть на часок отвлечься от роли проклятого герцога Айторна. Образ капитана Роуза подходил для этого лучше всего, но он не пользовался этой маскировкой уже несколько месяцев. И не знал, сколько еще сможет продержаться.

Время от времени он все же выходил в море на «Черном лебеде», но как владелец, как герцог. И ему приходилось быть довольно сдержанным с мужчинами, с которыми он пил и весело проводил время как капитан Роуз. Это было не то же самое.

Торн наблюдал, как мимо проносится стайка чумазых парней, увлеченных какой-то игрой, смысл которой был понятен только им. Он не завидовал, но жалел, что у него не было времени на такие развлечения, когда он еще не был герцогом.

Даже Георг, король Англии, познал детство и юность без тяжкого бремени, но для Торна не было такой милости. Даже в самых ранних его воспоминаниях люди говорили: «Идите спать, ваша светлость» или «Пора выпить молоко, ваша светлость».

Как и в случае с королем, не было иного выхода, кроме смерти. Торн молился только об одном – чтобы на небесах людей не делили, исходя из их статуса.

Девушка с темными волосами заставила его остановиться, но, конечно, это была не Келено.

Почему одна женщина вызывает в мужчине желание, а другая – такая же красивая, очаровательная, манящая – оставляет его равнодушным? Почему-то он не мог перестать думать о Келено. Торн не мог понять, надеялся ли он, что их встреча закончится занятием любовью или, встретившись с ней снова, он сможет излечиться от этого наваждения. Но не случилось ни того, ни другого. Ее ловкое сопротивление только сильнее разожгло огонь его интереса.

Следовало бы приставить людей, чтобы проследить за ней. Но он не хотел действовать подобным образом, полагая, что, либо они придут к пониманию, и она по своей воле раскроет свою личность, либо он обнаружит, что ее очарование исчезло при свете дня. Она окончательно запутала его и завладела его мыслями, и так будет продолжаться до тех пор, пока он не разгадает ее тайну.

Безрассудная молодая женщина, осознающая, что сама идет в ловушку, но не по годам умная и обладающая стальным характером. Вернется ли она завтра? Вернется ли он? Возможно, это была хитроумная брачная ловушка. Почти все участники гуляния либо сразу узнали его, либо им рассказали потом.

Быть может, мудрее было бы позволить ей ускользнуть.

Он вошел в свой особняк через черный ход, как и положено лакею, и, проходя мимо кухни, схватил со стола пирожное с джемом. Кондитер тут же вскрикнул и замахал кулаком, но потом, узнав его, лишь покачал головой.

Торн поднялся по черной лестнице и вошел в свое роскошное герцогское царство, где снял парик и ливрею и передал их камердинеру.

– Все прошло хорошо, сэр? – спросил Джозеф.

– Ни хорошо, ни плохо, – небрежно сказал Торн, расчесывая волосы.

Джозеф передал ему свежую рубашку. Камердинер был очень хорошим слушателем, но не болтуном.

– Она была зажатой и не такой взбалмошной, как на празднике, – сказал Торн, застегивая пять пуговиц. – Я, по правде говоря, разочарован.

– Возможно, она просто хотела вернуть свои безделушки, сэр. – Джозеф протянул коричневые брюки.

– Звезды ей были вовсе не нужны, и она это не скрывала. Однако, поразмыслив, я понял, что не чувствую неприязни к ее скромности. Так даже намного интереснее.

– Уверен, что так и есть, сэр, – сказал камердинер, легко улыбнувшись в ответ Торну, и добавил: – Если только это не опасная игра.

– Опасные игры – самые лучшие, – с усмешкой возразил Торн, – и я стараюсь в них побеждать.

Вскоре Торн уже был одет в свою обычную одежду для работы. Надевая герцогский перстень, Торн подумал: хорошо, Келено не оказалась трусихой. Любовниц найти легко. А вот интригующих, сообразительных девушек – нет. Он обязательно завтра вернется в «Козерог».

Джозеф достал мягкий, отделанный кружевом платок.

– Вы так и не узнали, кто она, сэр?

– Нет. – Торн завязал платок и закрепил простой золотой булавкой. – Ее не было в списке приглашенных леди. Но люди иногда приводят своих друзей, которые случайно оказываются в Лондоне. Конечно, только тех, что обладают достаточно высоким титулом.

Торн завязал волосы простой лентой, вспомнив свой разговор с Келено о макияже. Он был рад, что в ближайшее время ему не было необходимости присутствовать ни на каком судебном заседании и красить лицо.

– Некоторые мужчины, конечно, приводят с собой низкородных дам, но держат их рядом с собой. Я тогда поинтересовался у участников представления, не из театральной ли она труппы, но они ничего о ней не знали.

Торн посмотрел на себя в зеркало, чтобы убедиться, что все в порядке, и одобрительно кивнул.

– Эта девушка – загадка, Джозеф, и я намерен с наслаждением разгадать ее. Но работа не ждет, и сейчас надо заняться делами.