Джо Аберкромби – Прежде чем их повесят (страница 60)

Ищейка нахмурился. Про себя он знал точно. В тот самый раз, когда последний раз был в тепле. Обнявшись с Шари у огня, он улыбался от уха до уха. Как раз перед тем, как Бетод заковал его, и Логена, и остальных и отправил в ссылку.

Он все еще помнил ее последний взгляд — рот открыт от удивления и испуга, пока его тащат из-под одеяла, голого и не до конца проснувшегося, квохчущего, как петух, который знает, что ему сейчас свернут шею. И было больно, что его тащат прочь от нее. Только вот не так больно, как когда Скейл двинул по «помидорам». Больно было всю ночь — он не думал, что такую ночь можно пережить. Боль от удара со временем утихла, но боль от потери не пройдет никогда.

Ищейка помнил запах ее волос, звук ее смеха, тепло и мягкость спины — она засыпала, прижавшись к его животу. Бывшие в употреблении воспоминания, захватанные и стертые, как любимая рубаха. Он помнил все, словно это было вчера. Пришлось запретить себе думать об этом.

— Не знал, что моя память такая долгая, — проворчал он.

— Моя — нет, — откликнулся Доу. — Не устал любиться с кулаком?

Доу снова посмотрел в овраг и причмокнул. В его глазах вспыхнул огонек, которые очень не понравился Ищейке.

— Забавно, ведь не так уж и скучаешь, пока не увидишь прямо перед собой. Все равно как показывать мясо голодному — так близко, что запах чуешь. И не говори, что ты не так же думаешь.

Ищейка нахмурился.

— Вряд ли я думаю так, как ты. Ткни корень в снег, если приперло. Может, остынешь.

Доу улыбнулся.

— Скоро я его кое-куда ткну, посмотришь.

— А-а-а! — пронесся вопль над склоном. Ищейка метнулся к своему луку, выглядывая, не застал ли их врасплох разведчик Бетода. Но это всего лишь кричал принц — он поскользнулся и плюхнулся на задницу. Доу, сморщившись от презрения, смотрел, как принц катится на спине.

— Вот еще новая разновидность бесполезного, да? Из-за него мы движемся вдвое медленнее, чем нужно, а он только ноет громче рожающей свиноматки, жрет больше чем положено и срет пять раз в день.

Вест суетился, стараясь счистить грязь с плаща принца. Ну, верней, не принца. С плаща, который отдал принцу Вест. Ищейка так и не смог понять, зачем умный человек сотворил такую глупость. Да еще в такое время, когда надвигаются холода, ведь уже середина зимы.

— С чего вообще кто-то держится этой задницы? — спросил Доу, покачав головой.

— Говорят, его папаша — сам король Союза.

— Что за разница, чей ты сын, если ты сам дерьмо дерьмом? Я бы на него мочи пожалел, хоть он огнем гори.

Ищейка только кивнул. Он бы тоже пожалел.

Они сидели вокруг того места, где мог бы гореть огонь — это если бы Тридуба разрешил зажечь костер. Конечно, он не разрешил, как ни умоляли южане. Не разрешил, несмотря на жуткий холод, — кругом разведчики Бетода. С тем же успехом можно было орать «мы тут!» изо всех сил. С одной стороны сидели Ищейка и остальные — Тридуба, Доу и Тул; Молчун улегся, опираясь на локоть, с таким видом, будто он здесь вообще ни при чем. Союзные сидели напротив.

Пайк и девчонка изображали, что им нипочем холод, усталость и голод. Что-то подсказывало Ищейке: им не впервой. Вест, похоже, был на пределе; он дышал в сложенные руки, как будто они вот-вот почернеют и отвалятся. Лучше бы он оставил плащ себе, чем отдавать последнему придурку.

Принц сидел, задрав подбородок, как будто он и не измотался, не вымазался в грязи и не начинал вонять, как остальные. И сидел с таким видом, будто он может приказывать — и хоть кто-то послушает. Тут-то он ошибается, решил Ищейка. Такие парни, как они, выбирают командира по делам, а не по родословной. Выбирают командира со стержнем, так что они скорее будут слушать приказы девчонки, чем этого болвана.

— Самое время обсудить планы, — захныкал принц. — А то некоторые, похоже, блуждают во мраке.

Ищейка заметил, что Тридуба уже хмурится. Ему не по душе было тащить этого идиота с собой, а мнение его Тридуба вовсе не интересовало.

Вдобавок не все друг друга понимали. Из союзных только Вест говорил на северном. Из северных только Ищейка да Тридуба говорили на союзном. И еще Тул более или менее улавливал общий смысл.

Доу вовсе ничего не понимал. А Молчун… ну, молчание одинаково во всех языках.

— Что ему еще надо? — проворчал Доу.

— Кажется, что-то про планы, — ответил Тул.

Доу фыркнул.

— Что может понимать эта задница?

Ищейка увидел, как Вест сглотнул, — явно разобрал, о чем речь, и понял, что кое у кого терпение на исходе.

Принц, конечно, ничего не понял.

— Было бы весьма полезно знать, сколько, по-вашему, дней потребуется на дорогу до Остенгорма…

— Мы не идем на юг, — сказал на северном Тридуба, не дав его высочеству договорить.

Вест перестал дышать на руки.

— Нет?

— И не шли с самого начала.

— Почему?

— Потому что Бетод идет на север.

— Это точно, — вмешался Ищейка. — Я видел его сегодня.

— Почему он повернул? — спросил Вест. — Ведь Остенгорм беззащитен.

Ищейка вздохнул.

— Я забыл спросить. Мы с Бетодом не в таких близких отношениях.

— Я скажу, почему, — фыркнул Доу. — Бетоду не нужен ваш город. Совсем.

— Ему нужно разрезать вас на кусочки, которые легко прожевать, — добавил Тул.

Ищейка кивнул.

— Как тот кусочек, в котором вы оказались и косточки от которого он только что выплюнул.

— Прошу прощения, — вмешался принц, не понимающий ни слова, — но лучше говорить на общем языке…

Тридуба, не обращая внимания, продолжил на северном:

— Он хочет разодрать вашу армию на клочки. А потом расплющит их по очереди. Вы думаете, что он идет на юг, так что он рассчитывает, что ваш маршал Берр пошлет людей на юг. Он захватит их врасплох, и если их мало, он порежет их на куски, как в прошлый раз.

— Потом, — прогремел Тул, — когда твои прекрасные солдаты застрянут в грязи или бросятся удирать через реку…

— Зимой он начнет щелкать города, как орешки, не торопясь, а его карлы получат все что захотят. — Доу причмокнул, глядя на девушку — совсем как голодный пес на ветчину. Она ответила твердым взглядом — молодец, подумал Ищейка. Он на ее месте, наверное, не решился бы.

— Бетод идет на север, и мы пойдем следом, — твердо сказал Тридуба, давая понять, что это не обсуждается. — Будем следить за ним и, если получится, опередим его. Тогда, если ваш друг Берр сунется в эти леса, мы предупредим его, где Бетод, чтобы он не наткнулся на него, как слепой на колодец.

Принц сердито хлопнул по земле.

— Я желаю знать, что тут говорят!

— То, что Бетод идет с армией на север, — прошипел сквозь зубы Вест. — И что они собираются идти за ним.

— Это недопустимо! — рявкнул тупица, одергивая грязные манжеты. — Таким образом мы все подвергнемся опасности! Сообщите им, пожалуйста, что мы незамедлительно отправляемся на юг!

— Так и поступим. — Все обернулись на голос и обалдели: Молчун говорил на союзном не хуже самого принца. — Вы идете на юг. Мы — на север. Мне надо отлить.

Он поднялся и отправился в темноту. Ищейка смотрел ему вслед, разинув рот. Зачем Молчуну понадобилось учить чужой язык, если он на своем-то больше двух слов сразу не произносил?

— Прекрасно! — испуганно завизжал принц. — Чего еще стоило ожидать!

— Ваше высочество! — прошипел Вест. — Они нужны нам! Мы не доберемся до Остенгорма или докуда-то еще без их помощи!

Девушка скосила на них глаза.

— Вы хоть знаете, где тут юг?

Ищейка подавил смешок, но принцу было не до смеха.

— Нам нужно на юг! — огрызнулся он; грязное лицо перекосило от гнева.

Тридуба фыркнул.