Джо Аберкромби – Дьяволы (страница 42)

— Вот это похвала.

— Мне всегда... трудно... признавать чужие таланты. — Вопреки всему, Бальтазар заметил, что чуть улыбается. — Не практиковался.

Нельзя отрицать: у Батист хватало недостатков. Но кто безупречен? Пришлось признать, что даже он скрывает пару мелких изъянов. И бессмысленно отрицать, что в ней было что-то... притягательное. Эта агрессивная уверенность. Своенравная походка. Шрам на губе, сначала казавшийся уродливым, теперь придавал... остроту, опасность, пленительный налет... опыта, что ли.

Одни впечатляют сразу. Других ценишь со временем. Как выдержанный сыр. И часто именно приобретенные вкусы становятся самыми дорогими...

— Чего? — Она сузила глаза, поймав его взгляд.

Он открыл рот, чтобы ответить.

И тут с грохотом, взрывом щепок и облаком пыли в потолок врезалось копье размером с лопату.

Это был военный корабль. Даже такой невежда в морских делах, как брат Диас, не сомневался.

Галера троянского стиля — длинная, смертоносная, быстрая, как копье. Позолота сверкала на поручнях и мачтах, два яруса весел синхронно взрезали воду. На трех треугольных парусах мерцали стилизованные маяки, вышитые золотом, а массивный таран в форме ястребиной головы вздымал облака брызг. Величественное зрелище. Если бы не тот факт, что таран был направлен прямо на них.

— Святая Беатрикс... — прошептал брат Диас, глядя на болт баллисты, вонзившийся в палубу в сантиметре от места, где он сидел, сочиняя очередное неотправленное письмо Матери.

— Не волнуйся, — хлопнула его по плечу Вигга, едва не сбив с ног. — Это был предупредительный выстрел.

— А если бы он попал в меня?

— Тогда... э-э... был бы просто выстрел?

— Мы не сможем уйти! — визжал капитан. — Мы не военный корабль! Надо сдаться!

— Не можем, — буркнул Якоб.

— Папская печать, — барон Рикард показал полосу на запястье, словно извиняясь.

— И я кое-что поклялся.

— О боже... — Алекс сжимала голову, белые пальцы впиваясь в волосы. Еще мгновение назад она гордилась успехами в письме, а теперь ее лицо искажал ужас.

— Советую вам с командой покинуть судно, — барон похлопал капитана по плечу. — Подозреваю, скоро станет... жарко.

— Покинуть? — капитан махнул рукой в сторону бескрайнего моря. — И куда?

— В это время года мне всегда нравился юг Франции. У вас тут... — Рикард платком вытер каплю крови, сочившуюся из двойной ранки на шее капитана. — Вот так. Лучше.

— Что происходит? — Бальтазар выскочил на палубу, тыча пальцем в болт. — Эта хуйня чуть не убила меня!

— Жаль, — заметил барон. — Надеюсь, следующий выстрел будет точнее.

— Кто, черт возьми, они? — Бальтазар уставился на приближающуюся галеру.

— Еще не представились.

— Они прятались в бухте, — сказал Якоб.

— Ждали нас? — огрызнулась Батист.

— Таран направлен именно на нас. Может, Фриго предал?

— Удивилася бы, если б нет.

— Ты говорила, что знаешь людей в Венеции! — заныл брат Диас.

— Я не говорила, что им можно доверять!

Галера неумолимо сокращала дистанцию. Даже без весел ее массы хватило бы, чтобы раздалить их. Но гребцы работали яростнее прежнего.

— Мы в ловушке! — вскрикнула Алекс. — Прямо как в таверне!

— Не-а, — Вигга усмехнулась. — Таверна была на суше. От нее можно сбежать. И таверна не тонет.

Алекс уставилась на нее. — Значит, здесь хуже?

— Намного хуже. — Вигга оскалилась, когда волна накрыла палубу брызгами.

Якоб затягивал ремни щита на руке. — Придется пробиваться силой.

— Святая Беатрикс... — бормотал брат Диас, словно искал в молитве спасительную интонацию.

— Принесите соломы! — рявкнул Якоб капитану. — Намочите и подожгите на палубе!

— Огонь? — Алекс покосилась на доски под ногами. — На корабле?

— Нам нужен дым, — пояснила Батист.

— Нам нужен хаос, — поправил Якоб, не отрывая взгляда от галеры. — Когда превосходят числом и умением, хаос — твой лучший шанс.

Еще один болт пролетел в сорока шагах, но брат Диас все равно пригнулся. Второй предупредительный выстрел. Он задался вопросом: можно ли чувствовать себя более предупрежденным, чем сейчас?

— Поворачивай! — орал капитан, наваливаясь на руль. Судно кренилось к берегу. Брат Диас вцепился в мачту, наблюдая, как его перо катится по накренившейся палубе. Ритм барабана с галеры нарастал. Весла сверкали на солнце, таран приближался с ужасающей неотвратимостью.

— Святая Беатрикс... — он схватился за освященный флакон.

Таран врезался в борт ниже ватерлинии. Дерево взвыло, палуба накренилась, взметнув завесу брызг. Матрос с криком рухнул с рей, ударился о поручни и свалился за борт. Брат Диас закрыл глаза и молился.

— Эй, на судне!

Якоб поднял взгляд. На носу галеры, на платформе в форме стрелы, стоял человек в алом камзоле, усыпанном орденами. Его круглое лицо обрамляли золотые кудри, а в ухе болтался бриллиант.

— Прошу прощения за таран, — он махнул рукой, словно здоровался на рынке, — но переговоры идут глаже после... решительного жеста. Я герцог Констанс, и так далее, не трудитесь кланяться.

— Не говори, — прошипела Алекс, — что ты сын Евдоксии.

— Третий, если точно. Хотя считаю себя единственным наследником. А вы, должно быть, моя кузина, знаменитая принцесса... — Он достал свиток с печатью. Якоб стиснул зубы: копия папской буллы. Ту, что никто не должен был видеть до Трои. — Принцесса Алексия Пиродженнетос, — прочел Констанс, — одобрена парой Оракулов Небесного Хора! — Он прищурился. — Немного похожа на крысу на вид, не находите?

— Я работаю над манерами! — огрызнулась она.

— О, можете остановиться. — Он швырнул свиток через плечо. — Вам они уже не понадобятся. Благодарю, что привезли ее прямо ко мне. Будьте добры, передайте ее мне, или нам придется забрать ее силой.

— Твой брат Марциан пытался так же, — сказал Якоб.

— Сочувствую. — Констанс скривился. — Вечно он закатывал истерики. Его отец был козлом. Мой, впрочем, тоже. Мать имела ужасный вкус к мужчинам. Но это... — он махнул рукой, — не суть. Где Марциан теперь?

— Кусочками там, кусочками здесь.

— Он мертв?

— Дохлый как крыса, — рыкнула Вигга.

Шок на лице герцога сменился улыбкой. — Вы даже эту работу за меня сделали! Какие удобные враги!

— Всю жизнь мечтала о семье, — пробормотала Алекс. — А оказалось — сборище говнюков.

— Сочувствую, — процедил барон Рикард.

— Судя по шрамам и мрачному виду, — Констанс ткнул пухлым пальцем с перстнем в Якоба, — вы видали сражения? — Его жест напоминал выбор пирожного.

— Пару стычек, — буркнул Якоб.

— Тогда вы понимаете, что в невыгодном положении.

Якоб не дрогнул, почувствовав, как Санни на мгновение прижалась к его спине. — Пять лучников на платформе с ним, — прошептала она. — Еще десяток на мачтах. — И исчезла.