Джин Вулф – Исход из Длинного Солнца (страница 67)
В то же мгновение, быстрее, чем движение рук фокусника, на его ссохшемся лице появился оскал трупа.
— Здравствуй, Гагарка.
— Привет. Так ты действительно так могешь. Сиськи и патера поклялись, что ты могешь, но не могу сказать, что я им поверил.
— Тебе нужна помощь?
— Не-а. — Новичок вернулся к еде, обнаружив, что пустой взгляд Скиахана тревожит его. — Скажи им, что все пучком, и я подам сигнал, когда придет время. — Он обмакнул в соус кусок грудинки, надеясь, что она уйдет прежде, чем он закончит. — И я пошлю Квакуна за чем-нибудь. Будет лучше, если он не будет стоять на пути.
— Этот человечек, он такой голодный.
Новичок покорно сжевал кусок.
— На нем больше мяса, чем на тебе.
— Я бы хотела супа. Попрошу бабушку.
— Так и сделай, — сказал новичок.
Скиахан мигнул и пришел в себя, обнаружив, что соусник чуть не сполз с его коленей. Он заставил себя глубоко вздохнуть.
— Такого я не ожидал.
Новичок, не поднимая головы, кивнул:
— Чего?
— Когда поднимаешься слишком высоко, чувствуешь слабость. И сейчас я чувствую себя очень слабым. Еда отравлена?
— Нет, — уверенно сказал новичок.
— Ты что-то сказал мне, несколько раз. И я ответил. Но не помню ни слова.
— Не имеет значения.
Скиахан прикончил копченую черепаху и принялся за лапшу.
— У меня нет никаких причин верить тебе. Ты можешь быть шпионом.
— Точняк.
— Ты дал мне хорошую еду, и я тебе очень благодарен. Уж лучше, чтобы за тобой шпионили, чем били.
— Можешь повторить это еще раз.
— Я рассказал Сиюф и Абанье все, что знаю. Почему меня посадили в тюрьму?
Новичок поднял крышку еще одного блюда.
— Ты любишь сыр? Он дал его мне, немного.
— Я уже съел больше, чем достаточно. И даже не закончил хлеб, который ты мне дал.
— Гляди. — Новичок показал беловатый ком с голубыми прожилками. — Попробуй хлеб с этим.
— Спасибо. Дома делают вкусный сыр, но я его не ел давным-давно.
— А теперь слушай здесь, Верхний. — Новичок налил в свою кружку бренди на четыре пальца. — Эти бабы из Тривигаунта, о которых ты говорил, Абанья и Сиюф. Я никогда не видел их и даже не слышал о них. Но я знаю это место, горячую, суды и судей, и все такое. Если ты захочешь сказать мне, что ты делал и что произошло с тобой, я смогу ответить тебе на пару вопросов. Если не хочешь, торчи здесь. Только не спрашивай того, чего я не знаю, потому как я в тюрьме, и здесь у стен есть уши.
— Ты хочешь узнать о моем преступлении? Я не сделал ничего плохого.
— Они держат тебя здесь, а это значит, что они боятся того, что ты сделаешь, ежели отсюда выйдешь. И это?
— Я возобновлю поиск человека по имени Гагарка. Это все. Они об этом знают.
— Ты собираешься замочить его, когда найдешь?
Скиахан перегнулся через край своей койки и посмотрел на новичка:
— Это эквивалент «заморить»? Более мягкий звук вместо твердого на небе?
— Ага. Так нас учила святая сивилла; она назвала это «альтернативным произношением».
— Нет, я не хочу замочить его. Я скажу хозяевам того дирижабля, который висит над городом, забрать меня, этого Гагарку и тех, кого он выберет, в Главный компьютер.
— А ну погодь. — Новичок прочистил ухо ногтем указательного пальца. — В Главный компьютер. Я не уверен, что расслышал тебя правильно. Повтори.
— Я из Главного компьютера. Там живем мы, Экипаж. Он наш руководитель, защищает нас, и мы чиним его, следуя его указаниям, когда необходима починка.
— Настоящее место. — Новичок хлебнул бренди.
— Да. Мы живем в Главном компьютере. Вы живете в Вайроне. Очень просто.
— Если вы живете там, тогда почему вы, твою мать, постоянно летаете над нами и делаете дождь?
— Потому что так приказывает Главный компьютер. Он управляет всем
— Хочешь немного красного? — Новичок предложил свою кружку. — Если ты до сих пор чувствуешь слабость, оно тебе поможет.
— Нет, спасибо.
— Лады, а что такое груз? Как на лодке?
— Вы, люди, а также животные и растения. Да, как на лодке, потому что мы тоже в лодке, как и вы.
— Мы груз? — Новичок, не отрывая глаз от Скиахана, постучал себя по груди. — Я, и все, кого я знаю?
— Совершенно точно, — энергично кивнул Скиахан. — И Абанья с Сиюф. Теперь ты видишь, что я не собираюсь замочить Гагарку. Наш долг — сохранять Груз, а не мочить его.
— Главный компьютер приказывает вам это делать?
— Сохранять Груз? Да, всегда. — Голос Скиахана упал. — И это становится все труднее и труднее. Солнце отвечает не так хорошо, и даже хуже, чем во времена моего отца. И еще одна трудность. Тепло накапливается, поскольку охлаждение больше не работает с нужной эффективностью. Главный компьютер может потушить солнце. Перестать подавать ему энергию. Он уже предупредил нас, и мы сделали все нужные приготовления.
Новичок поставил кружку:
— У меня и без твоих слов кружится голова, а тут еще такое. — Он встал и подошел к маленькому зарешеченному окошечку в железной двери. — Эй! Квакун!
— Ты думаешь, что я обманываю тебя. И хочешь от меня избавиться.
Новичок повернулся к нему:
— Я заплатил две карты, чтобы получить эту койку, и сейчас я вижу, что ты спрыгнул с ума. Ты сказал, что становится слишком жарко. На всем витке становится слишком жарко.
Скиахан кивнул:
— Есть и другие трудности, но эта — самая плохая.
— И ты собираешься выключить охлаждение…
— Нет, нет! Солнце. Пока
— Потому как на всем витке становится слишком жарко… — Новичок подошел к окну. — А ну, погляди наружу. Это снег.
— Ты не веришь мне. — Скиахан вздохнул, пытаясь найти на грубом бородатом лице новичка хоть какой-нибудь признак веры. — Я не могу осуждать тебя, но ты накормил меня и был добр ко мне. Я не обманываю тебя. Поверь, в этом году было очень трудно сделать зиму. Главный компьютер боролся изо всех сил, и мы много раз летали.
— Сделали зиму. Главный компьютер сделал вот это? — новичок указал на окно. — Мне всегда казалось, что зима — нечто природное.
— Природа — удобный термин для процессов, которые ты не понимаешь, — устало сказал Скиахан. — Но солнце однажды уже гасло, потому что Главный компьютер пытался сделать эту зиму. И это не было запланировано.