Джин Соул – Девять хвостов бессмертного мастера. Том 3 (страница 29)

Вторая принцесса встала, сошла на присыпанную камешками землю. В ней изменилось что-то, она это чувствовала. Мозг справился наконец-то с непосильной задачей и стал воспринимать двойственность Великого Ничто как нечто обыденное. Так называемое «обнуление» происходит всего лишь потому, что здесь нет времени как такового. Странное ощущение…

Шэнь-цзы оглянулась. Её следов на земле не оставалось, хотя они должны были там появиться. Она встала на одно колено, прижала ладонь к камешкам, оставляя вмятину, отвела… Белые камешки завибрировали и горкой наползли друг на друга, скрывая след.

– А, понятно, – проговорила Вторая принцесса.

Она начертила пальцем в камешках изломанные линии, они затянулись точно так же, как и вмятина от ладони. Чтобы утвердиться в своих догадках о «безвременье», она подобрала камешек с острыми гранями и поранила себе подушечку пальца. Ранка тотчас же затянулась, не оставив следа.

«Здесь я лишить себя жизни уж точно не смогла бы», – машинально подумала Шэнь-цзы.

Она решила проверить свои духовные силы, полагая, что не сможет ими воспользоваться, но Небесное зрение работало. Шэнь-цзы обнаружила, что оно изменилось: она увидела сразу весь дворец Вечного судии, и каждый из павильонов и флигелей изнутри, и Шу Э, ворчащую за заваленным свитками и бумагами столом, и спящего Юн Гуаня…

Она поспешно прикрыла глаза. Шу Э предупреждала, чтобы она не глядела на Вечного судию Небесным зрением. Но ведь она и не приглядывалась. Но она успела заметить, что тело Юн Гуаня покрывают замысловатые узоры татуировок, похожих на те лозы, что сейчас прорастали в её теле вокруг Золотого ядра. То, что скрыто от глаз…

«И моё тело будет выглядеть так?» – подумала Шэнь-цзы, поглядев на свои руки.

Вторая принцесса помотала головой, чтобы изгнать из головы эти мысли и вообще увиденное. Если на это не полагается смотреть, она и не будет.

Она припомнила, где находится стол Вечного судии, и решила пойти поздороваться с Шу Э. У неё были вопросы, но она не был уверена, что хочет задавать их Юн Гуаню.

[252] Калибровка душ умерших

Шу Э пристально на неё взглянула, и Шэнь-цзы почувствовала, что краснеет.

– Одеяние пришлось тебе впору, это хорошо, – заметила Шу Э, и Вторая принцесса сообразила, что это именно Шу Э принесла одежду.

Ей стало ещё неловче. Кто знает, что она могла увидеть… и на что смотреть.

– Выспалась? – спросила Шу Э, сделав вид, что не замечает смущения Второй принцессы.

– Не уверена, – сказала Шэнь-цзы. – Я знаю, что должна была не выспаться, но усталости не чувствую. Это Великое Ничто или семя Посмертия?

Шу Э поглядела на неё с нескрываемым интересом:

– А ты хоть знаешь, что такое семя Посмертия?

– Не уверена…

– Ясно, – вздохнула Шу Э. – Не бери в голову, это обычное семяизвержение.

Шэнь-цзы отчаянно покраснела. На Небесах о таких вещах не говорили прямо. И она не была уверена, что вообще хочет об этом говорить. Она читала, что мальчики становятся мужчинами, когда извергают семя, но это было всё, что она знала. Вчера её «багаж знаний» значительно пополнился. Но о таком не говорят вслух.

– Шу Э, что это за документы? – спросила Шэнь-цзы, меняя тему.

Шу Э небрежно двинула свитки рукой:

– Это то, чем должен заниматься владыка.

– Из-за меня… – страшно смутилась Вторая принцесса.

– Нет-нет, – поспешила успокоить её Шу Э, – ты здесь ни при чём. Владыка вечно филонит, а мне приходится отдуваться.

– Это… калибровка душ умерших? – несколько успокоившись, спросила Шэнь-цзы. – Покажешь, как это делается? Я могла бы помочь.

– А это отличная идея, – воодушевилась Шу Э и стала рассказывать, как сортировать списки смерти.

На каждом были различные пометки: кого в ад, кого на перерождение, кого обратно в мир живых.

– Ставим печать, – объясняла Шу Э, показывая, как это делается, – и кладём в нужный ящичек.

На столе стояло несколько низких ящиков из бамбуковых дощечек. Попавший в них свиток – исчезал. Чуть поодаль стоял ещё один ящик, но в него Шу Э не положила ни одной бумаги.

– А этот для чего? – спросила Шэнь-цзы.

– Этот особенный, – сказала Шу Э. – Сюда приходят списки смерти с Небес. Он всегда пуст. Чтобы такой список смерти появился здесь, должно произойти что-то из ряда вон выходящее. Видишь ли, небожители и боги перерождаются априори.

Шэнь-цзы понятливо кивнула.

И в это самое время в ящике появился туго свёрнутый свиток. Шу Э и Вторая принцеса вздрогнули.

– Вот так-так, – удивилась Шу Э, глядя на свиток широко раскрытыми глазами. – Неужели кто-то из богов преставился?

Шэнь-цзы почувствовала, что внутри всё леденеет, будто в неё снова влилось семя Посмертия.

«А-Цинь!» – в страхе подумала она, и по её лицу разлилась смертельная бледность.

Она протянула руку к ящику, но не смогла заставить себя коснуться списка смерти. А если это действительно известие о смерти А-Циня? Шу Э поглядела на неё, поняла, что с нею происходит, и вытащила свиток из ящичка сама.

– Посмотрим, – сказала она, усмехнувшись, – а вдруг это сам Небесный император? Вот бы владыка обрадовался…

Шэнь-цзы впилась в неё помертвелым взглядом. Шу Э развернула свиток, пробежала по нему глазами. Лицо её не изменилось.

– Вот как… – протянула она с лёгким удивлением.

– Что там? – выдавила Шэнь-цзы.

– Мне очень жаль, – искренне сказала Шу Э, – но богиня небесных зеркал скончалась. Вы, я знаю, были близки?

– Тётушка? – поразилась Шэнь-цзы и устыдилась недостойных мыслей, заполнивших её голову.

Она не смогла почувствовать скорбь утраты, хотя на самом деле очень любила богиню небесных зеркал. Она испытала дикую радость и нереальное облегчение, что это не А-Цинь! Это было очень недостойно, но она ничего не могла с собой поделать. Лицо её покрылось пятнами.

– Что здесь происходит? – раздался за их спинами звучный голос Юн Гуаня.

– Я всего лишь показывала Шэнь-мэй, как калибруют души умерших, – ответила Шу Э, протягивая владыке Великого Ничто свиток, – как пришло вот это.

– Да неужели Небесный император? – ощерился Вечный судия.

– Увы, нет, – сказала Шу Э.

Юн Гуань с досадой прищёлкнул языком:

– А я всё жду, что он вот-вот на этом столе окажется… Очередное крушение надежд.

Он взял свиток, прочёл его, тронул пальцем угловую пометку и чуть нахмурился. Великое Ничто немного потускнело. Юн Гуань вытянул руку в сторону, пальцы его сжались на чём-то невидимом, и изумлённая Шэнь-цзы увидела, что в пространстве появилась дверь – самая настоящая дверь!

– Я ненадолго отлучусь, – сказал Юн Гуань. – Надеюсь, у вас хватит ума не подглядывать.

Дверь за ним закрылась.

– Куда она ведёт? – шёпотом спросила Вторая принцесса.

– К Владыке миров, – тихо и торжественно ответила Шу Э. – Владыка всего сущего, ему подвластны все миры. Только существа ранга Вечного судии могут проходить через эту дверь. Вероятно, это спорный случай, раз список смерти богини появился в Великом Ничто. Спорные случаи в компетенции Владыки миров.

– О… – только и смогла сказать Шэнь-цзы.

Шу Э внимательно поглядела на неё. Лицо у Второй принцессы было необыкновенно ожесточённым. Шу Э догадывалась, о чём та думает: о том, что к смерти богини небесных зеркал, вероятно, причастен Небесный император. Так ли это? Шу Э не знала. Только Вечный судия мог видеть полный текст списков смерти. Сама Шу Э видела лишь непосредственную причину смерти и пометку для калибровки. Этого было вполне достаточно, чтобы выполнять за Вечного судию его работу.

Дверь открылась, выпустила Юн Гуаня и исчезла. Вечное Ничто отреагировало на его появление очень неожиданно: стало чёрно-белым на мгновение, потом вернуло себе буйство цвета.

«Что-то не так», – поняла Шу Э и встревожилась. Юн Гуань сделал вид, что ничего не произошло, словно и не заметил этой вспышки. На Шу Э он глянул вскользь, вниманием его владела исключительно Шэнь-цзы.

Юн Гуань подхватил Шэнь-цзы на руки:

– Ты должна была оставаться в постели до моего пробуждения.

– Но… – вспыхнула Вторая принцесса.

Минутой спустя она уже оказалась в упомянутой постели, а Юн Гуань прильнул к её губам поцелуем, явно демонстрируя и нетерпение, и желание.