Джим Чайковски – Кровавое Евангелие (страница 45)

Кардинал не сводил пристального взгляда с Эрин.

– Многие из совершенных стригоями массовых убийств получили неправильное отражение в истории.

Брови археолога сошлись на переносице, затем ее глаза расширились.

– А резня, учиненная Иродом? – спросила она. – На месте моих раскопок. По-вашему, это не дело рук Ирода, желавшего ликвидировать будущего царя иудеев, так?

– Здесь больше фантазии. Ирод не убивал такого количества младенцев. Их убили стригои.

– Но они не только пили кровь этих детей. Я обнаружила на костях следы зубов, которыми они в них вгрызались. Это было дикое по своей жестокости деяние – если, конечно, оно преследовало определенную цель.

Кардинал положил свою руку в перчатке на руку Эрин.

– Как мне ни жаль, но я должен сказать, что это правда. Стригои стремились убить младенца-Христа, поскольку знали, что Он поможет уничтожить их. Так оно и случилось: поскольку чудом Его крови было то, что именно она и привела к образованию Ордена сангвинистов и начала их борьбу со стригоями.

– Выходит, что сангвинисты сами нашли себе работу, – с этими словами Джордан забросил в рот целую пригоршню виноградин.

– Вовсе нет. Дорога, которую мы выбрали, отнюдь не из легких; наше дело служить человечеству и открывать для него единственную дорогу, ведущую к спасению души. – Кардинал Бернард катал виноградину между пальцев. – В течение многих веков мы обеспечивали сбалансированную численность стригоев, но за несколько последних десятилетий стригои и некоторые люди сформировали некий союз, называемый Велиалом.

Эрин прижала руки к груди, услышав это имя.

– Велиал. Предводитель сынов Тьмы. Одна из древних легенд.

– Круто, – сказал Джордан, перестав жевать.

– Мы так никогда и не узнали, зачем они образовались. – Кардинал посмотрел поверх их голов на ночное небо. – Но, похоже, завтра мы это узнаем.

Брови Корцы сдвинулись, глаза смотрели вниз.

– Пока мы в этом не уверены. Даже сейчас. Не позволяйте любви Бернарда к драматическим эффектам влиять на вас.

– А каким образом она может влиять на нас? – спросил Джордан.

– А как образовался Велиал? – спросила Эрин, обращаясь к кардиналу.

– Насколько мне известно, Рун рассказывал вам, что в усыпальнице в Масаде хранилась Книга, самая священная из когда-либо написанных Книг. Это была собственная история Христа о том, как Он пришел к Своему обожествлению; и Книга эта написана Его собственной кровью. И называется она «Кровавое Евангелие».

– Что, по-вашему, значит «пришел к Своему обожествлению»? – поинтересовался Джордан, насытившись и отставляя от себя тарелку.

Кардинал, глядя на него, кивнул.

– Занимательный вопрос. Как вам известно из Библии, Христос в ранние периоды своей жизни не творил чудес. Зато впоследствии он совершил целый ряд удивительных деяний. Его первое чудо – превращение воды в вино – было описано в Книге Иоанна.

Эрин, сев поудобней на стуле, прочла по памяти библейский пассаж:

– Так положил Иисус начало чудесам в Кане Галилейской и явил славу Свою; и уверовали в Него ученики Его[43].

Бернард утвердительно кивнул.

– А впоследствии и множество других чудес: увеличение количества рыб, исцеление больных, воскрешение мертвых…

– Но какое все это имеет отношение к Кровавому Евангелию? – спросила Эрин.

– Тайна сотворенных Христом чудес привела в замешательство многих ученых толкователей Библии, – начал объяснять кардинал. – Чем вызвана эта неожиданная демонстрация чудес? Что побудило Его божественность так неожиданно воссиять на фоне Его земной плоти? – Перед тем как ответить, Бернард обвел взглядом всех сидящих за столом. – На эти вопросы и дает ответ Евангелие от Христа.

Эрин смотрела на него отрешенным взглядом.

– Звучит, по-моему, убедительно, – высказал свое мнение Джордан. – А с чего велиане заинтересовались этим?

– Потому что эта Книга может дать любому возможность ощутить собственную божественность и объявить о ней во всеуслышание. Вы представляете себе, что будет, если стригои прознают про это? Это даст им возможность избавиться от их слабостей. Возможно, они смогут ходить при дневном свете, так же как и мы, и стать намного сильнее. Представьте себе, что в таком случае ожидает человечество.

– Но ведь нам доподлинно не известно ничего из только что сказанного, – прервал кардинала Корца. – Это не более чем домыслы Бернарда. – Его тяжелый взгляд остановился на Эрин и Джордане. – И вы должны это помнить.

– Почему? – спросила Эрин, внимательно глядя на него и на кардинала.

Лицо кардинала стало твердокаменным и строгим. Его явно взбесило неожиданное вмешательство Корцы. Свои последующие слова он произнес так же твердо:

– Потому что в этой игре у вас есть роли – у вас обоих, – в том, что начнется после. Если вы откажетесь, мир погрузится во мрак. Как это было предсказано.

Глава 22

26 октября, 22 часа 32 минуты по местному времени

Иерусалим, Израиль

Эрин попыталась изобразить на лице улыбку, но не смогла.

– Выходит, судьба мира зависит от нас? От Джордана? От меня?

– С чего это вы произносите мое имя с таким удивлением? – недовольно пробурчал Джордан.

Эрин пропустила мимо ушей его саркастическую реплику, к которой он и сам отнесся несерьезно. Все свои вопросы она собрала в один вопрос, выражающийся одним словом:

– Почему?

Прежде чем ответить, кардинал положил виноградину, которую катал между пальцами, на блюдо.

– Я не могу раскрыть этого вам, доктор Грейнджер, – по крайней мере сейчас, пока вы еще не сделали своего выбора. Но после этого я расскажу вам все, и вы сможете отказаться без всяких последствий для себя.

– Так, значит, это вы послали вертолет за мной в Кесарию, верно? – спросила она, припомнив и вращающиеся лопасти, и напуганного жеребца, и несчастного Хайнриха, лежащего в крови на месте раскопок.

– Да, я, – подтвердил кардинал. – Я воспользовался своими контактами с израильскими спецслужбами для того, чтобы доставить вас в Масаду на тот случай, если Евангелие окажется там.

– А почему именно меня?

Эрин намеревалась повторять этот вопрос до тех пор, пока не услышит ответ, который ей понравится.

– Я слежу за вашей работой, доктор Грейнджер. Вы скептически относитесь к религии, но проявили себя знатоком Библии. В результате этого вы обращаете внимание на то, на что нерелигиозные исследователи могут попросту не посмотреть. Также вы задаете такие вопросы, которые просто не могут быть заданы религиозными людьми. Так вот, это редко встречаемое сочетание и делает вас человеком, которому вполне по силам вернуть обратно в мир это Евангелие. И я верю в то, что продолжение уже начатого вами дела приведет к истине.

«Либо так, – скептически подумала Эрин, – либо я попросту оказалась ближайшим к вам археологом». Был конец года, и большинство специалистов уже вернулись домой к началу осеннего семестра. Но стоит ли упоминать об этом? Она решила придержать язык.

– Ну а что вы скажете обо мне? – спросил Джордан голосом, полным сарказма. – Полагаю, мне на долю случайно выпала роль «дикой» карты[44], поскольку ничем особенным похвастаться я не могу.

Эрин, возможно, должна была оспорить это его заявление, вспомнив о его татуировке и трехминутном пребывании мертвым.

А был ли во всем этом какой-то смысл?

Кардинал посмотрел на Джордана с ободряющей улыбкой.

– Я не знаю, почему пророчество выбрало именно вас, сын мой. Но ведь именно вы трое оказались единственными, кто выбрался живым из усыпальницы.

– И что нам предстоит делать в дальнейшем? – спросил Джордан, ерзая на стуле.

Эрин подозревала, что для Стоуна стало привычным, когда его при исполнении порученных заданий держат в неведении. Но для нее это не подходит. Она хотела полной ясности.

– Вы оба, – продолжал кардинал, – вместе с Руном должны найти и завладеть Евангелием, после чего доставить его в Ватикан. Согласно пророчеству, Книгу можно будет открыть только в Риме. – Опершись локтями о стол, он закончил: – Именно там наши ученые и раскроют ее тайны.

– И что потом? – поинтересовалась Эрин. – Вы снова намерены ее спрятать?

Если Кровавое Евангелие действительно существовало и содержало все то, о чем говорил Бернард, то самым лучшим было бы оставить ее в руках церкви.

– Слова Господа должны быть доступными каждому.

Карие глаза старого кардинала улыбались ей.

– Уж не потому ли церковь сжигала книги во времена инквизиции? Часто вместе с теми, кто их написал?

– Церковь допустила много ошибок, – признал кардинал. – Но не в нынешнее время. Заполучив Книгу, мы наделим светом, излучаемым этим Евангелием, все человечество.