Джим Чайковски – Кости волхвов (страница 90)
В ночное небо взлетели тела и куски тел, в двух машинах сдетонировали и взорвались бензобаки. Огненный смерч рванулся вперед, на каменный пол двора посыпались пылающие обломки.
Сейхан действовала быстро. Махнув рукой Грею, она указала ему дулом пистолета на серебристый фургон. Его лобовое стекло треснуло, но в остальном машина не пострадала. Грей, волоча за собой Рейчел, побежал к фургону. Двое бойцов пытались преградить им путь, но Грей застрелил одного, а Сейхан второго. Через несколько секунд все трое уже сидели в «мерседесе».
Внимание Сейхан привлек рев заводящегося двигателя. Она посмотрела в сторону ворот и увидела, что головной фургон сорвался с места и рванулся вперед. Рауль пытался сбежать. Из второго фургона, двигатель которого уже работал, по серебристому «мерседесу» открыли беспорядочную пальбу.
Из люка первого фургона поднялась фигура Рауля. В руке он сжимал свой огромный пистолет.
– Вниз! – рявкнула Сейхан и упала плашмя на сиденье.
Звук выстрела напоминал орудийный залп. Лобовое и заднее стекла лопнули одновременно, осыпав пассажиров серебристого фургона градом осколков. Сейхан перекатилась назад, чтобы ее отделяло от Рауля как можно больше железа.
Стрельба началась и с их стороны. Грей, лежа на животе, тоже открыл огонь, целясь в Рауля. Первый фургон, виляя, чтобы затруднить попадание, ехал к воротам. Второй следовал за ним. Рауль, даже не пытаясь пригнуться, продолжал стрелять. Одна из его пуль продырявила решетку радиатора их «мерседеса».
Черт! Этот ублюдок вывел их машину из строя. Фонтаном стекла взорвалась передняя фара. Сейхан видела, как из пробитого двигателя толстой струей льется масло.
Грей в очередной раз нажал на спусковой крючок пистолета, но послышался лишь сухой щелчок. У него кончились патроны. Сейхан поспешила подползти к нему, но было уже поздно: первый, а за ним и второй фургон вылетели за ворота, и тут же упала опускная решетка, вонзив свои стальные зубы в специально высверленные в камне гнезда. Выезд был надежно блокирован. В воздухе раздался громкий, издевательский хохот Рауля, эхом отозвавшийся в ушах Грея и его спутниц.
Сейхан встала на четвереньки и огляделась. На всех дверях и окнах замка также упали стальные решетки. Фортификация XXI века! Орден серьезно относился к вопросам безопасности. Сейхан, Грей и Рейчел были заперты во дворе.
Послышался новый звук – щелчки многочисленных электронных замков. Трое людей одновременно обернулись. Только теперь до них дошло значение издевательского смеха Рауля. Приведенные в действие скрытым механизмом, поднялись двери всех собачьих клеток, и монстры, состоящие из мускулов, зубов и бесконечной злобы, выскочили наружу, рыча и скаля клыки, с которых падала пена. Грохот взрыва и запах крови словно свели их с ума. Каждая тварь весила не менее центнера – больше, чем большинство взрослых мужчин.
И для них только что прозвенел звонок, приглашающий на обед.
Кэт отказывалась сдаваться. Отгоняя отчаяние, она снова и снова обходила голубую спальню, расположенную на вершине Башни ангелов.
– Мы просто смотрим не туда, куда нужно, – сказала она.
Вигор в отличие от нее стоял, как изваяние, посередине комнаты. Глаза его были устремлены в потолок, словно он был поглощен какими-то вычислениями. А может, он думал о своей племяннице, гадая, что с ней? Заботит ли его вообще стоящая перед ними задача? Словно отвечая на мысли Кэт, монсиньор пробормотал:
– Что вы имеете в виду?
– Возможно, здесь нет никакой магнитной вехи, – пояснила Кэт, протягивая ему компас.
Она хотела отвлечь Вигора от посторонних мыслей, заставить его полностью сосредоточиться на разгадке тайны.
– А что же тогда?
– Вспомните, что вы рассказывали мне о готической истории города и этого дворца. Может, подсказка именно в этом?
– Вполне возможно, – согласился Вигор. – Не исключено, что нечто вмонтировано в сами стены этого здания. Но как нам найти это нечто, если тут нет магнитной метки? Дворец огромен, и даже если она здесь и была, то за столетия, в течение которых над ним измывались, она могла быть уничтожена.
– Вы сами не верите в это, – твердо заявила Кэт. – Тайное братство алхимиков наверняка нашло бы способ сделать так, чтобы эта метка сохранилась и через века.
– И все-таки как нам найти ее? – спросил Вигор.
В окне рядом с ними полыхнула молния, осветив сады у подножия башни и раскинувшийся ниже город. Темная река на миг вспыхнула змеей, преследующей неведомую жертву, дождь забарабанил по крыше с удвоенной силой. Черное брюхо туч пронзил еще один раздвоенный змеиный язык молнии. Кэт взглянула на компас и сунула его в карман. Он ей больше не был нужен. В ее душе росло и крепло убеждение в своей правоте.
– Могила святого Петра была открыта с помощью магнетизма, – сказала она, подойдя к Вигору. – И именно магнетизм привел нас к могиле Александра Великого. Но находившуюся там пирамиду открыло электричество. Оно поможет нам и здесь. – Она указала на окно, за которым бушевала гроза. – Молния. Дворец построен на вершине самого высокого в городе холма.
– Для того, чтобы привлекать молнии. Вспышки света, которые разгоняют темноту.
– Мы не пропустили какие-нибудь иносказания, относящиеся к молнии?
– Что-то не припомню. – Вигор потер подбородок. – Но по-моему, вы попали в яблочко. Свет символизирует знание. Озарение. Это являлось краеугольным камнем гностицизма: поиск источника Изначального Света, о котором говорится в Книге Бытия, погоня за хранилищем древних знаний и энергия, которая струится повсюду.
Вигор растопырил пальцы веером.
– Электричество, молния, свет, знание, энергия. Все это взаимосвязано. И где-то здесь, в самой архитектуре дворца, заключен символ того, что мы ищем.
Кэт беспомощно покачала головой.
Внезапно Вигор замер.
– Что? – спросила Кэт и шагнула к нему.
Вигор опустился на колени и принялся рисовать пальцем на пыли, покрывавшей пол.
– Могила Александра находится в Египте. Мы чуть не забыли о том, что каждая предыдущая загадка связана с последующей. У египтян символом света являлся круг с точкой посередине. Точка олицетворяла солнце.
Но иногда он сплющивался, принимая овальную форму, и тогда напоминал глаз. А это символизировало уже не только солнце и свет, но еще и знание. Горящий, всепроникающий взгляд. Или, иначе говоря, «всевидящее око» – постоянно встречающийся в масонской и тамплиерской иконографии символ.
Прищурившись, Кэт рассматривала «живопись» Вигора.
– Ладно, – сказала она наконец, – но что это нам дает? Где искать то, что нам нужно?
– Это надо не искать, а создать! – ответил Вигор, поднимаясь на ноги. – Почему только это не пришло мне в голову раньше! Готическая архитектура представляет собой обманчивую игру света и тени. Архитекторы из ордена тамплиеров были мастерами обмана такого рода.
– Но откуда нам…
Вигор оборвал ее:
– Мы должны вернуться на первый этаж и начать все сначала. Вспомните, ведь именно там мы видели изображение горящего глаза в круге света.
Кэт не помнила никаких таких изображений, однако безмолвно последовала за монсиньором на нижний этаж Башни ангелов. Наконец они очутились в комнате, которая уже была осмотрена ими.
– Кухня? – удивилась Кэт.
Она стала оглядывать уже знакомые стены, очаг в центре комнаты и восьмиугольный дымоход. Кэт не понимала, зачем Вигор привел ее сюда, и собиралась спросить его об этом, но он заговорил первым.
– Подождите, – сказал он.
За окном блеснул еще один ослепительный хлыст молнии. Яркий свет от нее проник через дымоход и на долю секунды образовал светлый овал прямо посередине очага. В этом месте возникло серебристое свечение, но вскоре погасло.
– «Если это сверху, значит, это и снизу», – приглушенным голосом процитировал Вигор. – Возможно, эффект наиболее очевиден, когда солнце находится в зените или располагается под определенным углом.
Кэт припомнила только что увиденную картину: свет, упавший на очаг, и возникшее на этом месте свечение.
– Но можем ли мы быть уверены, что это именно то место, которое нам нужно? – спросила она.
Вигор нахмурился.
– Не могу сказать наверняка, но вспомните: могила Александра находилась под маяком, увенчанным негасимым огнем. И маяк, и очаг – полезные вещи, так почему бы не спрятать под ними нечто очень важное? Ведь последующие поколения не станут разрушать полезные вещи.
Все еще сомневаясь, Кэт опустилась на колени и, вытащив нож, выковыряла один из камней, которыми был выложен пол вокруг очага. Под ним оказался материал желтоватого цвета.
– Это не гематит и не магнетит, – проговорила Кэт. Если бы она обнаружила один из двух этих минералов, то была бы убеждена, теперь же… – Это всего лишь боксит, гидроокись аллюминия. Отличный проводник тепла. Вполне годится для очагов. Ничего необычного.
Поглядев на Вигора, она с удивлением обнаружила, что он широко улыбается.
– Чему вы радуетесь? – спросила она.
– Я чуть было не прошел мимо этого, – ответил он, присаживаясь рядом с ней. – Мне следовало догадаться, что дальнейший путь нам укажет третий минерал. Сначала гематит, затем магнетит, а теперь вот – боксит.
Кэт все еще не понимала ход его мыслей.
– Боксит добывают здесь, в этом регионе. Даже свое название он получил в честь лордов Бо, замок которых располагается в десяти километрах отсюда и находится над огромными запасами боксита. Именно туда и указывает нам этот камень.