Джим Чайковски – Кости волхвов (страница 61)
– Но почему древние алхимики хотели разрушить собор? – спросила Рейчел.
– Они не собирались делать этого, – ответил Вигор. – Вспомни, мы же подсчитали, что все эти подсказки были оставлены ими в тринадцатом веке.
Грей кивнул. Вигор помолчал, поскреб бороду и продолжил:
– Я полагаю, что потайная пещера под могилой появилась примерно в то же время. Ватикан тогда был практически пуст. Он превратился в папскую резиденцию только после тысяча триста семьдесят седьмого года, когда папы стали возвращаться из длившегося целое столетие французского изгнания. До этого папы восседали в Латеранском дворце в Риме. Так что в тринадцатом веке Ватикан не представлял собой никакой особой ценности и не охранялся. – Он повернулся к Рейчел. – Значит, электрическая буря в соборе произошла вовсе не по вине алхимиков. Балдахин Бернини был установлен только в тысяча шестисотом году – спустя века после того, как они создали подсказки к загадке. Как мне кажется, буря стала всего лишь малоприятной случайностью.
– В отличие от событий в Кёльне, – возразил Грей. – Там орден дракона преднамеренно подмешал в облатки для причастия порошок моноатомного золота. Я полагаю, они использовали прихожан в качестве подопытных животных для проведения некоего бесчеловечного эксперимента. Это было что-то вроде полевых испытаний. Им хотелось выяснить, насколько велика сила порошка, и подтвердить правильность своих теорий. Моноатомное золото, которое невольно проглотили люди, повело себя точно так же, как бронзовый полог в соборе Святого Петра: оно поглотило энергию из поля Мейснера и поразило прихожан электрическим разрядом прямо изнутри их тел.
– Значит, все эти смерти… – сказала Рейчел.
– Не более чем эксперимент, – закончил Грей ее мысль.
– Мы обязаны остановить их! – резко заявил Вигор.
– Да, – согласился Грей, – но сначала нам предстоит определиться с тем, каков будет следующий пункт нашего путешествия. Я запомнил рисунок на плите и могу набросать его на бумаге.
Рейчел посмотрела загадочным взглядом сначала на него, а затем на дядю.
– В чем дело? – недоуменно спросил он.
Вигор подался вперед и бросил на середину стола какую-то брошюру, которая на поверку оказалась картой Европы. Грей продолжал непонимающе хмуриться.
– Я узнала очертания, нарисованные на плите, – заговорила Рейчел. – Небольшая дельта реки – это хорошая подсказка, особенно если живешь в Средиземноморье. Смотрите.
Она наклонилась, совместила большие и указательные пальцы рук и, сделав из них рамочку, наложила ее на восточную часть карты.
Грей и все остальные уставились на карту. Участок, выделенный Рейчел, действительно напоминал рисунок на гематитовой плите.
– Итак, это была карта, – констатировал Грей.
Рейчел встретилась с ним взглядом.
– А горевший на ней огонек…
– Алхимики, видимо, внедрили в плиту небольшое количество м-золота. Вобрав в себя энергию поля Мейснера, оно воспламенилось и стало чем-то вроде путеводной звезды, указав очередной пункт назначения.
– И вот оно, это место, – торжественно сказала Рейчел, ткнув пальцем в карту.
Грей наклонился ближе. Город, на который указывал палец итальянки, лежал у устья Нила – в том месте, где река впадала в Средиземное море.
– Александрия, – прочитал Грей. – Египет.
Он поднял глаза. Его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от лица Рейчел. Их взгляды встретились, и сердца обоих забились с удвоенной силой. Губы женщины слегка раздвинулись, будто она хотела что-то сказать, но позабыла слова.
– Этот египетский город являлся цитаделью гностицизма, – заговорил Вигор, и волшебство растаяло в воздухе. – Когда-то там находилась основанная самим Александром Великим знаменитая Александрийская библиотека – вместилище колоссального запаса древних знаний.
Грей выпрямился.
– Александр… Вы как-то сказали, что он был одной из немногих исторических фигур, которые знали о порошке белого золота.
Вигор кивнул. Его глаза сияли.
– Еще один волхв, – пробормотал Грей. – Может ли он оказаться тем самым четвертым волхвом, которого нам предстоит искать?
– Наверняка сказать не могу, – ответил Вигор.
– Зато я могу, – уверенно заявила Рейчел. – Вспомните строчку в шараде. Ту самую, в которой упоминается пропавший царь.
Грей произнес вслух:
– «Там, где он тонет, / Он плывет в темноте и смотрит на пропавшего царя».
– А вдруг это не просто аллегория? – не отступала Рейчел. – Что, если эти слова имеют буквальный смысл?
Грей все еще не понимал ее, но глаза Вигора возбужденно расширились.
– Ну конечно! – воскликнул он. – Как же я раньше не догадался!
– О чем? – спросил Монк.
Объяснить загадку взялась Рейчел:
– Александр Великий умер молодым, ему было всего тридцать три. Его смерть и погребение подробнейшим образом задокументированы тогдашними историками. Александра предали земле в Александрии. – Она постучала по карте пальцем. – Вот только… только…
Вигор был слишком возбужден и, не выдержав, закончил вместо племянницы:
– Его могила пропала!
Грей смотрел на карту невидящим взглядом.
– И он стал пропавшим царем… – пробормотал он. Затем обвел взглядом товарищей. – Теперь мы знаем, куда нам отправляться дальше.
На мониторе лэптопа одна картинка сменялась другой. Звука не было – только изображение. Камеры зафиксировали все, начиная от момента появления штурмовиков из ордена дракона вплоть до того, как команда из «Сигмы» спаслась бегством через потайную пещеру под могилой святого Петра. И все же самые главные вопросы по-прежнему оставались без ответов: что бы там, внизу, ни находилось, оно все еще было загадкой.
Расстроенный, мужчина закрыл лэптоп и откинулся на спинку кресла. Коммандер Пирс был неискренен во время совещания, и не составляло труда понять, что он лжет. Там, под могилой святого Петра, он что-то нашел, причем что-то очень важное. Но что именно и что ему теперь известно?
Кардинал Спера задумчиво покрутил золотое кольцо на пальце.
Со всем этим пора было кончать.
ДЕНЬ ТРЕТИЙ
11
АЛЕКСАНДРИЯ
Через два часа они прибудут в Египет.
Сидя в кресле частного самолета, Грей занимался ревизией своего рюкзака. Директор Кроу сумел снабдить их новым оружием и самым разнообразным – вплоть до лэптопов – оборудованием. Директор даже распорядился, чтобы арендованный для них самолет «Ситейшн-Х» перегнали из Германии в Италию, в римский международный аэропорт Леонардо да Винчи.
Грей взглянул на циферблат часов. Они взлетели полчаса назад. Оставшиеся два часа полета до Александрии им предстояло потратить на то, чтобы выработать план действий. А несколько часов, проведенных в роскошных апартаментах Ватикана, помогли группе хоть немного восстановить силы. Они ушли до рассвета, выскользнув из Ватикана так незаметно, что никто и ухом не повел.
Директор Кроу организовал для них дополнительное прикрытие – фальшивое полетное задание по маршруту Рим – Марокко. Затем он использовал свои связи в Национальной авиадиспетчерской службе, чтобы сменить их позывные прямо в середине полета, и самолет тут же заложил крутой вираж, взяв курс на Египет. Ничего лучше, чтобы замести их следы, придумать было нельзя.
Оставался последний вопрос: откуда начинать поиски в Александрии?
Чтобы ответить на него, салон крылатой машины превратили в подобие исследовательского центра. Кэт, Рейчел и Вигор сосредоточенно работали на своих портативных компьютерах, а Монк находился в кабине пилотов и вел радиопереговоры, пытаясь решить проблемы транспорта и обеспечения, которые должны были непременно возникнуть после приземления. Он уже успел достать из рюкзака и осмотреть свой новый «скаттерган» и теперь не расставался с ним ни на минуту.
– Без него я чувствую себя голым, – заявил он, – и поверьте мне, это зрелище вряд ли пришлось бы вам по вкусу.
Грею тем временем предстояло провести собственное расследование, хотя это и не было его первоочередной задачей. Он намеревался глубже проникнуть в тайну этих загадочных м-сверхпроводников. Но сначала…
Грей встал и подошел к троице исследователей.
– Ну, как успехи? – поинтересовался он.
– Мы просеиваем все имеющиеся упоминания и документы, связанные с рождением Александра, его жизнью, смертью и последующим исчезновением его могилы, – ответила Кэт.
Вигор потер глаза. Из всей их пятерки он спал меньше других – час, не больше. В то время как другие отдыхали, монсиньор копался в архивах Ватикана. Он был уверен, что загадку алхимиков разгадал для ордена дракона предатель Альберто Менарди, главный хранитель архивов, и хотел пройти по тому же пути, который проделал тот, чтобы попробовать найти какую-то дополнительную, ускользнувшую от их внимания информацию. Но раскопать ему удалось немногое.
Кэт продолжила:
– Все, что связано с Александром, до сих пор окружено множеством тайн. Это касается даже его родителей. Его мать звали Олимпиада, а отец его был македонским царем Филиппом Вторым. Но и тут есть некоторые расхождения во мнениях. Александр верил, что он – сын верховного египетского бога Амона, которого он отождествлял с Зевсом, и, следовательно, считал себя полубогом.