Джим Чайковски – Дракон из черного стекла (страница 66)
Грейлин опустил ее руку с кинжалом вниз.
– Если дело дойдет до драки, то нам ничего не светит. Мы в меньшинстве. Скрытность – наша единственная надежда. Если возникнут проблемы, кто-то должен вернуться на «Огненный дракон», чтобы сообщить о нашей неудаче и подготовить корабль к бою.
Грейлин еще раз хмуро посмотрел на выстроившиеся наверху пушки и баллисты. Как раз из-за того, что своим вооружением «Огненный дракон» никак не мог потягаться с противником, их группе не оставалось ничего другого, кроме как предпринять эту безрассудную и рискованную попытку.
Он повернулся к Райфу.
«Но для этого нам надо для начала как-то попасть внутрь».
Райф, балансируя на тросе, медленно проворачивал изогнутую рукоятку коловорота, и толстое, с большой палец толщиной, стальное перовое сверло неуклонно вгрызалось в дерево бортового люка. Сыплющиеся вниз опилки он ловил коленями. И хотя вряд ли кто-нибудь сейчас заметил бы этот дождь из деревянных завитков, вор никак не мог избавиться от своих старых привычек.
Его обучение в воровской гильдии было суровым, требовательным и безжалостным. Особенно под строгой опекой Ллиры, где все эти три определения были применимы и всякий раз, когда она брала его к себе в постель…
Райф ностальгически вздохнул, жалея, что в итоге был вынужден расстаться с гильдией. Пусть даже как раз Ллира в конце концов и предала его, чтобы завоевать благосклонность архишерифа Наковальни Лааха.
И все же он скучал по тем годам.
«И даже по Ллире».
Выбросив все это из головы, Райф продолжил работу. Ностальгия вору только во вред.
Наконец сверло провалилось в обшивку, пробурив ее насквозь. Райф прервался и приложил ухо к люку, чтобы убедиться, что никто не поднял тревогу. Заодно глянул и наверх, но изгиб корпуса скрывал его от дозорных.
Вытащив сверло, он опустил его в сумку и вытащил тонкую трубку с выпуклой, как рыбий глаз, линзой на конце. Просунул этот инструмент в отверстие и осмотрел дальнюю сторону трюма. Никого там вроде не было. По обеим сторонам тянулись длинные полки с рулонами плотной ткани, предназначенной для ремонта разрывов и пробоин в летучем пузыре. Рулоны эти покрывал толстый слой пыли. Скорее всего, «Шпора» не видела сражений целую вечность, если вообще хоть когда-нибудь в них участвовала. Именно поэтому для проникновения на корабль было выбрано именно это место – на стоянке ни у кого не было причин находиться внутри этого помещения.
Удовлетворенный увиденным, Райф вынул линзу, вставил в дыру хитроумный инструмент с крошечными лезвиями и принялся вслепую перерезать направляющий трос, чтобы освободить дверь от защелки внутри. Это не заняло много времени. Почувствовав, что напряжение ослабло, он качнулся на веревке в сторону и поймал откинувшуюся дверь плечом, после чего опускал ее до тех пор, пока она не легла горизонтально, образовав примерно такой же мостик, как недавно на «Огненном драконе». Только этот немного не доходил до каменного уступа – чтобы попасть на него, требовалось перепрыгнуть через небольшой разрыв.
Дабы приободрить тех, кому предстояло это сделать, Райф соскочил с веревки, высвободив ногу из петли, и встал в проеме открытого люка, где с широким взмахом руки отвесил поясной поклон, словно придворный распорядитель, приглашая остальных присоединиться к нему.
Он ожидал, что Грейлин перепрыгнет на откинутый люк первым, но прежде чем рыцарь успел двинуться с места, Фенн уже протискивался в трюм мимо Райфа, едва не спихнув его вниз.
При виде столь грубых манер Райф недовольно скривил губы.
«Кто-то явно провел слишком много времени на борту пиратского корабля…»
И все же оставил это мнение при себе, адресовав торопыге более любезные слова.
– Добро пожаловать домой, Фенн, – сказал он, проходя вслед за судонаправителем внутрь. – Но все-таки давай не будем тут особо засиживаться.
Выбравшись из хозяйственного трюма, маленький отряд под предводительством Грейлина осторожно двинулся дальше.
Идущий вслед за рыцарем Фенн уже переоделся в щегольской бхестийский наряд: узкие шелковые штаны, высокие сапоги и жилет с серебряными крючками. Присоединившись к команде Даранта, судонаправитель сохранил эту старую одежду. Заметная поношенность и проеденные молью дыры несколько портили впечатление, хотя на тот случай, если им понадобилось бы ненадолго кого-нибудь отвлечь или сбить с толку, нового облика Фенна должно было хватить с лихвой. По крайней мере, вид у него был достаточно величественный – теперь вряд ли кто-нибудь усомнился бы, что он и вправду сын верховного министра, пусть даже с некоторых пор и бывшего. Кроме того, такого облачения требовала и задача, поставленная перед Фенном и Джейсом.
Добравшись до крутого трапа, ведущего вниз, Грейлин приказал всем остановиться. Здесь им предстояло разделиться. Фенн уже набросал план этого корабля. Обучившись в Бхестийе на судонаправителя, он намеревался служить в королевской бригаде столь же достойно, как и его погибший брат, и был досконально знаком с внутренним расположением всех кораблей королевского флота. Так что обе группы знали, куда им идти дальше.
Поддернув мешок повыше на плечи, Грейлин оглядел своих подопечных.
– Не забывайте следить за временем, – первым делом предупредил он. – После того, как мы с Викас заложим бомбу Хиска под баки с быстропламенем, придется пошевеливаться. Хиск подрезал фитиль в расчете на четверть колокола. У нас ровно столько времени, чтобы убраться отсюда. Это понятно?
После того, как все кивнули, рыцарь ткнул пальцем в Фенна.
– Отправляйся в карцер. Разыщи свою сестру. Если ее там не будет, возвращайся прямиком в хозяйственный трюм. – А потом перевел палец на Джейса с Райфом. – Если понадобится, тащите его обратно за шкирку.
Грейлин все-таки пошел на такую поблажку в ходе предстоящей миссии – считая, что обязан ее Фенну за все, что этот малый сделал в прошлом, и за то, что может понадобиться от него в будущем. Однако этим и ограничился.
В ответ последовали кивки – твердые от Джейса и Райфа, неохотный от Фенна.
Удовлетворенный этим, Грейлин отправился в путь вместе с Викас, размышляя, не стоило ли воспользоваться предложением Даранта касательно дополнительных людей. Обе их группы казались слишком уж маленькими, учитывая размеры этого военного корабля. По прошлому опыту рыцарь знал, что на одной только скрытности далеко не уедешь.
И все же этот план принадлежал ему, так что не оставалось ничего другого, кроме как приступить к его выполнению.
Он молился, чтобы все закончилось хорошо.
Чтобы заглянуть за угол, Райф воспользовался маленьким зеркальцем. Дверь, обрамленная двумя висячими фонарями, была закрыта на тяжелый засов, протянувшийся во всю ее ширину. Караульный, который прислонился к дверному косяку, уткнув подбородок в грудь, вроде как мирно дремал на своем посту.
Они добрались до карцера, пока что не возбудив никаких подозрений – хотя не столько по причине какой-то особой своей ловкости или умениям, сколько благодаря расхлябанности команды бхестийского корабля. Казалось, будто накрывшая «Шпору» буря – это теплое песчаное одеяло, которое ее экипаж натянул себе на нос. Чего опасаться на борту подобной посудины, вооруженной до зубов?
«Давайте-ка это выясним…»
Райф повернулся к Джейсу и Фенну, обратившись к ним едва слышным шепотом, чтобы не потревожить сон караульного:
– Всего один охранник. – Его взгляд остановился на Фенне. – Только давай особо не копайся.
Судонаправитель явно не нуждался в подобных подстегиваниях. Он гордо выпрямил спину, свернул за угол и решительной походкой направился к двери карцера. Райф опять приник к зеркальцу, наблюдая, как Фенн подходит к караульному, широкоплечему бхестийцу с багровым родимым пятном на щеке.
Вздрогнув от неожиданности, тот неподвижно застыл, окидывая пристальным взглядом шикарный наряд Фенна, явно не в силах уразуметь причину появления здесь этого расфуфыренного вельможи. Потом нервно переступил с ноги на ногу, словно раздумывая, следует ли ему поклониться или же поинтересоваться причиной нежданного вторжения. В конце концов он остановился на последнем варианте, хотя из осторожности решил вести себя повежливей.
– Сир, вы заблудились?
Ответ Фенна оказался гораздо менее любезным. Выхватив из ножен на поясе кинжал, он без лишних слов вонзил его в горло охранника. Острый клинок не позволил тому даже пикнуть. Когда караульный, булькая горлом, осел на пол, Фенн схватил его за руку и оттащил в сторону.
Райф и Джейс поспешили помочь ему.
Перешагнув через бьющегося в конвульсиях караульного, Фенн направился к двери, ухватился за засов и сдвинул его – вроде бы уже готовый отбросить его в сторону, но Райф тут же зашипел на него, напомнив, что лязг тяжелой железки, упавшей на доски, может разбудить это сонное царство.
Фенн повиновался и тихонько отложил засов в сторону.
Райф понимал спешку и страх судонаправителя. Если его сестры здесь не было, то больше ничего нельзя было сделать. Оставив охранника, который уже испускал последний вздох, на попечение Джейса, он шагнул к стоящему перед дверью Фенну и показал ему зеркальце.
– Дай-ка я для начала слегка приоткрою ее и загляну туда…
Пропустив его слова мимо ушей, Фенн резко распахнул дверь и бросился внутрь, увлекая за собой Райфа. В карцере не горело ни единой лампы, хотя из коридора проникало достаточно света, чтобы высветить ряд из пяти зарешеченных камер. Фенн пронесся вдоль них, после чего остановился, схватился за прутья и с облегчением опустил плечи.