Джим Батчер – Архивы Дрездена: Ведьмин час (страница 35)

– Свартальвы мне по душе, – объяснил я. – Хорошие ребята. И у них есть дети. Я не собираюсь врываться к ним с пушками наперевес.

– И ты решил, – подняла брови она, – что я могу чем-то помочь?

– Они тебя любят, – сказал я. – Насколько я понял, ты кто-то вроде почетного свартальва. И все они – до единого – падки на красивых девушек. А это тоже про тебя.

При этих словах Молли подняла было руку к волосам, но опомнилась и не стала прихорашиваться.

– Думаю, ты переоцениваешь мою значимость перед лицом таких событий, – сказала она. – Этри и его подданные живут по старомодным понятиям. Пролита кровь, и с убийцей надо поквитаться. Точка. В милосердии они не заинтересованы.

– Ты недооцениваешь, Молли, мою крепкую веру в твой ум, изобретательность и смекалку.

– Ты же понимаешь, – скроила гримасу она, – что, если до этого дойдет, не в моих силах напрямую помочь тебе вытащить Томаса. Если королева Феерии столь вопиющим образом нарушит договор, он будет аннулирован, и это станет началом всемирного хаоса.

– Так я и думал, – сказал я.

– Скромные у тебя просьбы, да? – Губы Молли изогнулись в асимметричной улыбке.

– Вряд ли это будет сложнее, чем снова въехать в родительский дом со всеми твоими татуировками и пирсингом.

– Да. – Она едва заметно кивнула, признавая, что я прав. – В тот момент мне казалось, что вернуться невозможно.

– Помоги мне. – Я нагнулся, поднял банку «Доктора Пеппера» и услужливо протянул ее Молли. – Я же угостил тебя «Нутеллой». И конфеты не пожалел.

– Только поэтому я и не отвесила тебе оплеуху за то, что ты осмелился вызвать меня, – искренне сказала Молли. – Ты же знаешь, что у меня работа. Причем важная. И я не потерплю, чтобы меня постоянно отвлекали от дел.

Она отхлебнула газировки.

– Это же Томас, – сказал я.

– Да, это Томас, – со вздохом согласилась она. – Ты же понимаешь, что попросил меня о помощи? И знаешь, что это значит.

– Буду должен, – ответил я.

– Да. Будешь у меня в долгу. И чаши весов придется уравновесить. Иначе это… как зудящее пятно на коже, которое никак не почесать.

– Ты все та же, Кузнечик.

Какое-то время она смотрела на меня. Глаза у нее были не вполне человеческие – огромные, ясные, невероятно красивые на исхудавшем лице. Признаться, мне стало не по себе.

– Не всегда, – наконец прошептала она.

Я уже слышал этот шепот в освещенной зеленоватым сиянием пещере на острове, где из-под земли проступали корни деревьев. По телу пробежал холодок.

Молли покачала головой и снова превратилась в прежнего Кузнечика.

– Я готова сделать все, что в моих силах. Но готов ли ты выплатить гонорар за мои услуги?

– Еще бы. Он мой брат, – ответил я.

Она кивнула:

– Чего ты хочешь?

Я объяснил.

После долгого молчания она сказала:

– Хитро придумано. Но реализовать непросто.

– Если бы я мог сделать сам, не просил бы тебя о помощи, Кузнечик. Ну как, справишься?

Молли снова отхлебнула из банки. Глаза ее сверкнули, и она прищурилась:

– Ты сомневаешься в моих феноменальных способностях? В моей власти над материей вселенной?

– Ну, ты теперь человек занятой. Зимние Леди только и делают, что разъезжают по всему свету, – с расстановкой произнес я. – Скажем так: мне любопытно, не растеряла ли ты свое чародейское мастерство.

– Ха! – Молли усмехнулась, но тут же посерьезнела. – В последнее время я занималась подобными делами, так что с мастерством все в порядке. – Она придвинулась и пристально посмотрела на меня. – Гарри, ты уверен? Эту сделку нельзя расторгнуть. И я прослежу, чтобы ты выполнил ее условия. – На миг ее лицо стало каким-то растерянным. – Просто не смогу поступить иначе.

– Он мой брат, – повторил я. – Да, я уверен.

Зимняя Леди кивнула. Ее глаза заблестели и стали вдруг глубокими, словно бездонные омуты. Затем она подошла ко мне, привстала на цыпочки и, обхватив за шею, запечатлела на моих губах мягкий, на девяносто девять процентов сестринский поцелуй. И прошептала:

– Готово.

В глубине моего существа что-то щелкнуло, словно я был сделан из деталек конструктора лего и одна из них разболталась, но Молли твердой рукой вернула ее на место. По телу прошла легкая дрожь, и я понял, что сделка заключена.

«Адские погремушки… Какие у нее сладкие и нежные губы…» – не к месту подумал я.

Она опустила глаза и медленно, очень медленно попятилась. Провела ладонью по губам и задумчиво произнесла:

– Если я не увеличу популяцию леших, Мэб будет в ярости, но… – Она кивнула. – Я сделаю для тебя эту игрушку.

– Ты просто прелесть.

– Да, я потрясающая, – согласилась она. – Но все очень запущено, и нельзя загадывать, насколько я смогу тебе помочь.

– В данный момент, – сказал я, – меня устроят любые варианты.

Глава 17

Я отвез Молли в город и высадил у посольства свартальвов, где охранник, чье лицо мне было совершенно незнакомо, тут же приветствовал ее, проявив при этом безмерное уважение. Я до сих пор толком не знал, за какой такой подвиг свартальвы готовы Кузнечика на руках носить, но понимал, что здесь ее ценят не только за красивые глаза.

Словно подросток, отвезший подругу домой на пять минут раньше назначенного срока, я проводил Молли взглядом и убедился, что она без проблем вошла в здание, после чего тронулся с места.

Самочувствие было ужасное.

Такое ужасное, что ужаснее некуда.

И мне хотелось домой.

«Дом» – одно из простых, но важнейших слов, знакомых нам с самого раннего детства. Часть той материи, из которой скроены люди. И не важно, кто ты – вампир, чародей, секретарь или школьный учитель. У тебя должен быть дом. Или хотя бы его подобие. Человеку нужна точка отсчета, с которой он будет сравнивать все остальное, и этой точкой зачастую становится дом.

Иногда это полезно. Помогает ориентироваться в нашем запутанном мире. Не зная, в какую сторону ты повернулся, нельзя угадать, куда отправишься, начав переставлять ноги.

А иногда – вредно. Например, встретив что-то, совершенно противоположное понятию «дом», ты можешь испугаться или выйти из себя. Людям такое свойственно.

У слова «дом» имеется множество простых и в то же время глубоких значений.

Дом – это место, где ты ешь самую вкусную еду, поскольку другим хищникам придется постараться, чтобы отобрать ее.

Это место, где ты и твоя вторая половинка находитесь в наиболее интимной обстановке.

Это место, где ты растишь потомство, ограждая его от мира, в котором творятся ужасные вещи.

Это место, где ты спишь в безопасности.

Это место, где ты отдыхаешь.

Это место, где ты мечтаешь.

Дом – это место, где ты обдумываешь настоящее и строишь планы на будущее.

Это место, где хранятся твои книги.

И в первую очередь это место, где мир таков, каким ты хочешь его видеть.

Ранним утром я ехал по улицам Чикаго и страшно хотел ничего не чувствовать. Голова раскалывалась от недосыпа и скудного количества недостаточно питательной пищи. Ныло все тело, в особенности предплечья и кисти рук. За рулем меня укачало, и к головокружению добавились частые жалобы со стороны желудочно-кишечного тракта.