Джим Батчер – Архивы Дрездена: Ведьмин час (страница 30)

– Она беременна, – сообщил я.

Лара оступилась, и мой бо тут же устремился к ее коленной чашечке. Колено Лара спасла, но приняла удар в икроножную мышцу, через ткань кимоно, и зашипела от боли. Она тут же провела контратаку, нацеленную мне в голову, однако я успел пригнуться. Теперь Лара стояла на одной ноге: глаза прищурены, оружие готово и к защите, и к нападению.

Будь все по-настоящему, схватка закончилась бы через считаные секунды. Или началась бы всерьез. Мы перешли бы к использованию сверхъестественных способностей, и одному богу известно, какой хаос воцарился бы в этой комнате и чем он завершился бы. Я отступил, поставил кончик бо на татами и изогнул талию в легком поклоне.

Не сводя с меня подозрительных глаз, Лара отзеркалила мои движения – хоть и на одной ноге, но с изумительной грацией.

– Уверен? – осведомилась она мгновением позже, вращая стопой ушибленной ноги.

– Томас был уверен.

– А мне не ска… – Плотно сжав губы, Лара приняла более агрессивную стойку – под стать моей, – и я тоже насторожился.

Какое-то время мы кружили по татами, атакуя и парируя выпады.

– Ты рассказывал о нем деду?

Я сбился с ритма, и посох Лары угодил мне в пряжку ремня, сбил с ног и отправил задницей на татами. Я сидел и смотрел, как Лара с невозмутимым взглядом опускает бо и кланяется мне – так же, как совсем недавно я кланялся ей.

Она знала про нас с Томасом. Я имею в виду, это не было для меня тайной, но к тому же Лара выяснила, кем нам приходится Эбинизер. Общеизвестно, что Белая Коллегия состоит из коварных созданий, которые спят и видят, как бы устроить какую-нибудь пакость, и если ты связан с ними – так или иначе, – готовься к тому, что почти весь сверхъестественный мир будет относиться к тебе с подозрением, причем вполне оправданным. Если информация о нашей с Эбинизером связи с Белой Коллегией станет общественным достоянием, нынешняя ситуация может принять довольно-таки скверный оборот.

А претензий к вампирам у Эбинизера столько, что, если пустить их под запись, блокнота не хватит. И тетрадки не хватит. Гроссбуха, может, и хватит, но тоже не уверен. И по всей вероятности, дело кончится полнейшей неразберихой.

– Я знала с самого начала, – раздраженно бросила Лара, словно прочитав мои мысли. – Помню, как отец был одержим твоей матерью. Заставлял меня нянчиться с Томасом. Я часто слышала их разговоры – похоже, никто в моей семье не понимает, каким смертоносным оружием может быть умение слушать, – и однажды, когда твоя мать отправилась к Маккою, Томас остался у меня на попечении. А когда ее не стало, я помогла отцу повесить ее портрет. В его эгоистично-психанутой галерейке.

– Но ты никогда не поднимала эту тему, – кивнул я. – Никогда не пользовалась этим рычагом давления.

– Нет, – ответила она. – Ведь после того, как его мать сбежала от нашего отца, именно я меняла Томасу подгузники. Одевала его. Кормила. Учила читать. – Она покачала головой и бросила взгляд на флажок на стене. – Я беспощаднее многих, Дрезден. Но даже у меня имеются границы. И по большей части они связаны с родственниками.

– Вот почему ты не воспользовалась этой информацией против него, – сказал я. – Но почему ты не вооружилась ею против меня?

– Ты никогда не давал мне веской причины к тому, чтобы применять настолько грязные приемы, – ответила она. – И я нанесла бы вред не только тебе, но и Томасу.

– В таком случае ты знаешь, почему я хочу помочь ему.

– Мы оба этого хотим.

– Тогда вытащи его из тюрьмы, – сказал я. – Тебе это под силу. Пообщайся с Этри и его ребятами. Придумай какое-нибудь решение.

Ее лицо едва заметно изменилось. Только что было человеческое, а теперь побледнело и стало похоже на мрамор.

– Это невозможно.

– Не бывает ничего невозможного, – возразил я, но она подняла тонкую белую руку:

– В нынешней ситуации – бывает. Мне показали предварительные улики. Не прошло и десяти минут после начала перемирия, приуроченного к переговорам, как Томас вошел в посольство под надуманным предлогом и попытался убить короля свартальвов. Все это есть на видеозаписи. И если я не дезавуирую действия Томаса, Этри попросту вынужден будет предположить, что брат явился по его душу по моему приказу.

– Подчиненные Этри могут показаться скучными и консервативными, – тихо сказал я, – но на деле они похожи на викингов и реагируют соответствующим образом.

– Вот именно, – согласилась Лара. – Стоит им решить, что я хотела причинить вред Этри, и начнется война, участвовать в которой у меня нет ни малейшего желания. – Она усмехнулась, и я услышал в ее голосе истерическую нотку. – Даже будь у Томаса целый год на размышления, как все запороть, он не придумал бы ничего лучше, чем в открытую напасть на Этри.

– Наверняка ты можешь хоть что-то сделать, – настаивал я. – Как насчет вергельда?[48]

– Погибший свартальв… – поморщилась Лара.

– Аустри, – подсказал я. – Его звали Аустри.

Пару секунд она озадаченно смотрела на меня.

– Ладно, пусть будет Аустри. Он погиб, защищая главу государства. Это нападение не на индивидуума, а на весь народ. Вергельд выплачивается, когда обе царственные особы хотят избежать конфликта. Но Этри это не устроит. – Она снова покачала головой. – Наш брат находится за пределами моего политического влияния.

– В таком случае для чего тебе все эти морпехи? – хмуро осведомился я.

Лара посмотрела на меня как на ребенка с бейсбольной перчаткой, пропускающего простейшие мячи.

– Предлагаешь силой забрать Томаса из посольства? Во-первых, это серьезная военная операция в самом логове дракона. А во-вторых, нарушение границ суверенной территории и пренебрежение Неписаным договором. Мэб не сможет сохранить нейтралитет и будет обязана помочь свартальвам. Не исключено даже, что подошлет ко мне убийц. – Она помолчала. – При отсутствии других вариантов я охотно выступила бы против Этри и его подданных ради спасения моего придурочного брата. Но не могу – и не желаю – выставлять своих людей против свартальвов, Мэб и остальных подписантов договора. Это будет массовое самоубийство.

Она взглянула на другой флажок с черными кандзи, и мне показалось, что ей совестно.

– Моя власть не беспредельна, – продолжила она. – Даже при моем дворе. Стоит решиться на такой иррациональный шаг, и меня свергнут.

Я медленно выдохнул.

Она продолжала молчать.

– Зачем? – спросил я. – Зачем он это сделал?

– Я надеялась, что тебе, чародей, известно больше, чем мне. Нападение спланировала не я, и Томас даже не обмолвился о нем, – наверное, чтобы у меня осталась возможность избежать войны. А это значит, что он, несмотря на весь свой идиотизм, хотел как лучше.

– Стало быть, драка исключена, – сказал я.

– Да.

– И переговоры тоже.

– Похоже на то.

– Но все равно надо что-то предпринимать!

– Разумеется. – Лицо Лары сделалось совершенно непроницаемым. – Готова выслушать твои предложения.

– Придется найти другие варианты, помимо силового и политического, – сказал я.

Она задумчиво кивнула:

– Завтра начинаются переговоры, и я буду присутствовать на открытии. Возможно, найду подходящие средства для достижения цели.

– Возможно? – Я встал и покачал головой. – Если сидеть сложа руки, наш брат умрет, а если тебе до лампочки…

Лара налетела на меня черно-белой среброглазой молнией, преодолевшей двадцать футов быстрее, чем я успел моргнуть, схватила бледными руками за плащ и швырнула на татами с такой силой, что у меня искры из глаз посыпались. К тому времени, как я отчасти смахнул их прочь из поля зрения, Лара сидела на мне верхом, одной рукой держала меня за грудки, а вторую занесла, будто нож, готовая рубануть мне по горлу ребром ладони.

– Не смей, – прошипела она, приблизив свое лицо к моему, – рассказывать мне, как я отношусь к родственникам. Или что я готова для них сделать.

Я подумал и пришел к выводу, что добавить тут нечего. Мы оба тяжело дышали. Я обнаружил, что глазею на ее губы.

Глаза Лары просветлели и засверкали, словно зеркала. Она тоже смотрела на меня и пыталась отдышаться после недавнего рывка.

Я четко и ясно чувствовал на себе вес Лары. И мое тело тоже его чувствовало. А оно склонно воспринимать подобные контакты с чрезмерным восторгом.

Более того, Зимняя мантия совершенно слетела с катушек. Да, она обеспечивает доступ к отличным источникам сил фэйри и наделяет тебя быстротой и недюжинной физической силой, но не следует забывать, что Зима – духовное пристанище всех первобытных и примитивных существ, охотников, грабителей и захватчиков. Если вам приспичило пообниматься, не суйтесь ко двору Зимней династии сидхе: здесь ваши ребра попросту вомнут в позвоночник. Но если вам нужен грубый животный секс… О да. Вы пришли по адресу. Нельзя исключать, что в процессе вас разорвут на части, но так уж оно устроено при Зимнем дворе.

Мантия решила, что Лара – превосходный вариант. Что Ларе срочно необходим кто-то, кто сорвет с нее кимоно и проведет с ней несколько часов, наполненных мудреными гимнастическими упражнениями, и что этим «кем-то» должен быть я. Мое тело горячо поддерживало эту идею – я почувствовал, как мускулы понемногу наполняет чувственное напряжение и я прижимаюсь к ней чуть крепче.

– О, – еле слышно выдохнула Лара, и ее зеркальные глаза засияли пуще прежнего.

Чтобы не усложнять ситуацию, я отвел взгляд и стал смотреть куда-то вниз, но особой пользы это не принесло, поскольку в моем поле зрения оказалась нога Лары, высвобожденная из складок кимоно, и я увидел, как безупречная белая кожа обтягивает не менее безупречную мускулатуру, а что касается стопы, так на нее я вообще наглядеться не мог.