Джим Батчер – Архивы Дрездена: Грязная игра. Правила чародейства (страница 107)

– Ты об этом пожалеешь, – процедил немец. – Кем ты себя возомнил?

– Меня зовут Уайетт Эрп, – ответил помощник шерифа. – И я тут закон.

Эрп отвел немца в дом шерифа, который находился в южной части города. Внутри имелись две камеры с железными решетками. Я вела Карла под уздцы, и на этот раз никс, к счастью, вел себя идеально, отлично исполнив роль коня, когда я привязывала его к столбу рядом с домом.

– Помощник шерифа, – сказала я, входя вместе с ним в здание. – Боюсь, вы не понимаете, насколько это опасно.

Эрп передал мне фонарь и кивнул в сторону крюка на стене – «повесь туда», что я и сделала. Он отвел немца в камеру, продолжая держать его на прицеле, заставил его встать лицом к стене, положив на нее руки, и обыскал его на предмет оружия, достал маленький нож и спокойно снял с шеи амулет, висевший на кожаном ремешке.

– В смысле? – бесстрастным тоном спросил он. – Хотите сказать, что он волшебник? Вы это имели в виду?

Я почувствовала, как мои брови удивленно приподнялись. В большинстве случаев представители правопорядка не имели отношения к миру сверхъестественного.

– Да, – ответила я. – Именно это.

Эрп подошел ко мне и протянул простой круглый амулет из меди, который снял с шеи немца. На нем был выгравирован знакомый символ: искривленный, уродливо вытянутый череп, на лбу которого виднелся перекошенный асимметричный крест.

– Общество «Туле», – тихо произнесла я.

– Угу, – ответил он, словно то, что я узнала символ, не столько удивило его, сколько подтвердило его подозрения. – Так, значит, вы из Белого Совета?

– Страж, – представилась я, слегка склонив голову. – А вы хорошо осведомлены. Хочу поинтересоваться, откуда вы, сэр, знаете про Совет?

– Я венатор, – просто ответил он. – Свой амулет проиграл в карты. Можете верить или нет, но я говорю правду.

У венаторов было свое собственное тайное сообщество – Венатори Умброрум, занимавшееся оккультизмом. Не привлекая к себе внимания, оно вело борьбу против сверхъестественных сил, угрожавших людям, и включало несколько не слишком одаренных чародеев, однако большинство их членов было глазами и ушами общества. Обычно венаторы выступали союзниками Белого Совета, а «Туле», как правило, противостояло нам и старалось использовать свои ресурсы, чтобы переманивать на свою сторону людей, наделенных сверхъестественными способностями.

Я задумчиво посмотрела на Эрпа. Не исключено, что они с немцем были заодно и вели какую-то хитрую игру. Но вряд ли. Если бы оба хотели моей смерти, Эрп позволил бы немцу увести меня и даже не обратил бы на нас внимания.

– Я вам верю, – просто сказала я.

– Камера надежно защищена, – сказал Эрп. – Пока он внутри, ему ничего не удастся предпринять. – Он взглянул на немца и холодно улыбнулся ему. – Можешь шуметь, сколько вздумается. Я успею пять или шесть раз пристрелить тебя, прежде чем ты накопишь достаточно магической силы, чтобы причинить кому-нибудь вред.

Немец прищурился и смерил Эрпа долгим взглядом, а затем вдруг улыбнулся и расслабился. Он расстегнул воротник рубашки, снял галстук и уселся на продавленную койку.

– Нннгх… – протянул Эрп с легким отвращением на лице и покосился в сторону окна, затем снова посмотрел на меня и сказал: – Так вы Страж? Законник… – Он поджал губы. – У вас и значок имеется?

– Вроде того, – ответила я.

– Я хотел сказать, что вы можете сражаться, – уточнил Эрп.

– Могу.

Долговязый Эрп прислонился к стене около стола и кивнул в сторону немца:

– Что скажете?

– Скажу, что у него есть четверо друзей, – ответила я. – Все обладают даром. У вас есть ставни на окнах?

– Угу.

– Лучше их закрыть, – сказала я. – Они придут за ним.

– Проклятье! – процедил он. – Я и сам так думаю. До рассвета?

Колдуны-любители предпочитали использовать черную магию в темное время суток: практичнее и проще в психологическом плане.

– Почти наверняка.

– И как вам это?

Я прищурилась и ответила:

– Совсем не нравится.

Эрп кивнул и сказал:

– Если на меня попытаются наложить заклятие, я мало что смогу сделать. А вы им помешаете?

– Помешаю.

Эрп какое-то время оценивающе смотрел на меня своими темными глазами. Затем, кажется, принял решение.

– Ну что, пойду закрою лавочку? – спросил он. – Или, может, попросите меня приготовить кофе? Если честно, я не советовал бы этого делать.

Меня слегка передернуло при одной мысли о том, что́ американцы выдают за кофе.

– Кофе я приготовлю сама, – ответила я.

– Вот и славно, – сказал он. – У нас уже есть план действий.

– Итак, – сказал Эрп несколько часов спустя, – ожидания оказались не напрасными. Чертовски замечательный кофе, мисс Анастасия.

Разумеется, я немного воспользовалась магией. Зерна оказались неправильно обжаренными и слишком грубо смолотыми. Некоторые Стражи считали, что мои заклинания для приготовления кофе – пустая трата времени перед лицом всей той тьмы, которая таится в мире, но какой смысл в магическом даре, если ты не способен с его помощью приготовить восхитительную чашечку этого изысканного напитка?

– Хорошо, что вы не попросили меня заняться едой, – сказала я. – У меня нет к этому способностей.

Эрп шумно выдохнул через нос:

– Уж простите меня, мэм, но в вас нет почти ничего женского.

Я нежно улыбнулась ему:

– Просто я сейчас на работе.

Он недовольно покряхтел и спросил:

– Этот парень, Пейдж, о котором вы упомянули…

Я кивнула.

– За что его разыскивают?

– В Ливерпуле он убил троих, – сказала я. – Девушку, которая ему нравилась, и ее родителей.

– Полагаю, она не ответила ему взаимностью? – спросил Эрп. – И он их пристрелил?

Я покачала головой и подавила дрожь, охватившую меня при воспоминании о месте преступления.

– Вырвал им глаза и языки, – ответила я. – И пока они лежали, ослепленные и истекающие кровью, довел дело до конца.

Эрп покосился на немца:

– Я уже встречал подобных типов.

Немец сидел на том же месте, что и последние несколько часов. Его глаза были закрыты, но на губах появилась легкая улыбка, будто он догадывался, что Эрп смотрит на него.

Эрп снова взглянул на меня:

– Что случится с мистером Пейджем после того, как вы его схватите?

– Он предстанет перед справедливым судом, а затем, вероятно, будет обезглавлен за свои преступления.

Эрп придирчиво осмотрел ногти на своей правой руке.

– Прямо-таки справедливый суд?

– Все улики против него, – ответила я. – Но суд будет действительно беспристрастным.