Джейсон Рекулик – Последний гость на свадьбе (страница 11)

– С этого дня, – сказала она, – ничего уже не будет как прежде.

Абигейл выключила телевизор и, когда экран погас, вопросительно уставилась на меня. Теперь мне полагалось ее развлекать. Но я предпочел просто сидеть и ждать.

– Мистер Фрэнк, хотите пирога? – спросила девочка.

– Нет, спасибо.

– Чтобы вышло смешно, вам надо ответить «да».

– Что?

– Это такая шутка. Смешнее выходит, если ответить «ага».

– Ага.

Абигейл замотала головой, как будто я опять не понял.

– Давайте начнем заново, ладно? Вот послушайте. Мистер Фрэнк, хотите пирога?

– Ага.

– Тогда возьмите три рога и еще один-четыре-один-пять-девять – после запятой!

Она, еще не договорив, расхохоталась над собственной шуткой, опрокинулась на диван, обхватив себя за коленки и содрогаясь от смеха.

– Не надо ли число пи поточнее?!

– Тэмми! – прокричал я наверх, сестре. – Ты не могла бы спуститься?

– Я запомнила тридцать цифр после запятой, – объяснила Абигейл, – но смешнее выходит, если назвать только первые пять. Когда приедем в Нью-Гемпшир, я расскажу Мэгги.

– Расскажешь?

– Мисс Тэмми сказала, у Мэгги прекрасное чувство юмора.

По лестнице, переваливаясь, спустился чемодан Тэмми и чуть не врезался в стену, прежде чем Тэмми его догнала.

– Берегись! – с опозданием прокричала она.

Сестра моя маленькая, с фигурой «груша», темноволосая и кудрявая – и при этом приятнее и добрее ее людей я не встречал. Она работала в пансионате здоровья с целым курятником стариков и инвалидов, и платили ей за то, что Тэмми готовила им еду, переодевала, оттачивала им мозги, проверяла память, упражняла усталые мышцы и подмывала, когда они пачкали штаны. Тяжелая, грязная работа – я бы на такой и недели не продержался, да и вы тоже. И, сказать по правде, я не знал, сколько еще продержится Тэмми. После пятидесяти она стала все больше уставать, как будто эта работа в конце концов ее достала.

Но в то утро она сияла как солнце.

– Доброе утро, братишка!

На ней была синяя блузка с белыми бабочками, брюки карго цвета хаки и девственно-белые кеды – все новое, куплено специально для этих выходных. Тэмми всегда беспокоилась о своей внешности, так что я не забыл ей сказать, что она прекрасно выглядит.

– Спасибо, Фрэнки. Ну, ты уже познакомился с Абигейл. Она успела тебя обрадовать? Она едет с нами!

– Это еще надо обсудить. Поздновато добавлять в список новых гостей.

– Я бы тебя предупредила, но она только что приехала. И вот беда, служба опеки оставила ее мне без чемодана. Ни куртки, ни обуви, только то, что на ней. Так что вчера вечером мы три часа провели в «Уолмарте»… – Ее прервал тихий звяк с кухни. – О, это маффины!

– Какие еще маффины?

– Я приготовила нам завтрак. Пойдем, поможешь.

Я прошел за ней на кухню. Тэмми вытащила пару огромных рукавиц и полезла в духовку. Маффины испеклись в самый раз: хрусткая золотистая корочка, украшенная большими сочными черничинами. Тэмми ткнула в один зубочисткой и просияла, когда та вышла чистой.

– Мои малютки совершенно готовы, – объявила она. – Хочешь парочку?

Я, не отвечая, прикрыл дверь из кухни в гостиную.

– Тэмми, послушай меня. Нельзя везти эту девочку на свадьбу.

– У меня выбора нет, Фрэнки. Гортензия влипла и просто умоляла меня. Ее собралась взять другая семья, но те слились в последнюю минуту.

– Почему?

– Потому что дураки, Фрэнки. С Абигейл все в порядке. Она просто милый ребенок, попавший в беду.

Теми же словами сестра говорила про всех приемных детей, переступавших ее порог, даже про самых трудных. Вроде малютки Иммалу, которая какала мне в ванну, потому что в мужском туалете ей страшно. И Майкла Джексона (да-да, гениальные родители назвали ребенка Майклом Джексоном) – шестикласснике, которому нельзя было дать в руки ничего острого. Однажды ночью он добрался до коробочки с кнопками, в результате чего нам пришлось вызывать «скорую». Я к тому, что Тэмми никогда не брала «маленьких сироток Энни»[17], распевающих «завтра солнышко взойдет». Она берет тех, кому срочно нужен приют на небольшой срок, а это значит, что многие ее дети спасаются из по-настоящему опасных ситуаций. Дети наркоманов, преступников, белых супрематистов и хуже того. Многие росли в нищете, и страшно сказать, сколько из них пережили сексуальное насилие. Но Тэмми каждый раз уверена, что с ними все в порядке.

Я даже понимал, что она имеет в виду, но вы и меня поймите. Эта свадьба так много для меня значила, и совсем не хотелось, чтобы большая и бестолковая душа Тэмми все испортила.

– Пожалуйста, говори уж как есть, – попросил я. – Почему та другая семья от нее отказалась?

– У нее совсем небольшой педикулез. – Я вылупил глаза, и сестре пришлось объяснить: – Волосяные вши.

– О господи, Тэмми!

– Я ее уже обработала.

– Все равно. Мои будущие родственники…

– Гниды совсем засохли. Если вылупятся новые, я сразу замечу и намажу майонезом.

Я обхватил голову обеими руками, чтобы не лопнула.

– Тэмми, ты сама-то себя послушай! Пожалуйста! Не везти же майонез на свадьбу? Это невозможно!

– Сколько раз тебе повторять – у меня не было выбора. Она уже под моей опекой. Или я беру ее с собой, или не попадаю на свадьбу, а этой свадьбы я не пропущу. Мэгги – моя племянница. Мне она тоже родная.

Тут меня осенило. Святая Дева подсказала, не иначе.

– Но свадьба-то в Нью-Гемпшире. Разве закон не запрещает вывозить опекаемых детей за пределы штата?

– Вообще-то, да, но Гортензия получила особое разрешение. За подписью своего босса. Если мы вернемся в воскресенье, все сделают вид, что ничего не заметили.

– Но если что-то пойдет не так, тебе больше никогда не доверят детей. Ты потеряешь лицензию. Неужели ты готова так рисковать?

Сестра завернула маффин в бумажное полотенце и сунула мне в руку:

– Если бы ты знал историю Абигейл, ты бы понял. Бедняжка побывала в мясорубке…

Я махнул рукой, перебив ее:

– Не надо мне ее истории. Мы и так опаздываем.

– Тогда я скажу короче, Фрэнки. Я была рядом, когда умерла Коллин, не забыл? Я помогала, пока Мэгги училась в школе. Ты был занят, деньги зарабатывал, а я помогала девочке во всем, где нужно было. А когда вы с ней разругались, я ни на минуту в тебе не сомневалась. Всегда была на твоей стороне. А теперь вот я тебя о чем-то прошу. Для меня это важно. Пожалуйста, ты не мог бы согласиться?

Я почувствовал себя большим мерзавцем, что заставил ее просить. Конечно, я мог согласиться. Я вовсе и не собирался отказывать сестре. Она столько раз мне помогала, что мне до конца жизни не расплатиться.

– Хорошо, Тэмми. Извини. Я ночью почти не спал.

– Оно и заметно. У тебя такой усталый вид. – Она открыла холодильник и вручила мне банку майонеза. – А вот это сунь мне в сумку, хорошо?

3

У нас было все, что требуется для хорошей поездки: ясное синее небо, пухлые белые облачка, три быстро едущие полосы и джип «ранглер» с полным баком, только что после техобслуживания. Тэмми была хорошей попутчицей – умела читать карту, выбирала сносные – на мой вкус – радиостанции и брала с собой сумку-кулер с минералкой, закусками, энергетическими батончиками, тайленолом, мятными пастилками, бумажными носовыми платками, влажными салфетками – то есть все, что могло бы пригодиться.

Беда была с маленькой мисс Болтушкой на заднем сиденье. В общем и целом моей сестре достаются два типа воспитанников. Из первых и слова не вытянешь. Всяческие несчастья, плохие родители и разные травмы приучили их держать рот на замке, и заговаривают они, только когда к ним обращаешься. Сами ни о чем не спросят и ничего не скажут. Будто боятся, что лишний звук обернется катастрофой.

Абигейл явно попадала во вторую категорию. Это такие детишки, что говорят без остановки. Не умолкают, всем хотят поделиться, постоянно требуют внимания и любви. Такие кажутся более счастливыми, чем молчуны, но Тэмми меня предупреждала, что видимость может быть обманчива. Она уверяет, что болтушки пострадали не меньше, а может, и намного больше. Просто они лучше умеют скрывать боль.

У Абигейл нашлись тысячи вопросов про Мэгги и Эйдана. Сколько им лет? Как познакомились? Когда поняли, что им суждено всю жизнь быть вместе? Через час таких «вопросов-ответов» я протяжно вздохнул и спросил, не хватит ли, но девчонка не унималась. Сколько приглашено гостей? Какие будут подавать пироги? Будет ли живая музыка? Каждый ответ она сверяла с лежавшей на коленях толстой книгой: «Полное руководство по свадебному этикету от леди Эвелин». Сестра купила ее за доллар на распродаже библиотечных книг и подсунула Абигейл, чтобы та знала, как себя вести на церемонии. Невесту для обложки перетащили прямо из 1965 года, а от ломких пожелтевших страниц пахло кислым молоком.

– Вы поведете Мэгги к алтарю?