Джейн Корри – Ваш муж мертв (страница 77)

Потом он начал говорить о том, что хочет оставить тебя ради меня. Я была польщена и взволнована. Это была любовь. Я всегда успокаивала его, когда он приходил ко мне взвинченный из-за «проблем на работе». Он говорил, что я единственная, кто его понимает.

«Вики действует мне на нервы, – сказал он в одну из наших ночей, проведенных украдкой в мотеле на полдороги между тюрьмой и его лондонской квартирой. – Я думал, что беременность сделает ее более сговорчивой, но как бы не так – она стала еще сильнее помешана на своей законопослушности. Мне следовало жениться на тебе, а не на ней. Иногда мне даже хочется, чтобы она умерла».

Меня охватила дрожь – от страха и возбуждения. Тюрьма – опасное место. И все мы об этом знали. Эта опасность – как наркотик, от которого не можешь уже избавиться. Что если с тобой произошел бы несчастный случай?

Это было, конечно, неправильно. Я знаю. Но тебе принадлежал мужчина, о котором я мечтала. И ты ждала от него ребенка. Когда ты сказала, что выйдешь в тот день дежурить на прогулке вместе с надзирателями, я решила, что это мой шанс. Мне всегда казалось безумием то, что в комнате отдыха поставили бильярдный стол, но ты не хотела слушать. Помнишь? Ты сказала, что заключенным нужно как-то развлекаться в свободное время и что ты им доверяешь.

Понадобилось лишь несколько десятков фунтов, чтобы уговорить одного моего приятеля выключить в нужный момент свет. Все прочее тоже было не так уж сложно – взять в темноте бильярдный шар, сунуть его в тюремный носок и ударить тебя по голове.

Затем оставалось лишь помчаться наверх и оставить улики в камере одной из самых частых нарушительниц порядка. На Зельду Дарлинг подозрения должны были пасть в первую очередь: твоя беременность не могла не вызывать у нее зависть – после того, как у нее забрали собственного ребенка. То, что у вас случился конфликт незадолго до того «отключения электричества», было дополнительным основанием подозревать именно ее. Потом я украла тюремную цепочку для ключей из твоего ящика и сунула ее, вместе с мобильником, в твою коробку с вещами, когда ты увольнялась с работы, – я надеялась, что это создаст тебе впоследствии какие-нибудь проблемы. Я была очень зла, потому что Дэвид по-прежнему оставался с тобой. Как же я смеялась, когда через столько лет эта вещь помогла привязать тебя к убийству Тани! Судьба была на моей стороне.

Но тогда все пошло не так. Я думала, Дэвид будет доволен, когда узнает, что это я ударила тебя на лестнице. Разве он не говорил, что хочет, чтобы ты умерла? Ведь он сам подтолкнул меня к этому. Однако Дэвид отрицал это и обвинял меня в том, что я убила его сыночка. Он сказал, что мы не должны рисковать и нам придется не видеться некоторое время, пока все не уляжется. Потом он сделал то, о чем я всегда мечтала. Он оставил тебя. Вот только не ради меня, а ради Тани.

Я не могла в это поверить. Но Дэвид очень быстро понял свою ошибку. Вскоре после своей женитьбы он позвонил и сказал, что очень скучает по мне. Секс с женой, по его словам, был скучным. Он снова хотел свою «плохую девчонку Джеки». Поэтому мы вернулись к тому, что у нас было раньше, – встречаться время от времени, когда нам обоим удавалось вырваться.

На этот раз я не приставала к нему с разговорами о браке. Я просто решила дожидаться своего часа. Я могла бы ждать долгие годы, если бы потребовалось.

А потом он пропал. Я была в ужасе, опасаясь, что полиция узнает про нашу связь и явится ко мне. И, конечно, я боялась, что с Дэвидом произошло что-то страшное.

Когда он вдруг объявился на суде, я вздохнула с облегчением. Потом, когда все закончилось, я подбежала к нему у выхода и бросилась ему на шею. Но Дэвид оттолкнул меня, заявив, что знать меня не желает. Он сказал, что изменился и хочет начать новую жизнь.

Я вернулась в свою квартиру с разбитым сердцем. Приближался мой пятидесятый день рождения, а у меня по-прежнему никого не было. Одна лишь тюрьма, ставшая моей жизнью. И бывший мужчина, которого я не могла выкинуть из головы.

Я много раз пыталась дозвониться Дэвиду. Но он никогда не брал трубку. Теперь я понимаю. Он хотел быть со мной только тогда, когда я была ему для чего-то нужна.

Так что это моя последняя месть. Это не извинение. Я хочу, чтобы этот человек оказался за решеткой. И я знаю, что ты можешь упрятать его туда. Прощай.

Я читаю все это снова и снова – и никак не могу оправиться от шока. Моя подруга и коллега. Любовница Дэвида. Убийца моего ребенка.

Затем я перечитываю первое письмо – от моего адвоката. В нем она сообщает о том, что Дэвид арестован.

Глава 64

Хелен

2 января 2019

– Вы здесь работаете? – спрашивает испуганная девочка с рваным коричневым рюкзаком за спиной.

– Да.

Именно так – мысленно продолжаю я. Я работаю в хостеле, где когда-то отскребала дерьмо со стен. Впрочем, сейчас здесь несколько чище. Новое руководство. Сюда требовались сотрудники, и меня не отфутболили на собеседовании, когда я сказала, что являюсь матерью-одиночкой. Это самое замечательное, что со мной когда-либо происходило! Теперь я работаю с детьми – такими, как эта девочка, стоящая сейчас передо мной.

– Я могу тебе чем-то помочь? – спрашиваю я вслух.

Девочка нервно переминается с ноги на ногу, поглядывая на ребенка у меня на руках. (Я только что ее покормила. У моей дочери прекрасный аппетит – она просто ненасытна.)

– Мне нужно где-то пожить. Соцслужба отправила меня сюда.

– Ты в первый раз осталась без дома? – осторожно спрашиваю я.

Девочка качает головой:

– Всю жизнь в приемных семьях. Моя мама в тюрьме. Последняя приемная семья была нормальная, но они переехали. – Девочка окидывает взглядом ярко окрашенные стены и броскую доску объявлений, оформлением которой я как раз занимаюсь. – Здесь есть настольный теннис?

– Верно. Тебе здесь понравится. Просто никого не задирай и не делай никаких глупостей.

– Нет, я ничего такого не делаю. – Она снова смотрит на доску объявлений. – Классные фото.

– Это я сама фотографировала. – Я стараюсь говорить как ни в чем не бывало. – На самом деле я даже победила в нескольких конкурсах.

– Ого! Я всегда хотела научиться фотографировать.

В моей памяти вспыхивает внезапное воспоминание: Роберт, мой приемный отец, дарит мне свой старый фотоаппарат и показывает, как он работает. Фотографирование каким-то чудесным образом стало успокаивать меня, разгоняя все страхи. Несколько месяцев назад я написала своим бывшим приемным родителям, чтобы попросить у них за все прощения. Ди ответила, что они меня простили, но Роберт недавно тяжело болел и лучше не волновать его встречей в ближайшее время. Что ж, может, сейчас – это мой шанс попытаться искупить вину за тот свой ужасный поступок.

– Я могу научить тебя, если хочешь, – говорю я девочке, стоящей передо мной.

– Вау! Спасибо.

И впервые за долгое время я начинаю верить в то, что в этой жизни действительно можно найти свой правильный путь.

Через некоторое время ко мне в кабинет стучится один из ребят. Я сижу, по уши заваленная бумажной работой.

– К вам тут пришли.

Сердце у меня тихонько подпрыгивает. Мне всегда хотелось узнать, где мои бабушка с дедушкой и живы ли они вообще. Вскоре после того как мне удалось устроиться на эту работу, я выделила немного денег на то, чтобы дать несколько объявлений в разделе «Поиск людей» в местной газете (мама в конце концов раскрыла мне название той уэльской деревни, где она выросла). Никакого ответа я не получила. Как бы то ни было, в моей душе каждый раз мелькает проблеск надежды, когда кто-то объявляется и спрашивает меня.

– Она говорит, что ее зовут Вики Гаудман.

Черт возьми. Каким образом она меня разыскала?

– Скажи ей, что я занята, – резко говорю я, снова зарываясь в свои бумаги.

– Пожалуйста. Я не отниму у вас много времени.

Это она! Стоит у меня в дверях. Теперь никуда от нее не деться.

– Я долго вас искала. – Вики внимательно изучает мое лицо. – В тот день, на набережной в Пензансе, вы показались мне знакомой. Наверное, я узнала в вас вашу маму. – Вики качает головой, будто разговаривая сама с собой. – Я знала, что что-то тогда меня расстроило. Я просто не могла вспомнить, что именно.

Сердце у меня дрогнуло.

– Ладно, входите.

В следующую секунду я сожалею о своем решении, но все же любопытство оказывается сильнее.

– Чего вы хотите? Как вы меня нашли?

Вики игнорирует первый вопрос и сразу же отвечает на второй:

– Ну, в общем, по Интернету. Ваше имя было указано в информации об этом хостеле. Заместитель директора, насколько я понимаю.

Я не могу сдержать нотки гордости в своем голосе:

– Меня недавно повысили.

Когда я это говорю, внезапно раздается пронзительный крик. А я-то надеялась, что Вики не заметит ребенка. Однако сейчас она во все глаза смотрит на кроватку-корзинку, стоящую на полу возле моего стола. Я беру дочь на руки и прижимаю ее к груди, нежно похлопывая.

Мама была права. Несмотря на то что я так боялась не справиться и ненавидела отца моей малышки, любовь к ней пришла сама собой.

– Как вы его назвали? – спрашивает Вики с некоторым удивлением в голосе.

– Это девочка, – поправляю я ее. – Я назвала ее Хоуп[16]. – У меня вырывается тихий смешок. – Это имя показалось мне подходящим.

Эта женщина, старый враг моей мамы, смотрит на меня со слезами на глазах.