Джеймс С. – Восстание Персеполиса (страница 8)
- Капитан Сантьяго Сингх, - сказал он без лишних вопросов.
Сингх встал, едва удержавшись, чтобы не отдать честь. Мужчина не носил военную форму или каких-либо знаков различия, но они были внутри дома их правителя. Что накладывало определенный вес за рамками протокола.
- Здесь, сэр. Я капитан Сингх.
- Высокий консул надеется, что вы присоединитесь к нему за завтраком в резиденции, - сказал человечек.
- Конечно, почту за честь.
- Следуйте за мной, - сказал человечек, выходя через ту же большую дверь. Сингх последовал за ним.
Если фойе государственного здания не приводило в восторг, остальная часть интерьера была положительно утилитарной. Коридоры с офисными помещениями расходились во всех направлениях. В залах кипела жизнь, люди в костюмах и военной форме, и таких же красных куртках и черных штанах, как и на его гиде, перемещались повсюду. Сингх отдавал честь каждый раз, когда видел ранг, который этого требовал, и пытался игнорировать всех остальных. Всё человеческое население Лаконии было колонистами, флотом Дуарте и детьми, родившимися за последние несколько десятилетий. Он и представить не мог, что на планете так много людей, которых он никогда не встречал. Его невысокий проводник двигался так, как будто он не видит никого вокруг, а с его лица не сходила расплывчатая улыбка.
После десятиминутной прогулки по лабиринту коридоров и комнат, они пришли к стене из множества стеклянных двойных дверей, которые выходили на большой внутренний дворик. Его проводник открыл одну и впустил его, а сам скрылся в здании.
- Капитан Сингх! - позвал Высокий Консул Уинстон Дуарте, абсолютный военный правитель Лаконии. - Пожалуйста, присоединяйтесь. Келли, убедись, что у капитана есть тарелка.
Другой мужчина в красной куртке и черных штанах, по-видимому, Келли, указал Сингху на его место, и выдвинул стул. Сингх присел, ошеломленный до головокружения, и благодарный, что не придется удерживаться от покачивания, стоя на ногах.
- Высокий Консул, я ... - начал было Сингх, но Дуарте отмахнулся.
- Спасибо, что присоединились ко мне этим утром. И думаю, можно использовать наши военные звания. Обращайтесь ко мне Адмирал Дуарте, или просто Адмирал.
- Так точно, Адмирал.
Келли положил одно яйцо в подставку перед ним и с помощью щипцов, добавил сладкий рулет на стоявшую рядом тарелку. Сингх и раньше ел яйца, и это конечно была роскошь, но не какая-то невероятная. С небольшого стола - всего на четырёх человек - открывался вид на широкий участок того, что было похоже на любовно ухоженную земную лужайку. Девочка лет двенадцати сидела среди травы и играла со щенком. Ещё там было несколько кур и земных собак. В отличие от Ноева ковчега в старой истории, корабли первого флота доставили в Лаконию животних лишь нескольких видов. И видеть разные виды в одном месте было потрясающе. Сингх постучал ложкой по скорлупе, разбивая яйцо, и пытаясь собраться с мыслями.
Адмирал Дуарте указал на чашку Сингха, и Келли налил ему кофе.
- Приношу извинения, - сказал Дуарте, - за то что так рано утром оторвал вас от семьи.
- Служу по воле высокого консула, - автоматически выпалил Сингх.
- Да, да, - ответил адмирал. - Наталья, правильно? И одна дочь?
- Да, Адмирал. Эльза. Сейчас ей почти два года.
Адмирал Дуарте улыбнулся девушке в траве и кивнул.
- Хороший возраст. Подгузники еще надо менять, но уже спит по ночам?
- Большинство ночей, сэр.
- Интересно наблюдать, как развивается их ум. Учатся говорить. Самоидентифицируются, как личности. Слово "нет" становится волшебным.
- Да, сэр, - сказал Сингх.
- Не отказывайтесь попробовать выпечку, - сказал адмирал. - Наш пекарь просто гений.
Сингх кивнул и откусил кусочек. На его вкус, выпечка была слишком сладкой, но прекрасно сочеталась с горьким черным кофе.
Адмирал Дуарте улыбнулся ему, и сказал:
- Расскажите мне о капитане Иваса.
Кусок сладкого рулета, который он только что проглотил, превратился в свинцовую пулю в животе. Капитан Иваса был лишен звания и с позором уволен на основании доклада Сингха, предоставленного адмиралтейству. Если бы его бывший командир был личным другом высокого консула, Сингх мог стать свидетелем конца своей карьеры. Или еще чего похуже.
- Прошу прощения, я ... - начал Сингх.
- Это не допрос, - сказал Дуарте, мягким, как теплая фланель, голосом. - Я знаю все факты о капитане Иваса. Я хочу услышать вашу версию. Вы подали первоначальный рапорт о неисполнении обязанностей. Что заставило вас сделать это?
Один из профессоров в военной академии однажды сказал, что когда нет укрытия, единственное, что разумно сделать, это как можно быстрее пересечь зону огня. Сингх выпрямился на стуле, воплощая лучшую версию вставания по стойке смирно из сидячего положения.
- Сэр, да, сэр. Капитану Иваса не удалось обеспечить соблюдение недавно обновленного флотом военного устава, а когда ему был задан прямой вопрос по этому поводу, он солгал Адмиралу Гойеру, своему командиру, в моем присутствии. Я отправил адмиралу Гойеру записку, в которой указал на ложь капитана.
Дуарте смотрел на него задумчиво, без намека на гнев. Это ничего не значило. По общему мнению, высокий консул не был человеком, неспособным контролировать эмоции.
- Изменения, которые приравняли неисполнение обязанностей к преступлению, карающемуся отправкой в Загон? - спросил Адмирал Дуарте.
- Да, сэр. Капитан Иваса считал это наказание чрезмерным и открыто говорил об этом. Когда двое морпехов были найдены спящими на дежурстве, он назначил им административное наказание.
- Значит, вы обратились через голову вышестоящего начальства к Адмиралу Гойеру.
- Сэр, нет, сэр, - сказал Сингх. Он опустил глаза, чтобы взглянуть прямо на высокого консула. - Я был свидетелем того, как офицер лгал своему командиру в ответ на прямой вопрос. Я уведомил об этом, как и был обязан.
Сингх остановился, но Дуарте ничего не сказал. Просто смотрел на него, как на особо интересного жука, приколотого к пробковой доске. Затем, словно это незначительный вопрос, спросил:
- Вы недолюбливаете капитана Иваса?
- Я могу говорить откровенно, сэр? - спросил Сингх. Когда Дуарте кивнул, он продолжил. - Действовать в рамках устава - обязанность каждого офицера и военнослужащего. Это инструмент, с помощью которого мы являемся военными, а не просто сборищем людей с космическими кораблями и пушками. Когда офицер проявляет к нему пренебрежение, он перестает быть офицером. Продемонстрировав неоднократное и преднамеренное несоблюдение устава, Иваса перестал быть моим командиром. Я просто сообщил об этом следующему человеку по званию.
- Чувствуете ли вы сейчас, зная судьбу капитана, что поступили правильно? - спросил адмирал. Его лицо и голос не выдавали никакого мнения на эту тему. С тем же успехом он мог бы спросить, не желает ли Сингх положить в кофе сахар.
- Да, Адмирал, - сказал Сингх. - Обязанности - это не буфет, к которому можно подойти, выбрать что нравится, и игнорировать остальное. Временная лояльность - это вообще не лояльность. Долг капитана Ивасы состоял в том, чтобы обеспечить соблюдение устава своими подчинёнными. Когда он солгал о том, почему не смог этого сделать, я был обязан уведомить его командира.
Высокий консул кивнул. Это могло значить что угодно.
- Вы будете по нему скучать?
- Да. Он был моим первым командиром после академии. Он научил меня всему, что мне нужно знать. Я скучаю по нему каждый день, - ответил Сингх, и понял, что не преувеличивает. Фатальным недостатком Ивасы оказалась его привязанность к тем, кто был в его команде. Такого человека легко любить.
- Капитан, - сказал Дуарте. - У меня для Вас новое задание.
Сингх встал, чуть не опрокинув стул, и отдал честь.
- Высокий Консул, капитан Сантьяго Сингх, готов к службе.
Он знал, что это смешно, но что-то во всем разговоре было сюрреалистичным и смешным, а в тот момент это просто казалось правильным. И Дуарте отнесся к этому с уважением.
- Первый этап нашего проекта подходит к концу. Сейчас мы переходим ко второму этапу. Я передам вам под командование Грозовой Шторм. Детали в сейфе капитана на этом судне.
- Благодарю вас, Адмирал, - сказал Сингх с бешено колотящимся сердцем. - Для меня будет честью выполнить все приказы до последней буквы.
Дуарте повернулся, чтобы посмотреть на девочку, играющую со своей собакой.
- Мы были скрыты от остального человечества достаточно долго. Время показать им, чем мы занимались.
Глава четвёртая
Холден
Холден только пересек двадцатилетний рубеж, когда его выгнали из земного флота. Он вспоминал ту версию себя с той же любовью и снисхождением, с которым люди обычно наблюдают за щенками, гордыми тем, что гоняют белок. Он устроился на работу по перевозке льда с желанием отвернуться от всей коррумпированной, авторитарной и циничной истории своего существования. Даже название компании "Чисто-Прозрачно" он выбирал, из-за глубокого смысла. Обещание прозрачности и чистоты. Если сейчас это выглядело немного комично, в то время было по-другому.
В то время Пояс был суровым фронтиром. ООН и Марсианская Республика Конгресса, политические боги Солнечной системы, изолированные сильнее, чем древний остров посреди океана. Астеры были структурно низшим классом, сражающимся даже за то, чтобы люди внутренних планет хотя бы замечали их смерти.