Джеймс С. – Игры Немезиды (ЛП) (страница 6)

— Пугает, — сказала Наоми, проходя на кухню, — Но не настолько, чтобы снять всю проклятую переборку. Замена не сравнится с оригиналом. Ты это знаешь.

Алекс встретил Наоми Нагату на «Кентербери». Он всё ещё видел сердитую девчонку, которую капитан Макдауэлл представил своим новым младшим инженером. Она пряталась за своими волосами почти год. Сейчас у неё появились первые седые пряди. Она стала чувствовать себя увереннее и сильнее, чем Алекс когда-либо мог от неё ожидать. А Холден, напыщенный, самонадеянный старпом, переключившийся на гражданскую работу и хваставшийся, как его уволили с позором из армии, стал тем человеком, который вручил ему сливки и с радостью признал нерациональность своих страхов. Он предположил, что время изменило всех. Только он не был уверен, как изменился он.

За исключением Амоса, в нём ничто не изменилось.

— Что насчет тебя, Алекс?

Он усмехнулся и, как жители долины Маринер, протяжно произнёс:

— Ну, блин, оно не убило нас, когда было здесь, думаю, и не собиралось. Теперь его нет.

— Ладно, — вздохнул Холден.

— Это сохранит нам деньги, — сказала Наоми. — Нам же лучше.

— Я знаю, — ответил Холден. — Но я всё равно буду чувствовать себя странно.

— А где Амос? — спросила Наоми. — До сих пор по бабам ходит?

— Нет, — ответил Алекс. — В первые дни он промотал в борделе почти все свои деньги. С тех пор мы просто слонялись.

— Нам нужно придумать, чем его занять, пока мы на Тихо, — сказал Холден. — Чёрт, нам нужно придумать, чем занять всех нас.

— Мы могли бы поискать работу на станции, — предложила Наоми. — Не знаю, какие тут есть вакансии.

— Мы получили с полдюжины предложений на платные опросы по Новой Терре, — сказал Холден.

— Как и любой другой человек, вернувшийся через кольцо, — ответила Наоми со смехом в голосе. — И связь всё ещё работает в обе стороны.

— Значит, по-твоему, нам не стоит за это браться? — спросил Холден. Его тон немного задевал.

— Я говорю, что могу найти более интересное занятие, чем болтовня о себе за деньги.

Холден немного поколебался.

— Справедливо. Но мы застряли здесь надолго. Нам нужно чем-то заняться.

Алекс глубоко вдохнул. Вот и он. Тот самый момент. Но он всё не мог решиться. Он добавил в чашку сливки, кофе стал светлее. Комок в горле казался размером с яйцо.

— В общем, — произнес он. — Я… Я думал кое о чём.

Дверь открылась и в комнату вошел Амос.

— Эй, кэп. Мне нужен отпуск.

Наоми наклонила голову, её брови нахмурились, но заговорил Холден.

— Отпуск?

— Да, мне нужно вернуться на Землю ненадолго.

Наоми присела на стул возле барной стойки.

— А в чем дело?

— Не знаю, — ответил Амос. — Возможно ни в чём, но мне нужно разобраться, чтобы узнать. Быть уверенным. Понимаешь?

— Что-то не так? — спросил Холден. — Ведь если что, мы можем дождаться, когда «Роси» починят и слетать все вместе. Я всё искал повод взять Наоми с собой на Землю, познакомить с роднёй.

Досада промелькнула на лице механика так быстро, что Алекс едва успел заметить. Моменты, вроде этого, заставляют его нервничать. То, как Холден мог вытолкнуть Наоми из её зоны комфорта, даже не понимая, что он делает. Но она опомнилась ещё до того, как Амос смог заговорить.

— Лучше поищи другой повод, кэп. Я немного тороплюсь. Леди, с которой я раньше проводил время, умерла. Мне просто нужно съездить, убедиться, что всё идёт как надо.

— О, мне очень жаль, — произнесла Наоми вместе с Холденом. — Хочешь позаботиться о её собственности?

— Ну, да. Вроде того, — ответил Амос. — В общем, я забронировал транспорт до Цереры, а потом дальше, но мне нужно обналичить часть своих акций, чтобы было на что жить, пока буду там.

На секунду комнату заполонила тишина.

— Но ты же вернешься? — спросила Наоми.

— Планирую, — ответил Амос. Алекса поразило, что ответ был честнее, чем просто «да». Амос планировал вернуться, но всякое случается. За всё время, что они провели в бегах на «Кенте» и на «Роси», Алекс никогда не слышал, чтобы Амос говорил о своей жизни на Земле, только в самых общих чертах. Он задавался вопросом, было ли это из-за того, что упоминание прошлого просто не имело смысла, или о нём было слишком болезненно говорить. С Амосом могло быть и то и другое одновременно.

— Разумеется, — сказал Холден. — Только скажи, сколько тебе нужно.

Переговоры были быстрыми, перечисление прошло с одного ручного терминала на другой. Амос усмехнулся и похлопал Алекса по плечу.

— Ладно. Теперь у тебя свободная квартирка.

— Когда ты улетаешь? — спросил Алекс.

— Где-то через час. Мне нужно занять очередь.

— Ладно, — сказал Алекс. — Береги себя, напарник.

— Само собой, — сказал Амос и ушел.

Трое оставшихся члена экипажа «Роси» тихо стояли на кухне, Холден выглядел шокированным, Наоми — веселой. Алекс чувствовал себя где-то посередине.

— Это было странно, — сказал Холден. — Думаешь, с ним всё будет в порядке?

— Это Амос, — ответила Наоми. — Я больше волнуюсь за того, кого он собрался навестить.

— Справедливо, — ответил Холден, затем потянулся, чтобы присесть на стойку и повернулся к Алексу. — О чём это мы? Ты говорил, что думал кое о чём?

Алекс кивнул. «Я думал, как тяжело разбивать семью и о семье, которую я разбил до этого, и что мне нужно снова повидаться с моей бывшей женой и попытаться понять, кем мы были друг другу, и разобраться со всем, что мы сделали. До теперь, всё это казалось как-то веселее».

— Учитывая, что мы пробудем в доке довольно продолжительное время, я подумал, что я могу слетать на Марс. Проверить свою старую берлогу.

— Хорошо, — сказал Холден. — Но ты вернёшься до окончания ремонта, правда?

— Планирую, — улыбнулся Алекс.

Глава 3: Наоми

Табло со счетом для Голго осталось нетронутым после стартовых первого и второго голов. Поле всё так же было пустым. Пульсирующие басы из главного зала «Голубого цветочка» были вызваны вибрацией на палубе и ропотом голосов, слишком громким, чтобы там можно было разговаривать. Наоми взвесила железный шар в руке, привыкая к массе и весу, которые бывали разными при разной гравитации. Напротив неё стояли в ожидании Малика и члены её команды по ремонтным работам. Один из них пил Блю Мини — ярко-лазурную жидкость, которая теперь обрамляла его губы. Прошло уже три (или даже четыре?) года с тех пор, когда Наоми играла в Голго в последний раз, тогда как эти люди играли каждый четверг. Наоми ещё раз взвесила шар в руке, вздохнула и закрутила его. Внезапно выскочили и шары противников, стараясь удержать её бросок и пытаясь синхронизироваться с ним.

Это было чем-то вроде жеста новичку, тогда как Наоми хоть и потеряла хватку за годы без практики, но была далеко не новичком. Табло показало завершение полёта и вывело отметку Наоми — далеко за центральной разметкой поля. Её команда начала ликовать, тогда как со стороны команды Малики послышались стенания. Но все улыбнулись. Эта игра была дружеской, хотя таковыми бывали не все.

Один член команды Наоми кричал:

— Следующая! Следующая! — размахивая свой широкой бледной рукой. Его звали то ли Пир, то ли Паар, что-то вроде этого. Она взяла стальной шар и подбросила ему. Он ухмыльнулся ей, его глаза всё время украдкой пробегались по её телу. Бедный говнюк. Наоми встала обратно и Малика подошла к ней, чтобы стать рядом.

— У тебя ещё есть хватка, — сказала Малика. У неё был красивый голос, с акцентом станции Церера, который размягчал грубоватый говор жителей Пояса.

— Когда была тут в последний раз, частенько играла, — ответила Наоми. — То, что делал в молодости, не забудешь никогда, правда?

— Даже если захочешь, — рассмеялась Малика, и Наоми рассмеялась вместе с ней.

Малика жила в группе номеров на три уровня ниже и на тридцать градусов против часовой стрелки от клуба. В последний раз, когда Наоми была здесь, стены были увешаны шёлком с коричневым и золотым узором, а воздух был насыщен искусственными сандаловыми благовониями, которые не засоряли переработчики воздуха. Наоми две ночи спала в спальном мешке на палубе, засыпая под запись игры на арфе и бормотания Малики и Сэм. Только вот Сэм теперь была мертва, а Наоми с Джимом вернулись обратно, и человечество стало наследником тысячи солнц на расстоянии двух лет полёта. Быть здесь, смеяться с Маликой и её ремонтной командой, Наоми не могла сказать, чем она была поражена больше, тем, как сильно всё изменилось, или как мало.

Малика коснулась плеча Наоми, её брови нахмурились.

— Bist ajá? (Всё в порядке?)

— Просто задумалась, — немного грубо ответила Наоми на сленге Пояса. Она была сердита не только из-за Голго.

Уголки губ Малики опустилсь даже тогда, когда стол для Голго разразился криками ликования и унылыми вздохами. Сэм тоже была там, пусть и на мгновение. Эта необычная женщина с рыжими волосами и жизнерадостной непристойностью и привычкой разговаривать как ребенок — бу бу, оуии, — чтобы описать, например, обломки метеорита. То место, где она находилась, и двух женщин объединяло знание, что кто-то пропал.