Джеймс С. – Гнев Тиамат (страница 89)
Холден нахмурил лоб, и на мгновение она увидела того молодого человека, с которым встретилась впервые десятилетия назад, на другой планете. Элви из последних сил цеплялась за надежду, что в глубине души он всё ещё остался тем человеком.
– Кому наврежу? – спросил он, и указал на Терезу. – Ей?
– Я знаю, что ты сделал, – сказала она, пытаясь отдышаться. – Знаю, что ты подговорил Кортазара.
– Надо идти, – сказала Тереза. Только сейчас Элви заметила, чем занималась в овраге девушка. Оказалось, она раскапывала сугроб. Рукава Холдена обледенели, а значит и он делал то же самое.
– Она просто ребёнок, Холден. Каким бы ни был твой план, ей не обязательно в нём участвовать.
– В настоящий момент скорее я участвую в её плане.
– Нам надо идти! – прикрикнула Тереза. – У нас нет на это времени. Крыска! Заткнись!
Собака завиляла хвостом, радостно игнорируя приказ. Позади послышались шаги – наконец подоспел Фаиз, спотыкаясь в снегу. На севере хрястнуло, глубоко и раскатисто. Задрожала земля, и вспышки рельсовых орудий угасли. Без грохота выстрелов, ночь казалась до странности тихой.
– Что происходит? – спросил Фаиз.
– Я убегаю, – ответила Тереза. – Собираюсь обменять ценного пленника на свою свободу, и скрыться. За нами идёт корабль, и надо успеть к точке встречи.
– Он пытался тебя убить, – сказала Элви. – Ты не можешь ему доверять!
Усталость и горечь в ответе Терезы подошли бы гораздо более взрослой женщине:
– Я никому не могу доверять.
– Нет, – сказал Холден. – Дело было совсем не в Терезе. А в тебе. Привет, Фаиз.
– Привет, Холден, – ответил Фаиз, тяжело опускаясь на колени рядом с Элви. Снежинки приземлялись на его шевелюру, и оставались там, не тая.
– Я не понимаю.
– Дело всегда было только в тебе, – пояснил Холден. – Буквально с той секунды, когда я узнал, что на «Буре» обнаружился пространственный разрыв, я делал всё, чтобы убрать Кортазара, и поставить тебя на его место.
– А вот это? – Он указал на затихшее небо. – Об этом я ничего не знаю. Я ни с кем не связывался. И со мной тоже никто.
Элви покачала головой.
– Я не понимаю.
– Я устроил тебя на эту работу. Сказал Дуарте, что ты специализируешься на изучении того, что уничтожило создателей протомолекулы. И да, это я подбил Кортазара влезть в неприятности. А потом попытался его подставить. Это был единственный способ заставить Дуарте избавиться от своего безумного учёного. И поскольку ты оказалась нужным экспертом, ты и получила это повышение по службе.
Удар, что вышиб воздух из её груди, ощущался почти физически. Предательство. Её предали. Она видела, как из-за Холдена погибли Сагаль и Тревон. Из-за него она почти потеряла ногу, чуть не потеряла мужа, и выстрадала всё остальное.
– Зачем ты так поступил со мной?
– Мне нужно было, чтобы у руля оказался кто-нибудь нормальный и рассудительный, прежде чем Дуарте совершит что-то настолько глупое, что нельзя будет отыграть назад.
Он поднял руки, и позволил им безвольно упасть. Жест бессилия.
– Не уверен, что это сработало, но это всё, что я мог сделать.
Тереза поднялась. Чёрный свитер стал белым от наледи.
– Мы пройдём. Места достаточно. Но как только я окажусь за пределами территории, служба безопасности узнает. И когда мы побежим, останавливаться будет нельзя.
Холден кивнул, но его взгляд не отрывался от Элви.
– Прости, – сказал он.
«Загладь свою вину. Мы уже здесь. Возьми нас с собой». И в другой половине её разума – лаборатория. Загон. «Сокол» и данные, которые она успела собрать на этом корабле, всё ещё ждущие изучения. Справится ли Очида, если она уйдет? Будет ли он лучше Кортазара?
Сможет ли она доверять хоть кому-нибудь больше, чем себе? И враг – настоящий их враг – уже пытается навредить. Ищет способ. Нога Элви запульсировала, словно напоминая ей о чёрных призраках из подпространства. Кто ещё остановит их?
Она взглянула Холдену в лицо. Он был из тех мужчин, что способны выглядеть мальчишками до самой смерти.
Иди ты на хуй, за то, что поставил меня в такое положение, подумала она. И иди на хуй за то, что для меня это стало правильным.
Но вслух она произнесла только:
– Иди.
Глава 47: Наоми
– Алекс?
– Вижу, – прокричал он. – Что будем делать?
Палуба поплыла из-под ног Наоми, словно «Роси» так и шел в невесомости с прошлого раза. Наоми вызвала записи о задании Амоса, перепроверила, и корабль задрожал и запрыгал вокруг нее. Запрос был настоящим. Или по крайней мере очень убедительной подделкой.
План состоял в том, чтобы нанести удар по платформам, а потом удирать на жёсткой тяге, пока не вернулись силы противника. Наоми отвела на все про все довольно широкое окно. Добавка в виде приземления и эвакуации…
Но что, если они улетят, а там действительно ждёт Амос? Или Джим?
– Наоми, – снова спросил Алекс. – Что делать будем?
– Разносить платформы, – сказала она. И добавила: – Сначала… Сначала разберемся с платформами.
– Если будем садиться, надо сбросить скорость, – сказал Алекс.
Наоми требовалось время. Которого не было. «Роси» сильно дернулся, потом словно споткнулся, бросил ее в ремни, когда выстрелила их рельсовая пушка.
– Рассчитай варианты, – сказала Наоми.
– Уже, – ответил Алекс, и зазвучало оповещение о тяге.
Они летели над огнем противника, а Наоми решила тормозить.
– Ян! Передай остальным кораблям следовать нашим курсом. Мы жмём по тормозам.
Она подняла тактический дисплей, а проснувшийся двигатель вдавил ее в амортизатор, в прохладу геля. Непонятно, что вызвало у нее тошноту – маневры уклонения, перемена вектора тяги или ее собственное чувство обречённости – но это и не имело значения. Она включила дисплей, запустила его в системе «Роси» и начала молиться непонятно чему, чтобы решение нашлось.
Информация о сети обороны, которой владело подполье, собиралась по кусочкам с помощью кораблей Транспортного Союза, приходивших в систему. Пять орудийных платформ, не отражающих свет и невидимых на радарах. Их орбиты лежали выше орбит строительных платформ и накрывали всю планету сетью, которая позволяла держать любой приближающийся корабль в прямой видимости по крайней мере двух, а обычно трех огневых точек. Они уже открыли огонь по маленькому ударному отряду Наоми, и какую бы технологию они не использовали для компенсации энергии выстрела, могли стрелять без выбросов тепла или света, по которым можно было бы навести огонь.
Строительные платформы, вытянутые, сложной суставчатой формы, занимали более близкое к планете положение. От них отходили какие-то нити, похожие на те, что можно увидеть в капле грязной воды под микроскопом. Они мерцали. Их тоже было пять, и все на орбите, близкой к экваториальной.
План заключался в том, чтобы собрать поближе все корабли, сложить одну на всех оборону и распределить между ними огонь. Затем, подойдя ближе, разделиться – «Кассиус» и «Многоликий Князь» идут по вращению планеты, а «Роси» и «Куинн» зачищают орбиту против вращения. После этого все на жёсткой тяге летят к кольцу, а за ним – сотни миров, в которых можно укрыться.
Вот в чем состоял план изначально. И он не изменился, просто стал занимать больше времени. Больше времени под вражеским прицелом. Меньше шансов уйти невредимыми.
– «Кассиус» запрашивает разрешение на отделение. Они готовы начинать свою часть, – заорал Ян, перекрывая грохот ОТО, резонанс двигателя и хлопки маневровых.
– Подтверждаю, – прокричала в ответ Наоми. – Давай, работаем.
– С их уходом у плохих парней найдется больше пушек для нас, – сказал Алекс. – Вот уж когда придется реально попрыгать.
– А до сих это тогда какого хера было? – спросил Ян.
– А это мы по парку гуляли, парень, – ответил Алекс.
«Кассиус» на тактическом дисплее Наоми повернул, направив шлейф в сторону троих оставшихся, и поплыл к дальней стороне надвигающейся планеты. Через пару секунд его примеру последовал «Многоликий Князь». И только они ушли, как лаконианские укрепления выпустили новую волну скоростных объектов.
– Сколько ракет мы сможем сбить? – прокричала Наоми, и незнакомый голос заорал в ответ про шестьдесят процентов остатка в ОТО, будто это и был ответ.
– Мы сможем начать атаку через восемьдесят секунд, – сказал Алекс. – Семьдесят девять.
– Наведение на строительные платформы, – сказала Наоми.