Джеймс С. – Гнев Тиамат (страница 64)

Скоро. Всё это скоро закончится. Он заставил себя сглотнуть. Больно.

«Шторм» вздрогнул.

– Не попали, – выкрикнул Каспар. – Близко прошло, но мы увернулись.

– Увеличь дистанцию, Камаль, – скомандовала Джиллиан, но он не мог этого сделать, не спровоцировав «Бурю» на погоню. А Бобби было нужно, чтобы линкор сохранял текущий курс и вектор. Алекс слишком сосредоточился на ситуации, чтобы объяснять, почему приказ плохой, а потому просто проигнорировал его. Если «Шторму» суждено словить пару попаданий, с этим придётся смириться.

Залп «Бури» был похож на огромный распускающийся цветок. От линкора потянулись линии, изогнулись по направлению к ним и исчезли, когда «Шторм» отбил атаку. Алекс бросил взгляд на счетчик боеприпасов. Осталось больше, чем он ожидал. Его привычки формировались старыми технологиями, а лаконианская методика быстрой печати снарядов пока воспринималась не слишком интуитивно.

Если бы они действительно делали то, что хотели изобразить, – то есть улепётывали со всех ног к ближайшим вратам и выходу из системы – это было бы шагом отчаяния. Расстояние от Юпитера до кольца было огромным, а «Шторм» ограничивали как реакторная масса, так и хрупкость тел внутри корабля. Плюс опасность попасть из огня да в полымя, слишком быстро вломившись в медленную зону, не зная, какие там сейчас правила игры. Алексу пришлось бы оттормаживаться перед входом во врата, а тогда «Буря» легко догнала бы их. Если у Бобби ничего не выйдет, они всё ещё могли избрать этот путь. Алекс понял, что уже строит планы, – погрузиться в высокую атмосферу Юпитера и попытаться ободрать об неё «Бурю», провернуть петлю в направлении Солнца и заставить врага перегреться и отступить, чтобы обеспечить им возможность скрыться, – и одёрнул себя. Они ещё не на последнем издыхании.

– На подходе следующая волна, – выкрикнул Каспар. – Мы не сможем остановить всё.

– Уклонение, Камаль, – отрезала Джиллиан, и Алекс изменил траекторию их полёта, но только чуть-чуть. «Буря» не могла повернуться или сдвинуться, не разоблачив «Белую ворону». Чёрт побери, чем там вообще занимается Бобби?

– Держись, – сказал Каспар, а через секунду амортизатор взбрыкнул под Алексом, лягнув его, словно мул. Даже с прослойкой геля удар оказался таким сильным, что Алексу пришлось некоторое время восстанавливать дыхание. Он потерял пару секунд. Совершенно недопустимо, они не могут позволить себе такого ещё раз.

– Повреждения? – прохрипела Джиллиан, но никто не ответил.

Пришёл лазерный луч связи. Бобби наконец обозначилась.

– Нужны хорошие новости, капитан. – Лицо Джиллиан блестело от пота. Алекс ждал, с ужасом и надеждой.

– Рини убита. Корабль и торпеда под угрозой.

В голосе Бобби слышалось напряжение, и спокойный профессионализм женщины в своей естественной среде обитания. Тем же тоном она сообщила бы, что только что нашла способ уничтожить всех врагов сразу, или потеряла обе ноги.

– Мне нужно, чтобы ты остановила «Бурю». Я всё ещё могу выполнить миссию, но не при такой тяге.

Казалось, пауза длится вечно. Алекс уже просчитал манёвр переворота с ускорением, и просто ждал, когда Джиллиан отдаст команду.

Но всё, что Джил смогла выдать, было:

– Как?

– Дай секунду, Бобби, – сказал Алекс. – Я сделаю всё, что тебе нужно.

Привод отключился, вес ускорения исчез меньше чем за миг. Алекс перехватил контроль связи у Каспара и включил маяк «не приближаться». С позиции тактики это было абсолютно бессмысленно. Но на то он и рассчитывал.

– Что ты делаешь, Камаль? – спросила Джиллиан с возмущением, к которому примешивалась надежда, что ему известно что-то, чего не знает она.

– Имитирую бунт на корабле, – сказал он. – Поглядим, насколько их привлекает идея вернуть свою собственность.

Как он и надеялся, «Буря» тоже погасила привод. Они неслись сквозь тьму на совпадающих орбитах. Каллисто остался далеко позади. Даже Юпитер стал заметно меньше. Это было бы похоже на метафору одиночества, если бы каждый глаз в системе сейчас не следил за ними.

– Leche bao, – выругался под нос Каспар. – Они идут убивать нас.

– Пусть идут, пока делают это, не включая двигатель, – сказала Джиллиан, и Алекс почувствовал некоторую гордость за девочку. Она конечно зелёная, но учится. Почти минуту оба корабля провели в тишине напряжённого ожидания. Затем с «Бури» поступил запрос на связь. Джиллиан отклонила его. Алекс понял, что сидит, затаив дыхание.

– Быстродвижущиеся объекты, – доложил Каспар.

– Сбейте всё, что сумеете, и ответьте огнём, – скомандовала Джиллиан, – но курс не менять, и не давать им такого повода.

Алекс мог только наблюдать, как отстреливается команда. Если бы офицеры «Бури» хотели этого, с ними уже было бы покончено. Один массивный удар, и «Шторм» умрёт. Вместо этого, подобно борцу, медленно сгибающему сустав противника, они выталкивали вперед волны торпед, быстрее и ещё чуть быстрее, пока защита не будет сломлена. Они хотели вывести из строя корабль, и допросить команду. Но они не знали, кто такая Бобби. Или Джиллиан Хьюстон. Если дойдет до крайностей, они сами сожгут «Шторм». В любом случае, он смотрел на свою смерть.

Давай, Бобби, думал он. Я верю, ты сможешь.

* * *

– Мне кажется... это капитан? – сказал Каспар. – Мне кажется, это капитан!

Он сбросил на главный дисплей изображение с внешних датчиков. Картинка была немного зашумлённой, слишком резкой, но там, рядом с «Бурей», одинокая человеческая фигурка в силовой броне падала на корабль. Обе её руки венчались вспышками скоростных выстрелов, и два потока бесполезных снарядов неслись в корпус лаконианского дредноута. В сравнении с человеком, летящим мимо, размер линкора стал казаться просто ужасающим. Бобби напоминала разъярённое насекомое, пытающееся ужалить кита.

– Следите за приближающимися торпедами, – рявкнула Джиллиан. – Если это Дрейпер, значит у неё есть причина.

Крошечная фигурка летела по зубчатой, непредсказуемой траектории. Трассы высокоскоростных снарядов ОТО следовали за ней. Мухобойка для мухи. Невозможно было представить, что кто-то настолько маленький способен выстоять против размеров и мощи корабля, но раз это Бобби, так же невозможно было представить, что у неё не выйдет.

Алекс начал загружать полётный план с жёстким ускорением.

– Я могу добраться до неё, – говорил он. – Придётся подлететь чертовски близко к этой штуке, но...

Фигурка дёрнулась. Какое-то облако расцвело за её спиной. На экране она выглядела такой маленькой. Руки поднялись, ноги подогнулись. Испарения окутали её, разлетаясь в стороны. Воздух. Кровь.

– В неё попал снаряд ОТО, – сказала Джиллиан. – Её больше нет.

Алекс не слушал. Он слышал слова, но отказывался их понимать. Горе пронзило его, как электрический разряд, – гудящее, жестокое, разрушительное.

– Я могу добраться до неё, – сказал Алекс, отворачиваясь к пульту. Что-то не так с соком в амортизаторе. Он не мог вдохнуть. – Гнать придётся адски, но мы можем... мы можем...

Его пульт мигнул и заблокировался, когда Джиллиан перехватила контроль.

– Отдай нахуй управление! – заорал Алекс. – Мы заберем её!

– Алекс... – сказал Каспар, и мягкость его тона была просто невыносима. Силовая броня продолжала дрейфовать. Падать к «Буре». Инерция несла её к месту назначения, даже когда никакого назначения не осталось. Даже после того, как Бобби не стало. Он постучал по кнопкам, словно там был какой-то способ откатить время назад.

– Блядь. Блядь! – выкрикнул Алекс. Лимонный привкус рвоты поднялся к горлу, и он тяжело сглотнул, заталкивая её обратно. План провалился.

Бобби не стало.

– Что нам делать? – спросил Каспар, и в его голосе сквозила паника. Прежде чем Алекс успел ответить, с громким щелчком отключился дисплей сенсорного массива, и взвыла радиационная тревога.

«Сердце Бури» – корабль, который в одиночку выстоял против объединенного флота Земли, Марса и Пояса, и победил. Склонил всё человечество под иго Лаконии. Живой символ того, что любое сопротивление верховному консулу Дуарте всегда будет напрасным.

Когда сенсоры перезагрузились, оказалось, что «Бури» не стало тоже.

* * *

Без защиты жутковатой кожи «Шторма» выброс рентгеновского и гамма-излучения убил бы всех. А так, половина экипажа была просто слишком больна, чтобы подняться с амортизаторов. Медицинский отсек переполнился людьми, выхаркивающими слизистую желудочно-кишечного тракта. Корабельные запасы противорадиационных препаратов почти закончились, а если уровень заболеваемости раком будет соответствовать статистике, онкоциды закончатся следующими.

Корабль тоже пострадал. Даже не сломался. Был изранен. Регенерирующее покрытие «Шторма» пошло волдырями и местами утолщилось, как на первых стадиях рака кожи. Вакуумные каналы, направлявшие электроэнергию, отказывали без видимой причины, становясь настолько ненадежными, что ремонтные бригады начали тянуть резервные цепи из медного провода и металлической ленты, крепившейся прямо к стенам коридоров. Двигатель работал, хотя немного фонил.

Они победили. Сделали невозможное. И ушли живыми. Можно ли было просить о большем?

Алекса штормило. Регулярно бросало то в отупение, то в депрессию. Когда он мог выдержать, он просматривал новостные ленты со всей системы с записью взрыва, который не видел воочию, потому что был слишком близко, когда это произошло. Лучшая запись была с Земли. Ручная камера снимала детский конкурс воздушных змеев, и в правой части неба захватила участок, откуда пришёл свет. Яркая вспышка на голубом, словно маленькое недолговечное солнце, даже на таком расстоянии.