Джеймс Рассел – Незнакомое место (страница 7)

– Давай, – произнёс он. – Поплыли.

Они принялись за работу. Пэдди вытащил гикашкот, пока Флинн вёл лодку по самой глубокой части внешнего рифа, которую волны проходили не разбиваясь. Как только они отошли от Острова, они повернули строго на запад и поставили паруса. Лодка оказалась великолепно отзывчива и набирала скорость до тех пор, пока из-под корпуса не забила пена. Пэдди выбрался из наветренного отсека, чтобы правильно распределить балласт, и лодка резво понеслась вперёд.

– Поразительно! – крикнул Флинн брату.

Несмотря на своё волнение, он наслаждался ощущением скорости. Эта лодка была куда быстрее, чем яхта дедушки и бабушки.

– Хочешь, поставим ещё парус? – спросил он у Пэдди, и тот с энтузиазмом кивнул.

Мальчикам не понадобилось много времени, чтобы поставить передний парус – фок, – и лодка рванула вперёд, увеличив скорость ещё на несколько узлов. Флинн быстро привык к тому, как отзывчив их тримаран к самым слабым движениям руля, а Пэдди безотрывно приглядывал за парусом, следя, чтобы ветер наполнял его всё время. Мальчики попробовали сделать несколько поворотов, легли на один и на другой борт и обнаружили, что могут маневрировать без труда.

Братья провели остаток дня, осваиваясь на судне и тренируясь ставить и убирать паруса, лавируя и поворачивая.

Когда небо начало краснеть от заходящего солнца, Флинн обернулся посмотреть на Остров. К удивлению мальчика, Острова было уже не видно – он уже скрылся за горизонтом.

– Смотри, Пэдди! – окликнул он брата с ноткой паники в голосе.

Страх скрутил живот мальчика. Они никогда не отдалялись от дома настолько, никогда не теряли Остров из виду – даже на яхте дедушки и бабушки. Он постоянно присутствовал в их жизни, а теперь, когда он исчез, Флинн ощущал себя одиноким и потерянным на бескрайних просторах океана.

– С нами всё будет в порядке. Не волнуйся, – заявил Пэдди, но голос его звучал неуверенно.

Они направлялись во владения Питбуля. Теряли преимущество вести сражение на собственной территории. Флинн осознал: их буквально лишили почвы под ногами.

Внезапно ветер и шум волн заглушил знакомый звук:

– Сквиии!

– Молния! – вскричал Пэдди, вскакивая на ноги.

Он вгляделся в темнеющее небо. Звук шёл со стороны Острова, над которым начинала подниматься луна.

– Сквиии!

Их ручной сокол крикнул ещё дважды, паря высоко над лодкой, а потом камнем рухнул вниз и уселся на кончике бушприта. Там он переступил с лапы на лапу, ловя равновесие, после чего вперил в мальчиков мрачный взгляд. Вид у птицы был такой, словно её ужасно расстроило то, что мальчики покинули Остров, от чего они оба рассмеялись.

– Безумная ты птица! – воскликнул Пэдди. – Ты как нас нашёл?

Флинн покачал головой:

– Нам нужно отослать его обратно, Пэдди. Он не может отправиться с нами.

Море – и город – неподходящие места для сокола. С тяжёлым сердцем Флинн попытался отогнать Молнию, но тот не пошевелился.

– Улетай! – крикнул Флинн. – Лети домой!

Пэдди передал Флинну гикашкот и вскарабкался на бушприт, откуда принялся тыкать в Молнию. В конце концов сокол снялся с места.

Но только для того, чтобы перелететь на верхушку мачты.

– Сквиии!

Какое-то время Пэдди пытался отпугнуть птицу, размахивая перед ней веслом, но Молния просто взлетал и зависал над лодкой до тех пор, пока Пэдди не уставал или ему не надоедало, а затем снова усаживался на мачту.

– Это безнадёжно, – наконец заявил Пэдди. – Никуда он не улетит.

Флинн согласился:

– Да и пусть его. Вообще-то, даже приятно, что он будет рядом.

Молния как будто понял, что решили мальчики, потому что, едва они договорили, он тут же слетел Флинну на плечо, где моментально уснул. Братья рассмеялись, и Флинн погладил мягкое брюшко.

– Что у нас на ужин, Пэдди? – спросил он. – Я готовить не смогу, иначе разбужу Молнию.

Пэдди улыбнулся:

– Ладно. Сейчас всё будет.

Глава 9

Бриар проснулась рывком. Её щека на бетонном полу замёрзла. Бедро ныло от того, что она его отлежала, – одеяло не больно-то помогало смягчить пол. Она перевернулась на другой бок и попыталась снова закрыть глаза. Хитрость была в том, чтобы уснуть до того, как почувствуешь боль. Но луна поднялась и светила через высокое круглое окно прямо ей на лицо, заливая камеру молочным светом.

В итоге проснувшись окончательно, Бриар села и потянулась. Ночью её камера казалась ещё меньше. Девочка подавила паническое желание закричать и начать колотить кулаками по стенам, вспомнив голос Миллисент, говорящий, что всё будет хорошо.

Бриар не имела понятия, который час. Могла быть полночь или пять часов утра – у неё не было способа выяснить это. Она запустила пальцы в волосы и наткнулась на что-то. На шпильку. Бриар вытащила её и положила на пол, а потом попыталась расчесать лохмы пятернёй. Они уже спутались в кошмарные колтуны.

Отчего-то, занимаясь причёской, Бриар почувствовала себя лучше. Это означало, что она ещё не простилась с надеждой.

Распутывая волосы, она бесцельно посмотрела на шпильку на полу. И в мозгу девочки медленно сформировалась дурацкая идея. Подобрав шпильку, Бриар прошаркала к бетонной стене, отделявшей её камеру от камеры Миллисент и Роджера. Она принялась скрести стену шпилькой. Через несколько минут пластиковый шарик на конце стального штырька стёрся о грубый бетон. Бриар начала выцарапывать на стене своё имя. Дело подвигалось медленно, но в лунном свете она видела, что прогресс есть.

Она планировала написать «Здесь была Бриар». Почему-то глупость этой затеи её подбодрила.

Спустя пятнадцать минут она выскребла буквы «Бри» и как раз собиралась приступить к «а», когда её вдруг озарило.

Бриар крепко зажала шпильку между пальцев и воткнула в раствор – тонкий слой цемента между бетонными блоками.

К её изумлению, он подался, и девочка увидела, как из стены посыпалась тоненькой струйкой белая пыль. Она нажала сильнее, затем придвинулась поближе, силясь разглядеть что-то в тусклом свете. Да! Это явно отметина от скобы!

Чувствуя, как в ней поднимается волнение, Бриар приступила к работе. Она яростно скребла несколько минут, затем остановилась. Надо было подумать. Она действует опрометчиво. Мудро ли это? Что именно она собирается сделать?

Она села и долгое время глядела на стену. Затем, медленно и обдуманно, принялась действовать. Она выбрала один из нижних блоков в стене и начала отскребать раствор.

То и дело на полу оседала маленькая кучка пыли, и Бриар сметала её в ладони и высыпала на подоконник круглого окошка. А оттуда время от времени смахивала её, чтобы охранники не заметили. Таким образом Бриар проработала остаток ночи.

Когда сквозь окно начал просачиваться утренний свет, Бриар остановилась. Она распрямила шпильку, чтобы засунуть её поглубже в стену, и сочла, что проковыряла стену до половины толщины. Остальное нужно сделать со стороны Миллисент и Роджера.

Бриар набрала в ладонь чайную ложку белой цементной пыли, собрала столько слюны, сколько смогла и с полдюжины раз сплюнула. Решив, что этого достаточно, она пальцем размешала пыль в пасту и принялась заталкивать обратно в канавку, которую проковыряла вокруг цементного блока. За пару минут Бриар размазала пасту и отсела подальше, чтобы оценить результат.

Замазка вышла слегка темнее, чем блоки вокруг неё, но девочка уже сейчас видела, что, когда она подсохнет, заметить что-то будет невозможно.

Глава 10

Перекусив хлебом и козьим сыром, Пэдди забрался в крошечный крытый отсек на носу, свернулся калачиком и уснул. Они договорились о двухчасовых вахтах, и сейчас была очередь Финна сидеть у руля. Он сверился с секстантом, взял себе одеяло и завернулся в него. Нашёл комфортное положение, в котором можно было просто сидеть и наслаждаться плаванием. Прошло полтора часа, а затем ветер неожиданно стих. Лодка едва двигалась, а поверхность моря превратилась в глянцевый лист чёрного стекла.

– О, да ладно вам… – прошипел Флинн, расстроенный отсутствием прогресса.

Он тревожился и хотел бы поскорее попасть на материк.

Стоило ему произнести эти слова, как послышалось мощное «вушшш», и через секунду Флинна окатило мелкими брызгами солёной воды. Позади него Молния, пристроившийся на ручке руля, издал взволнованное «сквиии» и подпрыгнул в воздух, с хлопаньем набирая высоту в темноте. Сбитый с толку, Флинн сел прямо и потянулся за рогаткой. Позади лодки над поверхностью воды показался огромный чёрный горб. Это был кит! Затем с другой стороны лодки Флинн услышал ещё одно «вушшш» и, обернувшись, увидел второго кита, выпускающего фонтан из отверстия на спине.

– Пэдди! – закричал Флинн. – Просыпайся и смотри!

– Что такое? – Голос у брата был тонкий со сна.

Пэдди выбрался со своего ложа и кое-как поднялся на ноги:

– Что, уже моя очередь? Чего ты орёшь?

Флинн ахнул. Вокруг лодки всплывали всё новые и новые киты и выстреливали в воздух подсвеченные луной колонны брызг.

– О. Вау, – произнёс Пэдди, усаживаясь, чтобы посмотреть представление.

Киты поднимались и погружались обратно почти полчаса. Флинн был заворожён. Он слышал, как они пощёлкивают и попискивают, переговариваясь. Один кит поднял хвост высоко в небо и хлопнул им по воде, ненароком окатив братьев как из душа. Флинн ничуть не возражал – это было чудесной демонстрацией величины и грациозности животного.

А потом, словно по щелчку пальцев, киты исчезли, погрузившись обратно в чернильно-чёрные глубины океана. Молния вернулся на лодку. Братья дали друг другу пять и обнялись, радуясь, что стали свидетелями столь невероятного зрелища.