Джеймс Паттерсон – Ведьма и колдун (страница 11)
Увидев перед собой лицо Уисти, я напрягся и преодолел последние несколько шагов. Я буквально влетел в ее объятия, и она крепко сжала меня.
— Ты великолепен! — с восторгом произнесла она. — Ты отлично держался, Уит.
К нам шагала Матрона, держа электрошокер на уровне глаз.
— Не засчитано! — прокричала она.
Не засчитано?
Она без предупреждения ударила меня током.
Я толком не понял, что случилось, и упал, выпустив из рук ведра. Они покатились по полу.
— Четыре минуты шесть секунд! — заорала Матрона. — Без еды! Без воды!
И она унесла ведра прочь, пока я продолжал корчиться на полу.
ГЛАВА 31
Со временем мы с сестрой нашли способ избежать смерти от обезвоживания: мы обнаружили, что за окном, выходящим в вентиляционную шахту, собирается какая-то жидкость, и надеялись, что это дождевая вода или конденсат. Мы пропустили туда кусок проволоки, чтобы жидкость стекала по нему струйкой, а на другом конце повесили бумажный стаканчик, который нашли у себя в камере, и таким образом получали несколько глотков воды каждые три-четыре часа. У нее был привкус гипсокартона, но она спасала нам жизнь.
Все это было отвратительно. На прошлой неделе плохим считался день, когда тебя оставляли после школы за то, что ты решал воспользоваться своим правом не делать домашнюю работу по математике, и тебе приходилось два часа после уроков сидеть взаперти с кем-нибудь из своих лучших друзей.
На этой неделе я бы воспринял учебник по математике с такой радостью, словно это последний выпуск журнала «Клевые тачки».
Однажды днем я лежал на матрасе и думал о Селии, надеясь, что она вернется, пусть даже в очередном сне, и тут моя сестра вдруг воскликнула:
— Уит! Уит! Уит! Посмотри на меня, пожалуйста! Уитфорд!
Голос Уисти вернул меня к тревожному «здесь и сейчас». Я не стал открывать глаза, поскольку хотел снова погрузиться в мысли о Селии.
— Уит! — Сестра запустила мне в ногу своей дурацкой барабанной палочкой. — Открой глаза сейчас же!
— Ой! Что такого важного случилось? — простонал я, садясь и со злостью отшвыривая палочку. — Питту принесли?
Сестра стояла передо мной, держа в вытянутой руке тот самый журнал.
— Посмотри! — Она трясла пыльной книжицей перед моим лицом.
Я взял журнальчик и исследовал обложку. Мне казалось, он точно такой же, как и прежде.
— И что? Старая, замшелая, бесполезная книжка.
— Полистай. Давай, Уит. Ну сделай мне одолжение.
И тут я увидел невероятное. Вдруг оказалось, что страницы испещрены словами, картинками, иллюстрациями. А стиль начертания походил на почерк моего отца.
— Что за… — Я встал. — Это же очередная книжка из серии о Персивале Джонсоне. Предполагалось, что она выйдет только в следующем году. Интересно. «Похититель грома» — одна из моих любимых книг.
— Что? — удивилась Уисти. — Ты видишь то же, что и я?
Я стал переворачивать страницы.
— Вот черт! — Я листал дальше. — Последний выпуск журнала «Клевые тачки»!
— Погоди. Я этого не видела! — Уисти выхватила у меня книгу. — Нет, нет, здесь же «История мирового искусства». И репродукции картин моих любимых художников — Пеле Помпано и Марджи О’Гриффи. А еще тут все мои любимые романы! — Она стала торопливо листать книгу. — Видишь? — Она сунула раскрытый журнал мне под нос. — Смотри, все произведения моего любимого писателя, Кей Джей Мейер. А еще «Чертежи Бруно Дженета» и «Сага об Огненной девочке». Вот!
Я взглянул туда, куда она показывала. На сей раз передо мной оказалось подарочное издание каталога купальных костюмов.
— Уит… кажется, я поняла, — произнесла Уисти с благоговением. — Книга показывает каждому из нас то, что он хочет увидеть. — Потом глаза ее расширились, и она уставилась на меня. — Она волшебная. Вот почему папа дал тебе ее.
Я забрал у Уисти журнал.
— Покажи мне, где Селия, — попросил я неуверенно, а потом задержал дыхание, словно действительно чего-то ждал.
Ничего. Разве что последний выпуск журнала «Клевые тачки» мог каким-то образом привести меня к Селии.
— Нам нужно понять, как все это работает, — сказала Уисти твердо. — Знаю, ты думаешь, твоя сестра сумасшедшая, но я начинаю действительно в нас верить. В нашу магию. Нам только нужно поупражняться, Уит. Поднапрячься. Может, ты действительно колдун. Может, я действительно ведьма.
ГЛАВА 32
Когда-то у меня была потрясающая учительница, миссис Соли: она говорила, что ей известен истинный секрет счастья. По ее словам, он заключался в том, чтобы видеть жизнь наполовину полной, а не наполовину пустой, вне зависимости от происходящего. А как насчет полной на 0,000001?
Дни шли, и нас подвергали тестам, тестам, тестам. Медицинским тестам, испытаниям на физическую силу, тестам на интеллект, на «нормальность», на патриотизм, и снова — медицинским.
Однажды ночью — я только что проснулась, у меня все жутко болело от голода — они схватили Уита и забрали из нашей камеры.
— Нет, вы не можете! — закричала я. — Еще не время! Я считала! Еще не время! Ему еще нет восемнадцати!
А потом я вдруг поняла, что Матрона и меня тащит прочь из камеры по длинному коридору к одному-единственному окну.
Она указала мне на бетонный дворик, виднеющийся внизу. И стала напевать. При этом до меня доносилось ее зловонное дыхание.
— С днем рожденья тебя, с днем рожденья тебя, с днем рожденья, дорогой Уи-ит… с днем сме-ерти тебя.
Кровь застыла у меня в жилах, а сердце чуть не остановилось. Во дворе стояла виселица — вроде тех, на которых казнили в далеком прошлом.
А она продолжала второй куплет, и вместо «Сколько тебе лет?» получалось:
— Насколько ты мертв? Насколько ты мертв? — После этого она жутко, по-ослиному засмеялась.
Через несколько секунд отряд охраны вывел Уита во двор. Руки и ноги его были закованы в наручники, поэтому он шел спотыкаясь.
Я пыталась сглотнуть комок, но у меня не получалось, охранник тем временем надевал на голову Уиту черный колпак.
— Нет! — закричала я, барабаня кулаком по стеклу. — Нет! — И снова принялась бить и закрыла при этом глаза, а потом вдруг…
…стала падать.
ГЛАВА 33
Бам! Задыхаясь и часто моргая, я оглядывала нашу тесную тюремную камеру — здесь у любого началась бы клаустрофобия, — а мозг мой под действием адреналина уже полностью проснулся.
Я увидела перед собой сонного Уита: он удивленно моргал. Потом сел и уставился на меня тяжелым взглядом. В эту минуту я осознала, что у меня болят ягодицы и спина, и все фрагменты сложились в целую картину.
Во сне я парила. Кошмар про виселицы меня разбудил, и проснулась я… повиснув в воздухе. К несчастью, моя маленькая костлявая попа не годилась для падений на твердый пол с высоты… примерно полутора метров.
— Эй, Уисти, — пробормотал Уит. — Ты летала. В воздухе висела.
Я взглянула на него, счастливая от того, что он жив, а не повешен и находится в этой комнате.
Я по-прежнему была потрясена своим жутким сном, по затылку стекал холодный пот. Я подняла голову, словно стремясь разглядеть тайные механизмы, пружины и блоки, при помощи которых могла подняться в воздух. Ничего.
— Летала, — повторил Уит пораженно. — Ну почему ты не можешь наколдовать двойной чизбургер или что-нибудь полезное? Огромную порцию мороженого с фруктами и сиропом? Электрошокер?
Я вздохнула и подошла к нему, сев рядом на матрас.
— Ты смеешься, Уит, но… Вся эта история насчет ведьмы и колдуна… Пламя. Свечение. Молоток, остановившийся в воздухе. А теперь вот полет. Я думаю, мы действительно… волшебники.
Фраза звучала так же странно, как если бы я сказала: «Думаю, я — действительно супермодель».
— Все верно, детектив Олгуд, — проговорил Уит. — А теперь мы должны придумать, как дремлющие в нас чародеи помогут выбраться из этой дыры.