Джеймс Паттерсон – Президент пропал (страница 37)
– Если говорить в общем, то да, мы таким баловались, господин президент… Значит, адресный фишинг? Изначально метод довели до ума китайцы. Они же вроде пытались взломать вашу газотранспортную систему?
То же говорил и Сэм Гэбер.
– О том, что пытались сделать китайцы, каждая собака знает, – говорит Стас. – Мы ничем таким не занимались. Точнее, я ничем таким не занимался.
– Сулиман Чиндорук без тебя сумел бы взломать нашу газотранспортную систему?
– Еще как. У него целая команда умельцев. Может, я и был самым умным из них, но речь-то об элементарных вещах. Прикрепить к письму вложение с вирусом, отправить адресату и надеяться, что тот его откроет.
Ох уж этот кибертерроризм, просто «дикий, дикий запад»… Новый пугающий фронтир. Теперь любой, сидя в пижаме на диване, может подорвать безопасность целой страны.
– Ты ведь не знал, что будет в Лос-Анджелесе?
– Нет.
Откидываюсь на спинку кресла.
– Значит, не в курсе, как дело было?
– Нет, – говорит Стас. – Я не понимаю, какой прок взрывать завод, строящий для вас самолеты.
Нельзя не согласиться. Какой смысл уничтожать промышленное предприятие?
Что-то тут не так.
– Ладно, Стас. – Тру глаза, борясь с усталостью после вливания тромбоцитов, борясь с отчаянием от того, что не знаю, к чему готовиться. – Так расскажи мне. Расскажи, как ты внедрился в наши системы и какого ущерба стоит ждать.
Наконец появилась возможность поговорить. С тех пор, как мы встретились на стадионе, нам мешали стрельба, засады на дорогах и мой полуночный обморок.
– Сразу скажу, что наши приемы куда тоньше, чем зараженные имейлы, – начинает Стас. – А еще – что название «Темные века» подобрано очень метко.
Глава 49
В надежде прогнать сонливость от лекарств заставляю себя проглотить кофе. Я должен быть собран и начеку. Следующий шаг может стать решающим.
Занимается рассвет, окрашивая облака в изумительный огненно-рыжий оттенок. В иной ситуации этот вид потряс бы меня до глубины души, вновь напомнив о величии природы и о нашем скромном месте в ней. Однако облака напоминают о взрыве в Лос-Анджелесе, который я видел на видео через спутник, а восходящее солнце – о том, что стрео́лки неумолимо движутся дальше.
– Нас готовы принять, – сообщает Алекс, переговорив с кем-то по головной гарнитуре. – Центр связи защищен. Технический штаб защищен. Площадка зачищена и защищена. Заграждения и камеры на месте.
Вертолет без помех садится на специальную площадку – квадратный участок посреди обширных лесов на юго-западе Вирджинии. Мы на земле моего друга, венчурного капиталиста, который – как он сам признается – ни черта не смыслит в «компьютеротехнике», но увидел в ней перспективу, вложил миллионы в стартап, занимавшийся программным обеспечением, и заработал уже миллиарды. Сейчас мы там, куда он сбегает от мира – с Манхэттена или из Кремниевой долины, – порыбачить на озере и поохотиться на оленей. Больше тысячи акров вирджинских сосен и луговых цветов; охота, прогулки на лодках, долгие пешие переходы и привалы у костра. Мы с Лилли приезжали сюда через несколько недель после смерти Рейчел, сидели на пирсе и долго гуляли, пытаясь справиться с потерей.
– Кажется, мы первые, – замечаю я Алексу.
– Так точно, сэр.
Вот и хорошо. Мне потребуется хотя бы несколько минут, чтобы привести в порядок себя и свои мысли. Сейчас ошибки недопустимы.
В следующие несколько часов мы, возможно, изменим ход мировой истории.
К югу от места посадки есть тропинки, ведущие к лодочному сараю и пирсу; они скрыты в чащобе. К северу – хижина, построенная больше десяти лет назад из сосновых бревен. За прошедшее время желто-коричневая древесина потемнела, став по цвету ближе к оранжевому, и сейчас почти сливается с рассветным небом.
Место замечательное и с профессиональной точки зрения Алекса – сюда невозможно проникнуть. С юга и запада подступы перекрыты тридцатифутовым забором под напряжением, оснащенным к тому же камерами и датчиками. С востока – широкое озеро, а на пристани – агенты Секретной службы. А чтобы добраться до нас на машине, придется в конце концов съехать на нигде не отмеченную проселочную дорогу, перегороженную транспортом Секретной службы.
Охрану я потребовал минимизировать. То, что вскоре произойдет, должно оставаться тайной, а Секретная служба не может не выделяться, особенно в полной боевой готовности, – на то она и Секретная служба. Нам, впрочем, удалось найти баланс между защитой и незаметностью.
На подгибающихся ногах я иду по тропинке, которая чуть забирает вверх. Штатив с капельницей несу в руке, потому что катить его по густой траве не очень удобно. Воздух тут совершенно иной: свежий, чистый, напоен ароматами диких цветов, – и хочется забыть на мгновение, что мир на пороге катастрофы.
На краю лужайки примостилась большая черная палатка. Если б не цвет и не маскировочная сеть, можно было бы решить, что готовится вечеринка под открытым небом. Здесь пройдут тайные переговоры – с глазу на глаз или удаленно, за барьером помех, которые заглушат посторонние сигналы и не дадут подслушивать.
Важных и секретных переговоров сегодня предстоит много.
Дверь в хижину открыта. Интерьер выдержан в подчеркнуто охотничьем стиле: на стенах головы животных, картины в сосновых рамах, каноэ-долбленка вместо книжного шкафа. Завидев меня, вытягиваются по струнке мужчина и женщина. Капельницу заметили, но виду не подают. Мужчину зовут Девин Уиттмер; ему сорок три года, напоминает преподавателя из колледжа; одет в спортивный костюм, однако под курткой – сорочка, расстегнутая у горла. Длинные волосы зачесаны назад, в бородке на худом лице пробивается седина. Хотя выглядит в принципе моложаво, под глазами – мешки, свидетельство стресса, пережитого за последние две недели. Женщина – Кейси Альварес; ей тридцать семь лет, она чуть выше Девина и больше напоминает офисного менеджера: стянутые на затылке черные волосы, очки в красной оправе, блузка и черные брюки.
Девин и Кейси – сопредседатели группы реагирования на непосредственные угрозы, часть оперативного отряда, собранного после того, как две недели назад вирус, прозванный нами «Темные века», мельком объявился на серверах Пентагона. Я сказал своим людям, что мне нужны только лучшие, чего бы это ни стоило и откуда угодно. Мы собрали группу из тридцати человек, ярчайших специалистов по информационной безопасности. Кого-то мы привлекли, заставив подписать строжайший договор о неразглашении, из частного сектора: компаний по программному обеспечению, телекоммуникационных гигантов, фирм по информационной безопасности, военных подрядчиков. Двое – сами бывшие хакеры, причем один сейчас отбывает тринадцатилетний срок в федеральной тюрьме. Но большинство – из различных агентств при федеральном правительстве: Министерство внутренней безопасности, ЦРУ, ФБР, АНБ.
Половина группы готовится ликвидировать ущерб, когда вирус ударит по системам и инфраструктуре. Однако сейчас я хочу поговорить со второй половиной, командой реагирования на киберугрозы. Их задача – остановить вирус. Увы, за две недели успеха они не добились.
– Доброе утро, господин президент, – приветствует меня Девин Уиттмер. Выпускника Беркли, работавшего на компании вроде «Эппл», завербовало АНБ. Он разработал инструменты оценки информационной безопасности на федеральном уровне – для промышленников и правительств, которые желают проверить готовность к кибератакам. Когда три года назад вирус-вымогатель заразил систему медицинского обслуживания во Франции, мы одолжили им Девина. Он обнаружил вредоносную программу и обезвредил ее. Меня заверили, что больше никто в нашей стране не умеет так же хорошо выявлять и затыкать бреши в защите.
– Господин президент, – Кейси Альварес кивает. Она – дочь мексиканских иммигрантов, обосновавшихся в Аризоне, где те создали семью и попутно – сеть продуктовых магазинов, раскинувшуюся по всему штату. Семейный бизнес Кейси не занимал, зато она быстро увлеклась компьютерами и мечтала поступить на службу в правоохранительные органы. Когда Альварес училась в аспирантуре университета Пенсильвании, ее не приняли на службу в Министерство юстиции. Тогда она села за компьютер и сделала то, что долгие годы не удавалось ни правительствам штатов, ни федеральному правительству, – взломала подпольный ресурс с детской порнографией, раскрыла личности посетителей и преподнесла на блюдечке крупнейшего в стране поставщика детского порно. Минюст без лишних раздумий взял ее на работу, где она и служила, пока не перешла в ЦРУ. Совсем недавно ее командировали на Ближний Восток – на базу Объединенного центрального командования ВС США для перехвата и декодирования киберкоммуникаций между террористическими группами.
Меня заверили, что на сегодняшний день эти двое – наши лучшие спецы. Им предстоит схватка с тем, кто пока их обходит.
На Стаса – стоит представить его – они смотрят с уважением. Еще бы, «Сыны джихада» – это звездная команда кибертеррористов, легенда мира информационных технологий. Но я вижу и блеск соперничества в глазах моих людей, и это хорошо.
– Девин и Кейси проводят тебя в технический штаб, – говорю я Стасу. – Они на связи с группой в Пентагоне.
– Иди за мной, – говорит Кейси.
Чувствую слабое облегчение: наконец-то я их свел. После всего, что мы прошли, это уже маленькая победа. Теперь можно сосредоточиться на том, что будет дальше.