Джеймс Нельсон – Ладья викингов. Белые чужаки (страница 36)

— Харальд, посмотри! — Она потянула его за рукав монашеской рясы, которую считала неплохой маскировкой, и указала на дым.

Харальд послушно взглянул в указанном направлении. Заметив дым, он мрачно кивнул и двинулся в противоположную сторону.

— Харальд, нет! — Бригит снова указала надым, пытаясь быть убедительной.

Этот дым обещал ей тепло очага, возможность высушить одежду, одеяла и еду, о которых она тут же принялась мечтать со всей страстью. А еще там наверняка были люди, которые помогут ей вернуться в Тару.

Харальд покачал головой и вновь указал в противоположную сторону. «Он думает, что там опасно, — поняла Бригит. — Или же твердо намерен меня похитить».

Это не имело значения. Мысль об уютном доме, пусть даже это окажется грубая пастушья хижина, поглотила все остальные. Бригит развернулась и зашагала в том направлении.

Она успела сделать не больше десяти шагов, прежде чем ощутила руку Харальда на своем плече, и решила, что больше не позволит себя нести. Отскочив, она ударила Харальда в висок своей швейной корзиной. Легкая корзина из ивовых прутьев не могла причинить ему особого вреда, и Харальда сбило с ног скорее удивление. Бригит хотела как следует пнуть его, но он двигался быстрее. Сделав подсечку, он опрокинул ее в грязь. Она упала, охнула, приземлившись на задницу, и постаралась подняться, пока Харальд на нее не прыгнул.

Бригит в ярости обернулась к нему, вскинув корзину, чтобы снова его ударить, однако с изумлением обнаружила, что Харальд смеется. Он медленно встал, неотрывно глядя ей прямо в глаза, поднял с земли копья, которые уронил после ее неожиданной атаки, кивнул и указал на дым. Бригит опустила корзину и тоже кивнула, шагая в нужную сторону. Она чувствовала себя главной, чувствовала, что контролирует ситуацию, — впервые после ночной стычки со стражниками. И эти ощущения ей нравились. Бригит привыкла командовать и наслаждалась властью.

Источник дыма находился в миле от них, не меньше, и скрывался за пологим холмом. Бригит и Харальд пересекли открытое место, поднимаясь к вершине, и только оттуда смогли разглядеть широкую реку внизу, казавшуюся серой под тяжелыми тучами и туманом.

Оба остановились, удивленные открывшимся видом. Внизу тек отнюдь не ручей, а настоящая река их ириной в полмили. Ее течение стремилось на восток, а поверхность бурлила от дождя.

— Бойн, — сказала Бригит. Других рек в пределах дневного перехода от Тары не было.

— Бойн, — повторил Харальд, кивая и улыбаясь.

Вид воды, похоже, изрядно его ободрил. Бригит задумалась, понял ли он, что Бойн — это название самой реки, а не просто «река» по-ирландски. Впрочем, это не имело значения. И сама река ничуть не отвлекла ее от желания добраться до цели — стоящего за ней дома.

— Пойдем, — сказала она Харальду и зашагала вперед.

Юный викинг послушно двинулся следом.

Склон холма опускался к воде, дом стоял на небольшой полянке у самого берега. Он был низким, каменным, с круглыми стенами и камышовой крышей, как и сотни других бедняцких домов в Ирландии. Земля вокруг дома была покрыта илом.

У берега покачивалась большая лодка, накрытая грубой тканью. На столбах кто-то вывесил сети на просушку, и совершенно напрасно, учитывая, что лило как из ведра.

«Рыбаки», — подумала Бригит. До нее доносились запахи рыбы, дыма от горящих дров, мокрой шерсти. Она представила себе скромную и честную семью, живущую в этом доме, добрых христиан, которые с радостью помогут незнакомцам, постучавшим в их дверь. По крайней мере Бригит хотелось на это надеяться.

Тощая шелудивая собака, лежавшая на пороге, вскочила и зарычала, как только Бригит и Харальд шагнули на истоптанный двор. Едва они подошли к дому, рычание превратилось в громкий лай и пес, сорвавшись с места, бросился к ним. Бригит увидела, как напрягся Харальд, как он вскинул одно из копий. Однако, оказавшись привязанной, собака отскочила и упала в грязь раньше, чем приблизилась на расстояние удара древком.

Бригит с усилием сглотнула. «Не важно, что тут за люди, они примут Харальда за монаха и не осмелятся причинить нам зло», — убеждала она себя.

Они подошли ближе и остановились в десяти шагах от беснующегося на привязи пса.

— Кто-нибудь дома? — позвала Бригит, пытаясь перекричать яростный лай. — Здесь есть кто-нибудь?

Прошла минута, прежде чем деревянная дверь со скрипом отворилась и на порог вышел мужчина — крупный, такой высокий, что ему пришлось пригнуться в дверях. Он шагнул во двор и оглядел нежданных гостей. Одет он был в потрепанную грязную тунику, его борода и волосы торчали в разные стороны. Выглядел он как разбойник, а не как скромный рыбак.

— Я Бригит… — сказала девушка, но хозяин дома, похоже, ее не слышал.

На пороге появился другой человек, похожий на первого, как близнец, такой же крупный и грязный. На Бригит они смотрели с удивлением, любопытством и еще чем-то странным во взгляде, чего она не желала понимать.

Бригит затошнило от страха; она ощутила, что Харальд тоже напрягся.

«Наверное, лучше уйти», — подумала она, шагнула назад и затем оглянулась. Сзади стоял третий мужчина, старше первых двоих, но такой же огромный. Он стоял прямо за ними с длинной палицей в руке. Бригит не представляла, как он там оказался.

— Я Бригит, а мой отец — ваш король Маэлсехнайлл мак Руанайд! — крикнула она и наконец дождалась хоть какой-то реакции — едва заметной улыбки на губах одного из близнецов.

Он двинулся вперед, обходя их справа, завел руку назад и из невидимых за спиной ножен достал длинный тяжелый кинжал.

Харальд вогнал одно из копий в грязь рядом с собой, и оно застыло, подрагивая древком. Второе он держал в правой руке. Бригит покосилась на него. Голубые глаза викинга не упускали ничего, взгляд скользил от одного рыбака к другому, а затем Харальд чуть повернулся, чтобы следить и за оставшимся за спиной. Если он и ощущал нечто похожее на охватившую ее панику, на его лице это не отразилось. Он выглядел… собранным. И ни капли не испуганным.

А затем «рыбак», стоявший у двери, наклонился и рывком отвязал конец веревки, удерживавшей собаку. Внезапно оказавшись на свободе, пес едва не кувыркнулся через голову, но тут же рванулся вперед, волоча за собой веревку, оскалив впечатляющие зубы и брызжа слюной. Он нацелился на Бригит.

Девушка закричала, вскидывая руки к лицу и едва успевая отвернуться, когда пес прыгнул, целясь зубами ей в горло. И тут же лай сменился воем, а затем жалобным визгом. Бригит открыла глаза и увидела, что собака бьется на земле, пригвожденная копьем Харальда.

Близнеце кинжалом злобно заревел и бросился на них, слепо и безрассудно. Бригит успела лишь ощутить, как Харальд отталкивает ее в сторону и шагает вперед, молниеносным движением хватая второе копье и бросая его в грудь разбойнику. Копье встретило противника в десяти шагах от Бригит, тот запнулся от толчка, однако не остановился. Бригит снова вскрикнула, но Харальд остался стоять перед ней, закрывая собой, и разбойник рухнул мертвым у его ног.

Харальд перепрыгнул через его тело, схватил древко копья, убившего собаку, выдернул оружие из ее тела и перебросил в руке наконечником вперед. Оставшиеся двое приближались с разных сторон, но осторожно, не желая повторять глупой и смертельно опасной ошибки первого.

Харальд пятился, все так же прикрывая собой Бригит от обоих разбойников. Старший вскинул палицу, а второй близнец поднял кинжал погибшего брата.

— Вы слышали, что я сказала? — в отчаянии закричала Бригит. — Я дочь Маэлсехнайлла! Он наградит вас, если вы поможете мне!

Почему о ни молчат?

Разбойник, вооруженный палицей, двинулся вперед, ускоряя шаг, второй закружил, уходя из поля зрения Харальда.

— Харальд! — предупредила Бригит. — Сзади!

Ветка в четыре фута длиной и толщиной примерно с руку Бригит лежала у колоды для колки дров. Бригит подхватила ее, собираясь воспользоваться ею как дубинкой.

Она оглянулась на Харальда. Тот, что сжимал палицу, находился всего в десяти шагах от него. Харальд закричал, впервые подав голос, и это был дикий боевой клич. Он вскинул руку, посылая копье вперед. Старший дернулся в сторону, а затем назад, радуясь тому, что избежал смертельного удара.

Однако его ухмылка тут же растаяла: они с Бригит одновременно поняли, что Харальд вовсе не метнул копье, но лишь притворился, а секундное замешательство противника использовал теперь для настоящего броска. Железный наконечник без промаха вошел в грудь противника, и тот упал спиной в грязь, где забился в агонии, крича и хватаясь за древко копья.

Харальд резко обернулся к оставшемуся врагу, и в его руках блеснули кинжалы, отнятые у стражников в Таре. Третий противник рванулся вперед. Ирландец был на добрый фут выше Харальда и на сотню фунтов его тяжелее, а в бой он бросился, как разъяренный зверь. Смотрел он только на Харальда, а потому не заметил, как Бригит замахивается своей веткой. Он вообще не видел Бригит, пока ветка не подсекла ему ноги. Он споткнулся, нелепо выпучив глаза, а Харальд воспользовался моментом, чтобы перерезать ему глотку.

Разбойник рухнул лицом в грязь. Руки скребли коричневую жижу, но звуков он не издавал. Харальд, и Бригит стояли над ним, переводя дыхание. А затем руки ирландца замерли и больше он не двигался.