Джеймс Лавгроув – Машина иллюзий (страница 47)
Она ориентировалась на эти образы, позволяя им тянуть себя к ним, словно мотылька к лампе на веранде. Она пробивалась сквозь толстую мембрану, отделявшую ее от сознания Кейли. Ривер толкала и рвала эту мембрану, пока не проделала отверстие, через которое можно проскользнуть на другую сторону.
Ривер оказалась на дороге, которая вела к дому Даля. У нее кружилась голова, ей было тяжело дышать. Проникать в чужие сны становилось все сложнее. Она начала уставать. Ее раны в груди все еще болели. Сколько она еще сможет этим заниматься?
«Столько, сколько нужно», – сказала Ривер самой себе. Она соберет волю в кулак и будет упорно двигаться вперед, пока не разбудит всех, кого сможет, и не остановит корабль.
Кейли ей поможет. Кейли спит в машинном отсеке. Все что ей нужно сделать, – это каким-то образом отключить двигатель.
Если, конечно, Ривер удастся вырвать Кейли из ее сна…
Она посмотрела на картину, которая развернулась в нескольких футах перед ней. Разбитый эвакуатор. Лимузин, изогнутый, словно бумеранг. А рядом с машинами отец Кейли навел свою двустволку на Калеба Даля, который, в свою очередь, целился из пистолета в голову Кейли.
– Не надо, – умоляющим тоном произнес Алоизий Фрай. – Не стреляйте в нее.
– Да, я так и думал, – сказал Даль, не убирая оружие. Голос его, мягкий и тягучий, был похож на сироп. – Своих детей у меня нет, но я прекрасно понимаю, что они – слабое место для их родителей. Эта девочка вам дороже жизни. Именно поэтому я рассчитываю, что вы положите свое оружие на землю, кротко, словно ягненок, иначе ваше сердце – которое я по-прежнему считаю своей собственностью – разорвется на части от тоски.
– Папа, не делай этого, – сказала Кейли. – Он тебя убьет.
– Может быть, тыковка, но выбора у меня нет. Если я должен умереть вместо тебя, то я не против.
– Он все равно убьет нас обоих. Такой он человек.
– А как вам такая мысль? – спросил Даль. – Вы, Алоизий, выполняете мою просьбу, а я даю слово, что отпущу Кейли.
– Нет. Не доверяй ему, папа.
– Клянусь могилой матери.
– Он врет. Он пытается тебя надуть.
Алоизий Фрай подумал, но, похоже, другого решения не нашел и положил ружье на землю.
Ривер, окажись она на его месте, поступила бы так же. Она понимала, что Даль без колебаний застрелил бы Кейли. Алоизий Фрай тогда мог бы выстрелить в Даля, и месть, возможно, принесла бы ему удовлетворение, но не воскресила бы его дочь.
– И что теперь? – спросил Алоизий Фрай, выпрямляясь.
– У вас есть то, что с формальной точки зрения принадлежит мне, – сказал Даль. – И теперь я собираюсь распорядиться этой своей собственностью так, как считаю нужным. Я про ваше сердце.
Он еще только наводил свой пистолет на отца Кейли, когда Ривер начала действовать. Ее никто не заметил. Внимание этих троих было сосредоточено только друг на друге.
Ривер устремилась вперед. Промедли она хотя бы на долю секунды, и все было бы кончено. Сну нужно вырвать клыки, иначе он ее укусит.
Сделав кувырок, она схватила дробовик и выстрелила из одного ствола в Калеба Даля. Он повалился на дорожку – бездыханный.
Ривер развернулась.
– Кейли, мне жаль, что так вышло, – сказала она. – Прости меня.
Не разгибаясь, она разрядила второй ствол в Алоизия Фрая.
Отец Кейли упал на землю с зияющей дырой в животе.
Кейли закрыла лицо руками от ужаса.
– Ривер! Что… Почему…
– Послушай меня. – Ривер отбросила в сторону дымящееся ружье и подошла к Кейли. – Ты спишь. Все это – дурной сон. Твой отец уже умер, и ты это знаешь. Все, что произошло с тобой за последние недели, – это сон. Ты – Кейвиннет Ли Фрай, и в данный момент ты лежишь в машинном отделении «Серенити», а всем нам грозит страшная опасность. Корабль летит прямо на одну из лун Кентербери. Если ты не проснешься и не предотвратишь столкновение, то мы врежемся в нее и все погибнем. Кивни, если ты меня поняла.
Кейли онемела от шока и дышала коротко, прерывисто.
– Нет, нет, нет, – сказала она.
– Кейли, прошу тебя! Возможно, ты – наша единственная надежда.
– Ты… ты застрелила моего папу.
«А мой папа застрелил меня, – подумала Кейли. – Но что уж тут считаться?»
– Я же говорю, он – не твой отец, – сказала Ривер. – Его, как и Даля, пришлось вывести из игры, иначе бы они сделали все, чтобы меня убить.
– Нет. Только не папа. Он бы тебя и пальцем не тронул. Он… он был хорошим человеком.
– Да, – сказала Ривер. – Я с ним не знакома, но наверняка он хороший, раз воспитал такого хорошего человека, как ты. Я знаю, как ты по нему скучаешь. Ты хотела, чтобы он снова был жив, и сон исполнил твою мечту. Но, Кейли, все это лишь в твоем воображении. Оно стало для тебя ловушкой, и мне нужно – нам всем нужно – чтобы ты из нее освободилась.
Наполненные слезами глаза Кейли сфокусировались на Ривер.
– Ты… Ты настоящая?
– Да. Я Ривер. Ривер, которую ты знаешь. Ривер, с которой ты дружишь.
– Если это правда, тогда что ты тут делаешь?
– Я пришла тебя спасать.
Лицо Кейли посуровело.
– А почему ты не ведешь себя, как Ривер? Ты даже не разговариваешь, как она. Твои глаза… они не выглядят потерянными. У тебя острый взгляд. Если я действительно создала папу в своем сне, как ты говоришь, то, может, я и тебя придумала такой, какой хочу тебя видеть.
– Об этом поговорим в другой раз. А сейчас мне очень нужно, чтобы ты проснулась. Ты не в Танкертоне, а в машинном отделении «Серенити». Я хочу, чтобы ты нащупала под собой настил палубы и услышала гул двигателя. Когда проснешься, подкрути его так, чтобы корабль не врезался в Луну Минор. Если кто и может это сделать, так это ты.
– Нет, нет! Здесь мой отец, я не могу его бросить.
– Ты уже его бросила. Ты рассказывала, как похоронила его на кладбище, рядом с церковью, в которой волонтерит твоя мать. Ты рассказывала о службе, которую провел пастырь Дрисколл, о том, как весь день шел дождь. А когда гроб опустили в могилу, тучи рассеялись и появилась радуга, и ты решила, что это знак того, что все будет хорошо. Помнишь?
Кейли нахмурилась.
– Я… это помню.
– Если ты это помнишь, значит, тот, кто лежит вон там, – не твой отец. А как же иначе?
Кейли посмотрела на окровавленный труп отца.
– Но он…
– Да и зачем мне его убивать? Это же бред – разве что у меня была веская причина так поступить. А причина состоит в том, что он не существует и никогда не существовал.
– В этом… нет никакого смысла.
– Кейли, ты сама знаешь, что это не так, но я не могу ждать, пока ты сама во всем разберешься. Такую роскошь мы себе позволить не можем. Прости за то, что мне сейчас придется сделать.
– Что ты…
Ривер дала Кейли пощечину, вложив в удар всю свою силу.
– Ой! – вскрикнула Кейли, прижимая ладонь к щеке.
– Проснись, Кейли. Ты должна проснуться.
Кейли посмотрела на Ривер. У нее был взгляд человека, которого обидели, предали.
Ривер собрала волю в кулак и снова ее ударила. Это было нелегко, ведь Кейли – ее подруга.
– Проснись, – повторила Ривер, ударив ее в третий раз. – Проснись и спаси «Серенити».
Глава 53
Эти слова звучали в сознании Кейли, когда она пришла в себя и обнаружила, что лежит на полу машинного отделения.