Джеймс Клавелл – Благородный Дом. Роман о Гонконге. Книга 2. Рискованная игра (страница 27)
– Да.
Данросс улыбнулся:
– Квиллан, играя на понижение на таком нестабильном рынке, можно обжечься. – Он повернулся к Бартлетту и Кейси и весело спросил: – Так ведь?
– Вот на что все это, черт возьми, не похоже, так на нашу Нью-Йоркскую фондовую биржу, – ответил Бартлетт, и все вокруг засмеялись. – Случись подобное у нас, вся экономика полетела бы к черту. А, Кейси?
– Да, – смущенно подтвердила та, чувствуя на себе пристальный взгляд Горнта. – Привет, – сказала она, глянув в его сторону.
– Для нас большая честь, что вы здесь, – проговорил Горнт, пустив в ход все свое обаяние. – Разрешите выразить восхищение мужеством, проявленным вами обоими вчера вечером.
– Ничего особенного я не сделал, – смутился Бартлетт.
– И я тоже. – Кейси было неловко: единственная женщина в зале, а теперь еще в центре всеобщего внимания. – Если бы не Линк и Иэн… не тайбань, не вы и не остальные, я бы запаниковала.
– Ах, но вы же не поддались панике. Ваш прыжок был само совершенство, – изрек Горнт, и со всех сторон раздались одобрительные возгласы.
Она ничего не ответила, но эта мысль согрела ее, и уже не впервые. С тех пор как она тогда, не задумываясь, сбросила одежду, жизнь стала какой-то другой. Сегодня утром позвонил Гэваллан, чтобы справиться, как она себя чувствует. И другие тоже. На бирже она остро ощущала на себе чужие взгляды. Было много комплиментов. Немало от незнакомых людей. Она чувствовала, что и Данросс, и Горнт, и Бартлетт помнят об этом, потому что она не обманула их ожиданий. И осталась верной себе. «Да, – думала она, – ты завоевала огромную репутацию перед всеми мужчинами. И заставила еще больше ревновать всех их женщин. Чудно́».
– Вы не играете на понижение, мистер Бартлетт? – спросил Горнт.
– Лично я нет. – Бартлетт чуть улыбнулся. – Еще нет.
– А следовало бы, – мило посоветовал Горнт. – Когда рынок падает, можно заработать очень много денег, и вы, вне сомнения, это знаете. Огромное количество денег перейдет из рук в руки и при покупке контрольного пакета «Струанз». – Он снова перевел взгляд на Кейси, в восторге от ее храбрости, от ее тела и от мысли, что она отправляется с ним на яхте в воскресенье одна. – А вы, Сирануш, играете на бирже?
Кейси услышала свое имя и затрепетала от того, как он его произнес. «Будь осторожна, – предупредила она себя. – Этот человек опасен. Да. Как Данросс и Линк. Кто же из них? Боюсь, что мне желанны все трое».
При этой мысли ее бросило в жар.
День был восхитителен, великолепен с того самого момента, когда ей позвонил Данросс. Встав, она не ощутила на себе никаких пагубных последствий пожара или рвотного доктора Тули. Все утро Кейси с удовольствием работала: телеграммы, телексы, телефонные звонки в Штаты, чтобы навести порядок в текущих вопросах обширного холдинга «Пар-Кон», подтвердить слияние, которое уже несколько месяцев стояло на повестке дня, продать с большой выгодой одну компанию и приобрести другую, что обещала стать еще одним подспорьем в попытках «Пар-Кон» закрепиться в Азии – с кем бы они ни вели дело.
Потом ее неожиданно пригласил на ланч Линк… «Милый Линк, такой красивый, уверенный, привлекательный», – думала она, вспоминая этот ланч на крыше отеля «Виктория энд Альберт» в просторной зеленой столовой с окнами на гавань. Сквозь завесу проливного дождя проступали неясные очертания острова Гонконг и морского рейда. Линк был само внимание. Половинка грейпфрута, немного салата, «перрье», все прекрасно сервировано, как раз то, чего хотелось. А потом – кофе.
– Не хочешь посетить фондовую биржу, Кейси? Скажем, в половине третьего? – предложил он. – Иэн нас пригласил.
– Мне еще много надо сделать, Линк, и…
– Но здешняя биржа – место особенное, и то, что сходит с рук этим парням, просто невероятно. Здесь играют, пользуясь внутренней информацией своей фирмы, это у них стиль жизни и вполне легально. Господи, просто фантастика, чудеса, великолепная система! За то, что они вытворяют каждый божий день на законных основаниях, в Штатах можно получить лет двадцать.
– Отсюда не следует, что это правильно, Линк.
– Конечно, но это Гонконг. Им нравится играть по собственным правилам, это их земля, и они обеспечивают себя сами, а правительство снимает лишь пятнадцатипроцентный налог. Говорю тебе, Кейси, если ты хочешь получить свои «отвальные», их нужно брать здесь.
– Будем надеяться, что ты прав! Иди, Линк, мне действительно нужно обработать еще целую кипу бумаг.
– Это подождет. Сегодня может решиться все. Мы должны присутствовать при захвате добычи.
– Горнт выиграет?
– Конечно, если Иэн не получит солидной финансовой поддержки. Я слышал, что «Виктория» не собирается помогать ему. И «Орлин» не намерен возобновлять заем, как я и говорил!
– Это тебе Горнт сказал?
– Как раз перед ланчем, но в этом городе все знают всё. Такого у меня еще не было.
– Тогда, может быть, и Иэн знает, что ты вложил два миллиона, чтобы подбить Горнта на атаку?
– Может быть. Но это не важно, ведь они еще не подозревают, что «Пар-Кон» скоро станет новым Благородным Домом. Как тебе – тайбань Бартлетт?
Кейси вспомнила, как он вдруг ухмыльнулся, и ее накрыло исходящим от него теплом. Она снова ощутила это тепло теперь, стоя посреди фондовой биржи и пристально глядя на него. Американку окружала целая толпа, но для нее существовали лишь трое: Квиллан, Иэн и Линк. Таких волнующих, живущих полной жизнью мужчин она еще не встречала. Одарив каждого из них одинаково чувственной улыбкой, Кейси сказала Горнту:
– Нет, лично я на рынке не играю. Не люблю этого дела: слишком высокой становится цена моих денег.
– Надо же сморозить такое! – пробормотал кто-то.
Горнт пропустил это мимо ушей, не сводя с нее глаз.
– Мудро, очень мудро. Но бывает и так, что дело верное, бывает, что удается кого-то завалить. В переносном смысле, конечно[22].
– Конечно. Ну, Квиллан, до завтра.
– Эй, мистер Бартлетт, – выкрикнул кто-то, – вы уже заключили сделку со «Струанз» или нет?
– Да, – подхватил другой, – и что думает «Рейдер» Бартлетт насчет рейда по-гонконгски?
Снова наступила тишина. Бартлетт пожал плечами.
– Рейд везде рейд, – начал он, осторожно подбирая слова. – Могу сказать, что этот рейд подготовлен и приведен в действие. Но ведь никогда не знаешь, выиграл ты или проиграл, пока не подбиты все итоги. Я согласен с мистером Данроссом. Можно обжечься. – Он снова ухмыльнулся, и его глаза забегали. – Впрочем, я согласен и с мистером Горнтом. Иногда можно «кого-то завалить» в переносном смысле.
Последовал еще один взрыв смеха. Данросс воспользовался этим, чтобы протиснуться к двери. Бартлетт с Кейси последовали за ним. Внизу, забираясь в свой «роллс-ройс» с водителем, Данросс пригласил:
– Садитесь. Мне нужно спешить, но машина доставит вас в отель.
– Нет, ничего страшного, мы возьмем такси…
– Нет-нет, садитесь. В такой дождь вы прождете добрых полчаса.
– Нам только до парома, тайбань, – сказала Кейси. – Мы на нем доберемся.
Американцы сели, и автомобиль тронулся, влившись в поток других машин.
– Что вы собираетесь предпринять в отношении Горнта? – спросил Бартлетт.
Данросс усмехнулся, а Кейси с Бартлеттом старались понять, действительно ли у него есть основания для этого.
– Собираюсь выжидать, – промолвил он. – Терпеть – старый китайский обычай. Все приходит к тому, кто выжидает. Спасибо, что ничего не сказали про нашу сделку. У вас это получилось довольно естественно.
– Вы объявите об этом завтра после закрытия биржи, как и планировали? – спросил Бартлетт.
– Мне хотелось бы иметь свободу выбора. Я этот рынок знаю, а вы – нет. Возможно, завтра. – Данросс посмотрел им обоим прямо в лицо. – А может, подожду до вторника, когда мы уже все подпишем. Я так понимаю, наша договоренность остается в силе? До полуночи во вторник?
– Да, конечно, – подтвердила Кейси.
– Можно мне оставить решение за собой? Вам я сообщу заранее, но мне, может быть, понадобится рассчитать время для… для маневра.
– Конечно.
– Благодарю вас. Разумеется, если нас «сольют», никакой сделки не будет. Я понимаю это вполне четко.
– Горнт может получить контрольный пакет? – спросила Кейси. Оба заметили перемену в шотландце. Улыбка все так же играла у него на губах, но глаза уже не улыбались.
– По сути дела, нет, но, заполучив достаточное количество акций, он, конечно, может войти в совет директоров и сместить весь его нынешний состав. А как только он окажется в совете директоров, ему станет известна бо́льшая часть наших секретов, и он примется дробить и разрушать компанию. – Данросс обернулся к Кейси. – Он нацелен на разрушение.
– Из-за прошлого?
– Отчасти. – Данросс улыбнулся, и на сей раз за улыбкой проступила глубоко спрятанная усталость. – Ставки высоки, на карту поставлена репутация, огромная репутация, и это Гонконг. Сильные здесь выживают, слабые гибнут, и правительство никого не защищает, но и не залезает к тебе в карман. Если кому-то не нужна свобода или не нравятся наши правила, а скорее, их отсутствие, нечего сюда приезжать. Вы ведь приехали, чтобы получить прибыль,
– Да, – вежливо согласился Бартлетт, а Кейси подумала, насколько Данросс осведомлен о договоренности с Горнтом. От этой мысли ей стало не по себе.