Джеймс Ганн – Время кормежки (страница 2)
Вега
— Как в зоопарке, — сказала она, возвращая блокнот. — Есть такая звезда — Вега.
— Да, — сурово произнес психоаналитик. — То есть вы боитесь, что этот… инопланетянин пройдет через дверь и…
— Именно. Теперь он умеет ее открывать. Здесь ему не выжить. Но что-то из настоящего может существовать и в будущем. А монстр голодный… ему хочется мяса.
— Мяса? — переспросил доктор Бахман и нахмурил брови.
— Раз в несколько недель, — сказала Анджела, содрогнувшись, — наступает время кормежки.
Доктор Бахман потянул себя за бороду и приготовился к быстрому кошачьему броску, который раскроет травмирующую связь, лежащую в основе невроза.
— Монстр напоминает вашего отца, не так ли? — резко спросил он.
На сей раз нахмурилась Анджела.
— Доктор Абер тоже так говорил. Сама я не замечала. Возможно, есть небольшое сходство.
— Этот доктор Абер… он ничем не облегчил ваше состояние?
— О, я бы не хотела, чтобы вы так думали, — запротестовала Анджела. — Он мне помогал. Но его помощь была… временная, если вы понимаете, о чем я.
— А вам бы хотелось чего-то более постоянного.
— Было бы чудесно, — согласилась девушка. — Только боюсь, что я слишком многого хочу.
— Ничего подобного. Это займет какое-то время, но в конце концов мы выведем подсознательные вытеснения в сферу активного сознания, где они лишатся своего невротического значения.
— Вы полагаете, все это существует только в моей голове? — задумчиво спросила Анджела.
— Разумеется, — живо откликнулся психоаналитик. — Давайте еще раз вспомним, как развивалась иллюзия: сперва началась клаустрофобия, после возник запах, затем в результате лечения доктора Абера, если это можно так назвать, появились сны…
— Вовсе не сны, доктор, — поправила Анджела. — Когда я сплю, мне не снятся монстры. Мне снятся мужчины. — На ее щеках заиграл прелестный румянец. — А чудовище из зоопарка… вижу каждый раз, когда просто закрываю глаза. — Девушка содрогнулась. — Он теряет терпение.
— Голоден?
Анджела мило улыбнулась.
— Да. Почти подошло время кормежки. Конечно, он получает еду. Наверное, его кормит смотритель. Но в основном крупами, фруктами и тому подобным. А он хочет мяса.
— А потом?
— Он открывает дверь.
— И, как я понимаю, тянет сквозь нее свои эластичные пальцы.
Анджела посмотрела на него полными благодарности глазами.
— Совершенно верно.
— И вы боитесь, что однажды он сильно проголодается и съест вас.
— Точно. Разве вы бы на моем месте не боялись? Все эти легенды о драконах, минотаврах и подобных чудовищах. Они всегда предпочитали лакомиться юными девственницами; и все эти разговоры…
— Если вас беспокоит только это, — сухо отозвался доктор Бахман, — то вы, по-моему, без особого труда можете сделать так, чтобы не подходить больше под сие определение.
Анджела хихикнула.
— Ну, доктор! Что вы такое говорите!
— Хм-м-м-м. Итак! Вернемся к делу. Раз в несколько недель наступает время кормежки. И вы, чувствуя волнение и страх, пришли ко мне за помощью.
— Вы очень точно все описали.
— Сейчас время кормежки.
— Верно. — Ноздри Анджелы внезапно раздулись. — Он подошел очень близко к двери. Вы не чувствуете запах, доктор?
Доктор Бахман принюхался и фыркнул.
— Нет, конечно. А ну-ка расскажите мне о своем отце.
— В общем, — неохотно начала Анджела, — он верил в переселение душ…
— Нет-нет, — нетерпеливо перебил психоаналитик. — Расскажите важные вещи. Что вы чувствовали к нему, когда были маленькой. Что он вам говорил. Как ненавидел вашу мать.
— Боюсь, у нас не хватит времени. Он уже протянул одну руку к двери.
Доктор Бахман невольно оглянулся.
— Монстр? — Борода нервно дернулась. — Чепуха. Насчет вашего отца…
— Дверь открылась! — вскрикнула Анджела. — Я боюсь, доктор. Уже время кормежки.
— Вы меня больше не проведете, — сурово изрек психоаналитик. — Если мы хотим добиться результата, мне нужно закончить…
— Доктор! Осторожно! Пальцы… Доктор Бахман! Доктор! Док…
Анджела вздохнула. Это был странный вздох, в нем слышались и безнадежность, и облегчение. Девушка взяла свою сумочку.
— Доктор? — неуверенно позвала она в пустой комнате.
Она встала и с опаской понюхала воздух. Запах исчез. Как и доктор Бахман.
Она подошла к двери и позвала еще раз:
— Доктор?
Ответа не последовало. Его не было никогда, ни от одного из семнадцати психиатров, от Абера до Бахмана. Сомнений не осталось. Психиатры определенно пришлись чудовищу по вкусу.
Анджела попала в ужасную ситуацию — разумеется, не по своей вине. Утешением ей служила лишь мысль, что монстр никогда не сожрет ее саму.
Она — его секретная дверца в этот мир. Если он ее съест, время кормежки больше не наступит.
Она в полной безопасности.
Пока не закончатся психиатры.