Джеймс Фелан – Одиночка (страница 23)
Она встала, почесала голову и, глядя на меня, спросила:
— Джесс, но если там будут охотники, что тогда? Нам ведь и здесь неплохо, да?
— Мини, там было пусто вчера, — вмешался Дейв.
— Это было вчера!
Мини почти перешла на крик, хотя раньше всегда говорила тихо и спокойно. Её доводы звучали вполне здраво:
— А если там охотники, что мы тогда будем делать? Пойдём в Пункт В, в Пункт Г, в Пункт Д? Вдруг мы уйдём отсюда, а окажется, что идти некуда? Нам нужно ещё одно укрытие, вроде этого. Какой-нибудь дом, здание повыше, чтобы спрятаться от этих. Ну как вы не понимаете!
Я кивнул и вытащил из вазы ещё один свернутый трубочкой листочек. «Первомай». Я показал его Мини, и она рассмеялась, хоть и была на взводе ещё секунду назад.
— Итак, — сказал я, глядя на карту, — выбираем Пункт С под кодовым названием «Первомай». Это должно быть безопасное место. Какое, по-вашему, место — самое безопасное в Нью-Йорке?
— На Манхэттене?
— Да, Дейв.
— Небоскреб «Башня Трампа».
— Серьезно?
— А что?
— Ну, просто ещё вчера ты называл Фондовую биржу и здание Федерального резерва.
— Они все надежные и безопасные.
На карте я обвёл кружками все три места.
— Как насчёт здания компании «Вулворф»? — спросил я, вспомнив, что видел этот большой небоскреб старой постройки недалеко от Ратуши во второй день нашего пребывания в Нью-Йорке. Он выглядел очень надежным, построенным, как говорится, «на века».
— Далековато…
— Зато оттуда открывается отличный вид, и оно расположено в Нижнем Манхэттене.
— Ну да, неплохой вариант, — сказал Дейв. — Не хуже, чем здесь.
— Пятьдесят семь этажей, — прочитал я по карте.
— Концертная площадка Мэдисон-Сквер-Гарден?
— Слишком открытое место со слишком большим количеством входов и выходов, — объяснил я.
— Универмаг «Барниз». Круглосуточный шоппинг! Просто мечта!
— Да уж, Анна! Просто мечта! — сказали мы с Дейвом в один голос и закатили глаза.
Ещё минут десять мы выбирали варианты, но в итоге остановились на здании штаб-квартиры ООН. Оно-то и стало Пунктом В под кодовым названием «Первомай». Правда, до него было довольно далеко, и находилось оно в противоположной стороне от Лодочной пристани, но мы решили, что нам нужен «запасной аэродром» именно такого типа.
Я обвёл взглядом «Комнату радуги», ставшую нашим домом: я наверняка буду скучать по этому месту. Посмотрел на наши уютные «гнезда»: каждое отражало характер хозяина. Мы неплохо проводили здесь время, но уходить все равно придется, так лучше сделать это, когда нам удобно и когда есть время на сборы.
Дейв перекладывал собранный им арсенал. Интересно, в Нью-Йорке действовали хоть какие-то ограничения на ношение и хранение оружия? Чуть ли не в каждой квартире и в большинстве офисов были тайники с огнестрельным оружием. За последние несколько дней я научился отлично обращаться со своим «Глоком»: заряжал, стрелял, взводил затвор практически с закрытыми глазами. Мы нашли несколько руководств пользователя к огнестрельному оружию — по словам Дейва, он изучил их от корки до корки. Правда, когда я сам стал читать одно из них, заметил, что написанное там сильно отличается от точки зрения Дейва.
Глядя на меня, ребята тоже стали складывать вещи. Они подошли к этому вопросу не менее тщательно, чем я. Одежда, еда, вода, горючее, спички и зажигалки, аптечка, деньги — как минимум, по десять пачек сотенных долларовых купюр и по тысяче евро на каждого. Если путешествие вдоль побережья окажется удачным, если нас спасут — мы будем во всеоружии.
Вдруг Мини, пораженная собственной догадкой, сказала:
— А вы не думаете, что дождь мог его смыть — вирус, я имею в виду?
— Вполне мог, — ответил я. — Или вирус мог погибнуть от холода. Но пока мы точно не знаем, лучше ничего не есть и не пить на улице — вдруг пища или вода окажутся зараженными. Осторожность не помешает.
— А как же быть?
— Ну не знаю. Может, мыть еду водой из бутылок?
— А зачем нам вообще нужно что-то брать с улицы? У нас здесь запасы еды на несколько месяцев, а то и лет. Всегда можно вернуться сюда и взять ещё, — сказала Анна, сидевшая на краешке матраса.
Повисла неловкая пауза. Интересно, Дейв и Мини подумали о том же? Мы не собираемся возвращаться сюда.
— Пойду последний раз осмотрю квартиры, хотя бы до пятьдесят девятого этажа. Может, мы пропустили что-то нужное, — сказал я.
— А пистолет зачем? — спросил Дейв.
Я остановился и посмотрел на увесистый пистолет в своей правой руке, а потом, не считая нужным давать объяснения, просто повернулся и вышел из ресторана.
На шестьдесят втором этаже находилась квартира некоего Стюарта Хоппера: я прочитал имя хозяина в счетах на кухонном столе. В последние дни я частенько сюда захаживал, пил сок из холодильника и читал «Эсквайр» и «Нэшнал Географик», лежа на кожаном диване.
Я зашел в квартиру, пересек кухню, почти целиком сделанную из нержавейки, и подошёл к аквариуму. Сменил там часть воды: слил немного старой и долил свежей из бутылок. Когда рыбы успокоились, я насыпал им корма — сразу двойную порцию. В общем-то, только так я и мог попрощаться с местом своего обитания, лишний пафос был ни к чему. Из квартиры Стюарта Хоппера я сразу пошел вниз.
Сам не знаю почему, но дверь в квартиру 59С я решился открыть не сразу: постоял, подождал. Пистолет так и оставался у меня в правой руке, но сил взвести затвор не было. Я готов был развернуться и уйти, поддаться страху — глупому, липкому, необъяснимому страху, который не давал пошевелиться. По лбу градом тек пот. И я решился — пинком распахнул дверь в квартиру, стараясь смотреть только на то место, где раньше был замок. Я был почти уверен, что за дверью в коридоре стоит и ждёт меня пожилой хозяин квартиры.
Но ничего необычного не произошло — ровно до тех пор, пока я не переступил порог: тут случилось страшное
Я зашел в кабинет и посмотрел на стол, обитый зеленой кожей. В старинной машинке торчал лист бумаги:
Все мы — писатели.
Мы пишем всегда и везде.
Это моя история.
У меня нет ничего.
У меня есть все.
Я — совсем один.
Именно эта квартира преследовала меня в ночных кошмарах. Именно про неё рассказывал Дейв и предупреждал, что туда не стоит ходить. Глядя на изображения в рамках на стенах, я провел кончиком пальца по столешнице. В рамках были вырезки из старых газет, фото давно сошедших со сцены политиков, морские пейзажи.
Палец собрал толстый слой пыли. Печатной машинкой пользовались совсем недавно: на некоторых клавишах пыли не было. Я вспомнил, как в тот день повернулся и пошел в следующую комнату.
Теперь я стоял перед дверью, которая ещё пару дней назад была заперта изнутри. Она все так же была закрыта, только ручка выбита выстрелом. Я потянулся к двери…
— Не надо.
У меня за спиной стоял Дейв.
— Почему?
— Потому что ты не хочешь заходить туда.
— Я хочу знать, что там.
— Ты и так знаешь.
— Не знаю.
— Знаешь, Джесс. Лучше уйти.
Я внимательно посмотрел на Дейва.
— Что я знаю? Что там, Дейв?
— Ничего такого, на что стоит смотреть опять. Пойдём.
— Я хочу зайти.