Джеймс Эктон – Неядерная мировая война. Чем нас завтра будут убивать? (страница 16)
По мере разработки технологий ГПВРД анонсировались и различные планы создания систем вооружений с такой двигательной установкой[167]. Особого внимания заслуживает обнародованная ВВС США в 2012 г. программа «High Speed Strike Program» по созданию демонстрационного образца гиперзвуковой крылатой ракеты, «способной поражать стационарные и перемещающиеся цели на увеличенном расстоянии и сохранять выживаемость в самых жестких условиях, с которыми мы столкнемся в следующем десятилетии». На практике «увеличенное расстояние» должно означать 900–1800 км (560–1100 миль), в потенциале достаточное, чтобы подпадать под используемое нами определение ракет большой дальности[168]. За прошедший год требования к программе были конкретизированы, и результатом стала подготовка проекта тактико-технического задания предприятиям промышленности (хотя его распространение задерживается).
Что такое ГПВРД?
ГПВРД (scramjet) — это гиперзвуковой прямоточный воздушно-реактивный двигатель. Двигатели обычного реактивного самолета снабжены компрессорами для подачи воздуха, который затем смешивается с топливом и обеспечивает его сгорание. На сверхзвуковых скоростях движение самолета способно само по себе создавать достаточное давление (оно называется лобовым избыточным) для подачи воздуха в двигатель, что позволяет создавать прямоточные двигатели без компрессоров (ramjet — ПВРД). У летательных аппаратов со скоростью меньше 4М воздух внутри прямоточного двигателя тормозится до дозвуковых скоростей. На более высоких скоростях поток воздуха может оставаться сверхзвуковым: этот принцип и лежит в основе ГПВРД.
Поскольку для эффективной работы ГПВРД нужно, чтобы летательный аппарат заранее развил высокую скорость, для его разгона необходим еще один двигатель другого типа. Проще всего это достигается с помощью небольшого ракетного ускорителя (такая система успешно используется в проектах X–43A и X–51A). Хотя ВВС и DARPA в настоящее время изучают возможность использования в этих целях реактивных двигателей, такая технология пока не испытана, и ее развитие направлено для использования на гиперзвуковых летательных аппаратах многоразового использования, например, самолетов. Разгон «одноразовой» крылатой ракеты с помощью дорогостоящего реактивного двигателя вряд ли можно считать рентабельным решением.
Риски, сроки и затраты
За последние десять лет работы по созданию реальных образцов гиперзвуковых крылатых ракет большой дальности продвинулись вперед (краткий обзор истории испытаний в рамках двух важнейших программ НИОКР см. в табл. 7). Самым наглядным подтверждением этой концепции стали испытания X–51A в мае 2010 г. и мае 2013 г., когда аппарат на скорости около 5М пролетел соответственно примерно 210 км (130 миль) и 370 км (230 миль)[169]. Тем не менее для создания оружия, способного выполнять задачи быстрого неядерного удара, предстоит еще проделать большую работу. Необходимо увеличить продолжительность, а возможно, и скорость полета крылатой ракеты. Кроме того, как показали неудачные испытания в июне 2011 г. и августе 2012 г., новая технология еще недостаточно надежна. Впрочем,
Для разработки и демонстрации надежной и эффективной гиперзвуковой крылатой ракеты большой дальности необходимы целенаправленные усилия и финансирование — т. е. то, чего явно не хватало прежним исследованиям в области технологий гиперзвуковых летательных аппаратов с воздушно-реактивными двигателями. Характерной чертой этих НИОКР было заметное непостоянство программ: проекты быстро появлялись и исчезали. Причина, вероятно, кроется в некотором технологическом авантюризме. В условиях ограниченного финансирования ВВС и DARPA, судя по всему, сделали ставку на использование имеющихся возможностей для разработки амбициозных, весьма рискованных программ — с высокой вероятностью провала, а значит, и урезания ассигнований. Такой подход был — по меньшей мере отчасти — намеренным: в конце концов именно для финансирования подобных проектов и создавалось агентство DARPA. Но даже твердые сторонники гиперзвуковых аппаратов с воздушно-реактивными двигателями признают: в этой сфере готовность рискнуть себя не оправдала[170]. Победу в такой гонке дает принцип «тише едешь — дальше будешь».
Накопленный на сегодня опыт свидетельствует, что создать гиперзвуковую крылатую ракету с большей вероятностью можно только благодаря более осмотрительному, эволюционному подходу, в максимально возможной степени основанному на прямом использовании результатов прежних испытаний, пусть даже и ценой снижения требований к системе. Наглядный пример в этом смысле — успешная программа X–51A, непосредственно основанная на технологиях, разработанных в рамках проекта X–43A[171]. (История программ X–43A и X–51A также показывает, как важно спокойно относиться к некоторым неудачам на испытаниях — этого тоже не хватало исследованиям в области гиперзвука, проводившимся в США в недавнем прошлом.)
Любые оценки сроков и стоимости создания гиперзвуковой крылатой ракеты большой дальности будут неточны. В качестве ориентира можно взять утверждение одного высокопоставленного американского чиновника, что целью программы HSSW является создание к 2018 г. образца, пригодного для демонстрационного полета[172]. Если задача будет успешно решена в намеченные сроки, можно утверждать, основываясь на имеющемся опыте, что боевой вариант системы, вероятно, будет готов к 2025 г.[173] Данный срок примерно соответствует оценкам, содержащимся в докладе Национального совета по научно-исследовательским разработкам, опубликованном в 2008 г.[174] Это дольше сроков разработки ракетно-планирующих и баллистических систем — но скорее всего ненамного. Чтобы создать гиперзвуковую ракету большой дальности в указанные сроки, нынешний уровень финансирования НИОКР придется существенно поднять. По словам руководителя программы X–51A Чарли Бринка, с 2004 по 2011 ФГ на нее было израсходовано примерно 250 млн долл. — в среднем по 30 млн в год[175]. В то же время Национальный совет по научно-исследовательским разработкам считает, что для принятия системы на вооружение понадобится от 900 млн до 2,6 млрд долл.[176]
Выводы и рекомендации
Необходимыми условиями для принятия решения о приобретении системы НБГУ, особенно в условиях жестких ограничений военного бюджета, являются приемлемая стоимость, приемлемый уровень технического риска и приемлемые сроки разработки. Это, однако, еще не все — любое решение о закупке вооружений должно также учитывать и более широкий контекст, в том числе роль закупаемой системы в общей системе вооружений и стратегические риски.
США стоят перед непростым выбором. В разработке находятся две ракетно-планирующие системы — AHW и HTV–2 (хотя почти все финансирование в рамках НБГУ сейчас идет на первый проект). Предпринимаются первые усилия по созданию гиперзвуковой крылатой ракеты HSSW, но неизвестно, подойдет ли она для нанесения неядерного быстрого удара на большой дальности. Необходимо принять решения и по связанным со всем этим вопросам о характере базирования систем. Пентагон также проявляет интерес к началу работ по баллистической ракете SLIRBM. По основным элементам конструкции этой ракеты решения еще не приняты, в том числе о том, будет она нести маневрирующую головную часть или планирующий аппарат типа AHW. Существует и альтернативный — наземный — вариант базирования для боевой системы на основе ГЛА AHW. Более того, стремление поставить процесс закупки на конкурентную основу, вероятно, приведет к тому, что в борьбу вступят и другие проекты.
Без доступа к секретной информации дать обоснованные рекомендации о том, какую систему (или системы) следует принять на вооружение США, невозможно. Более того, даже при наличии такого доступа эти рекомендации могут быть выработаны только по результатам дальнейших НИОКР. Тем не менее уже сейчас можно сделать два общих вывода о сравнительных рисках, затратах и сроках разработки по этим четырем системам.
Во-первых, системой, которую можно создать с наименьшими затратами и техническим риском, почти наверняка является БРМБ SLIRBM, оснащенная маневрирующей боеголовкой. Расходы и риски, связанные с разработкой ракетно-планирующих систем и гиперзвуковых крылатых ракет, скорее всего должны быть значительно выше. В то же время наименее рискованным из этих вариантов можно считать ГЛА AHW — с учетом успешных результатов его испытания в 2011 г.
Во-вторых, различия в сроках создания этих вооружений значительно меньше, чем в стоимости и степени риска. Хотя баллистическая ракета SLIRBM, вероятно, может быть разработана быстрее, чем все остальные системы, развернуть ее (по крайней мере в соответствии с нынешними планами) удастся не раньше, чем вступят в строй многоцелевые атомные подлодки типа «Вирджиния», оснащенные модулем боевой нагрузки (Virginia Payload Module), т. е. в начале или середине 2020-х годов. Другие системы скорее всего поступят на вооружение не раньше середины 2020-х, хотя относительно всех указанных сроков существует значительная неясность.