Джеймс Дашнер – Три ипостаси Божества (страница 53)

– Нам пора! – прошептала она и повела Джеки в сторону стеклянных кубов, где находились ее друзья.

– Жутковатое местечко, – проговорила Джеки, следуя за Хименой. – Я знаю, вы спасли мою жизнь, и все такое, но похоже…

Она остановилась, увидев своих друзей, запертых внутри стеклянных боксов.

– Что тут вообще происходит? – спросила она.

– Не волнуйся! Все в порядке, – сказала Химена. – И не устраивай сцен.

Она провела Джеки к стеклянному кубу и принялась говорить так быстро, как могла, чтобы успеть сказать все, пока дверь не закроется и ей не придется уйти.

– Слушай! Люди из лаборатории придут сюда и станут проводить процедуру.

Химена говорила это достаточно громко, чтобы другие ее тоже слышали.

– Тестировать нашу кровь? – спросил Айзек через свое переговорное устройство.

– Нет. Не только. Это будет нечто, чего они еще никогда не делали.

Mantengase Calma. Сохраняй спокойствие! Химена не знала, к кому обращены эти слова – к ней или ко всем прочим из тех, кто сейчас находился на Вилле. Легко сохранять спокойствие, когда у тебя не трясутся руки.

– Держись как можно спокойнее, – сказала она Джеки. – Что бы ни случилось.

Как бы ей хотелось не запирать бокс с Джеки, да еще и открыть стеклянные камеры, в которых сидели Айзек, Фрайпан и Коуэн, и велеть им бежать. Но поступить так она не могла – эта Коуэн с каждым днем слабела. Да к тому же как она предаст жителей своей деревни? Ведь своему и черт брат. Она должна подумать.

Начали прибывать остальные из тех, кто работал в лаборатории, – ученые, их ассистенты. Появилась профессор Морган с портативной рацией в руке. Зачем она ей нужна? Карлос нарисовался в дверях и прошел в ближайший к выходу стеклянный куб. Он помахал Химене рукой, но она так и замерла возле бокса, в который поместила Джеки. Она думала про Анну, которая застрелила ее маму, застрелила Мариану и всех остальных, прямо в голову. Почему она убила их, словно они были какими-то шизами? У них же не было вируса. Ни один человек из их деревни не носил вирус – ни в одном варианте! Наверное, они просто увидели, какая она лгунья, и дали ей это понять. Они, все восемь, осознали посреди просторов океана то, что Химена знала всегда – что Анна Клеттер была ядом! Микробом. Болезнью.

Сверху вспыхнул огонь, и Химена принялась моргать.

– Что тут будет? – спросила Джеки.

Химена покачала головой – она и представления не имела. Работники лаборатории стали заходить в самый большой из стеклянных кубов. Химена пересеклась взглядами с Айзеком. Вид у него был такой, словно из его бокса выкачали весь воздух. Ей было знакомо то, что он переживал, с детства. Но в отличие от тех дней, сегодня Вилла не станет проводить над ней испытания.

Химена отошла от бокса и, повернувшись к Джеки спиной, проговорила негромко:

– Прости.

– Мы не хотели сюда приходить, – тихо произнесла Джеки. – Мы голосовали. Мы не хотели…

– Ну и не нужно было, – сказала Химена самой себе и пошла прочь.

Айзек

С каждым новым вошедшим в зал – будь то ученый или его ассистент – Айзек чувствовал, словно еще на фут погружается под воду. Фрайпан сидел в своем боксе на полу, и складывалось впечатление, что он совершенно спокоен и даже расслаблен. Но Айзек знал – старик напряжен как никогда. Будешь напряжен, когда такая толпа ждет начала процедуры, а объектом таковой, скорее всего, будут они – Айзек и его спутники.

– Джеки! – воскликнул Айзек, чтобы привлечь внимание девушки, но, кроме этого окрика, он не находил больше слов. Если скажет, что, дескать, все будет хорошо, будет выглядеть как какой-нибудь дурацкий герой. А что еще сказать-то? Он, казалось, уже ничего не знал и ни в чем не был уверен. А миз Коуэн! Жизнь в ней едва теплится. Как она могла так сдать и всего только за одну ночь? И почему вся эта толпа ученых не может ей помочь так, как помогла с Джеки?

Айзек повернулся к большому соседнему боксу. Там, внутри, стояла профессор Морган с черной коробкой в руке, окруженная рабочими. Что вообще происходит? Айзек посмотрел на Химену, взглядом спрашивая ее, но та просто опустила голову и в его сторону не смотрела. Морган кивнула всем в боксе, вышла из него и направилась к кубу, в котором лежала миз Коуэн. Из коробки, которую она держала в руке, выдвинулась антенна. Профессор открыла бокс миз Коуэн и, войдя в него, сказала:

– Клеттер с нами уже нет; вашу инфекцию побороть нам не удается, и выбор у нас невелик.

Тряхнув своими светлыми волосами, профессор Морган отсоединила капельницу, по-прежнему торчащую из вены миз Коуэн, помогла той встать и вывела из бокса.

Да что тут, черт побери, происходит?!

– Видите ли, – продолжала между тем профессор, – могло показаться, что исследования Анны Клеттер взрывают все нормы и правила, но она значительно обогнала свое время, что произошло когда-то, в прежние годы, со многими учеными.

Она трижды похлопала миз Коуэн по плечу, словно говорила ей – все будет в порядке, после чего вернулась в большой куб и закрыла дверь изнутри. Миз Коуэн осталась стоять в одиночестве, с трудом держась на ногах.

– Пожалуйста, оставайтесь на месте и ждите, – крикнула ей профессор Морган. – Процедура сейчас начнется.

– Какая еще процедура? – завопил Айзек, но никто ему не ответил. Половина ученых и их ассистентов смотрели на миз Коуэн, а половина – на главный вход, словно ожидала какого-то особого гостя.

Какая еще процедура?

Химена

– Активировать диспенсер! – крикнула в портативную рацию профессор Морган, и каждый мускул в теле Химены напрягся. В предвкушении чего-то значительного ассистенты вокруг нее зашептались.

– Что происходит? – спросила Химена Карлоса.

– Подожди, и все увидишь, – отозвался тот. Не отрываясь, он смотрел в конец коридора, словно боялся пропустить нечто сверхъестественное. Химена перевела взгляд на миз Коуэн, которая стояла посреди зала. Просто стояла, и ничего более.

Неожиданно с лестницы, ведущей на этаж, донеслись металлические звуки – лязг и постукивание. На шаги это совсем не было похоже. Химена тысячи раз поднималась и спускалась по этой лестнице, но понять, что могло производить подобные звуки, она была не в состоянии.

Волна возбуждения прокатилась по толпе ученых и их ассистентов, припавших к стеклянным стенам куба.

Тишина.

Лязг превратился в громкие металлические щелчки. Химена все еще не была готова к тому, что появится в коридоре в следующую секунду. И оно появилось. Это была пара длинных, серебристого цвета, покрытых колючками, членистых лап, которые царапали гладкий пол коридора. Химена содрогнулась от дикого, животного ужаса. Но какой, ни с чем не сравнимый ужас должна была чувствовать миз Коуэн, стоящая одиноко на открытом месте, в самом центре зала! И ведь ни спрятаться, ни убежать! Слабое, при смерти находящееся создание, один на один с тем, что через несколько секунд должно было появиться перед ней!

Ученые, собравшиеся в безопасном стеклянном кубе, заохали. И только Карлос стоял, широко улыбаясь. Наконец гривер явился им во всей своей отвратительной мощи. Но это был не тот, старый, гривер, большей частью состоящий из плоти. Новая модификация почти полностью состояла из металла. Ученые освободили это чудовище ночных кошмаров от органических элементов, которые снижали его скорость и степень расторопности, но и при этом их создание производило впечатление живого, дышащего монстра.

– Работает! – восхищенно прошептал Карлос.

Никогда в жизни Химена не видела ничего, что внушало бы такой страх. Уродливая, отвратительная, огромная гадина! Гривер притормозил у бокса, в котором скрывались ученые, окинул взглядом каждого из них, зашипел, осклабился своей влажной звериной пастью, сочащейся слизью, двинулся дальше и стал принюхиваться возле бокса, в котором сидел Айзек. Химена инстинктивно схватилась за нож, торчащий из заднего кармана, хотя и понимала, что вряд ли он поможет, если дело примет дурной оборот.

Айзек принялся барабанить по стеклу своего бокса изнутри.

Напрасно он это делает, подумала Химена.

– Как вы можете? – крикнул Айзек, обращаясь к профессору Морган, и в голосе его звучало отчаяние человека, которого предали – раз и навсегда. Химена поняла Айзека – ее саму только что предали. Предал Карлос, который продолжал наблюдать за эволюциями гривера с восторженной мальчишеской улыбкой.

Она ударила Карлоса по руке.

– Так вот над чем ты работал! Как ты мог?!

Она прокричала эти слова Карлосу в лицо, чувствуя, как все, что их когда-то связывало, исчезло и растворилось, словно дым на ветру. Гривер же тем временем двигался вперед, постукивая сверкающими членистыми конечностями по гладкому полу, и каждое его движение, каждый издаваемый им звук ввергали Химену в новые глубины ужаса и отвращения.

Поначалу миз Коуэн просто застыла от ужаса, но затем стала пятиться назад – мимо бокса, в котором сидел Фрайпан, к боксу, где была заперта Джеки. Несмотря на свою крайнюю слабость, она двигалась, и было очевидно, что это было результатом мощного выброса адреналина. Тем временем гривер, принюхиваясь и вращая своей продолговатой головой, продолжал идти вперед.

– Оставаться на месте! Не двигаться! – звучали приказы профессора Морган. Как будто можно было соблюдать хладнокровие перед лицом этого кошмара! Один лишь старина Фрайпан, казалось, охотно исполнял приказы профессора – он оставался необычайно спокойным.