Джеймс Дашнер – Три ипостаси Божества (страница 26)

Она открыла шкатулку.

– Здесь пять ампул с кровью Ньюта. Вы должны использовать ее для новой партии лекарства.

Она ждала от них воодушевления, радости, но вместо этого женщины, извинившись, отошли в сторону и принялись шептаться. На лицах их было написано смущение.

– Так! Что происходит? – произнесла Александра.

Вперед вышла коротышка.

– Эти… это не кровь Ньюта, – сказала она. – Ампулы с его кровью находятся в нашем сейфе. Их нам относительно недавно прислал Николас.

В словах, которые произнесла коротышка, звучали снисходительные ноты, словно она понимала, что Александра совершила фатальную ошибку и назад дороги ей уже нет.

Почему они решили, что это – не кровь Ньюта? Как Николас смог подменить ее? Она повернулась к Маннусу, вновь посмотрела на шкатулку. Ученые наверняка ошиблись. Они даже не смотрели на то, что она привезла. Откуда им известно, что это другая кровь?

Нужно что-то делать!

– Нет! – твердо сказала Александра. – Вы не правы. Николас дал мне точные инструкции. Это – кровь Ньюта, и именно на ее основе нужно делать новую партию.

Александра смотрела, как дылда брала в руки и рассматривала каждую из ампул. Интересно, а насколько Николас доверял ей, Александре? А может быть, разговоры о том, что в основе лекарства, ведущего к исцелению, лежит чья-то кровь, есть самая банальная ложь? Хотя ложью все это не выглядит – чувства Александры, ее нервные клетки не могут солгать! Недоумение терзало Александру; на лицах стоявших перед ней женщин застыло то же чувство. Ей хотелось закричать и швырнуть шкатулку в один из стеклянных шкафов, но она сдержалась. Дисциплина и принципы превыше всего! На помощь ей, как и всегда, пришли числа.

– А4? – спросила коротышка, заглянув в старый лабораторный журнал. – Контрольным объектом в этой серии экспериментов был Чак, верно?

И она вопросительно посмотрела на Александру своими черными глазами.

Ярость поднялась в Александре тугой волной. Она развернулась и что есть силы ударила Маннуса, словно именно он нес ответственность за тот звон, что зазвучал в ее голове. Эта ярость требовала выхода, и она вышла через ладонь Александры. Удар был настолько сильный, что Маннус что-то сплюнул на пол.

– Ты – идиот! – воскликнула она. – Ты принес из кабинета не ту шкатулку!

Маннус посмотрел на нее с искренним удивлением. Чувства его действительно были уязвлены.

– Прошу простить, Богиня… – забормотал Маннус.

– Николас приболел, – сказала Александра, закрывая шкатулку. – Должно быть, он забыл, что привозил вам кровь Ньюта, и дал Маннусу не то, что нужно…

Она лихорадочно искала решения проблемы, быстро оглядывая лабораторию.

– Но пока мы здесь…

– Николас должен был приехать к нам за отчетом на прошлой неделе, – проговорила дылда.

– И не появился, – подтвердила коротышка.

– Чем же он заболел?

Это одновременно произнесли все три женщины. Александра покопалась в мозгу в поисках очередной лжи. Чем же он все-таки заболел? За все тридцать лет, что Александра знала Николаса, тот ничем и не болел.

И она ответила, стараясь звучать максимально уверенно:

– Головокружение. Проблемы со зрением. Периодически лихорадит и звон в ушах.

Она перечисляла симптомы собственных недомоганий.

– Мысли путаются. Вот вам и результат.

Она показала на ампулы, на которых были наклеены этикетки с неправильными индексами.

В разговор вступила третья из женщин, до этого момента не произнесшая почти ни одного слова:

– Все это мягкие симптомы Трансгрессии, – сказала она. – Хотя…

Она обменялась взглядами с остальными женщинами и продолжила:

– Я думала, Николас уже прошел эту стадию. Но многое изменилось. Не исключено, что это северные огни влияют на внутреннюю химию его мозга – так же, как полная луна оказывает воздействие на людей с повышенной чувствительностью.

– Да! – кивнула Александра.

Но что она имела в виду под повышенной чувствительностью?

– С тех пор как северное сияние вернулось в своем полном спектре, – продолжила она, – мы наблюдаем гораздо больше случаев умственного расстройства.

Она положила руку на сердце и сказала:

– Увеличилось количество актов жертвоприношения. Жертву вспарывают и вынимают внутренности. Самая жестокая форма ритуала.

Она ждала, что ее слова произведут на женщин впечатление. Увы, этого не произошло. Они не боялись быть выпотрошенными – слишком уж далеко они забрались! Александре нужно было найти то, чего они действительно боялись, и сыграть на этом.

– Все это говорит о конце времен. И Николас верил в это. Он говорил, что рост числа жертвоприношений помешает нам влиять на судьбу мира, и он неизбежно погибнет.

– Он действительно говорил, что у нас мало времени, – кивнула коротышка.

Александра ухватилась за ее слова.

– Именно поэтому вы должны помочь мне с распространением лекарства, и немедленно.

Но тут заговорила дылда:

– Мы можем передавать ампулы только Николасу. Производством же лекарства занимается Вилла-один. Это – наша головная структура. Они используют…

Коротышка ткнула дылду локтем, и та замолкла.

– Я Богиня! – провозгласила Александра. – Николас нездоров. Я сама займусь распространением.

Она сказала это максимально дружественным тоном, но женщины смотрели на нее так, словно на голове у нее были рога – как у Маннуса.

Дылда же ответила:

– Прошу нас понять, Богиня! Это не из-за неуважения. Это – протокол. Мы подчиняемся не вам, а Николасу. У вас же нет даже допуска.

Александра улыбнулась последней из поддельных улыбок, заготовленных ею на этот день. Николас научил ее терпению, но даже ее пределы терпения истощились. Ее толкали в снег, в нее швыряли топоры, она пила худший в своей жизни чай. Пора взять то, ради чего она пришла. Вложив в голос всю властность и всю силу убеждения, которыми она владела, Александра произнесла:

– Довольно! С этой минуты вы подчиняетесь мне, потому что Николас мертв. Его убили.

Александра ждала извинений, ждала, что женщины примутся рассыпаться знаками крайнего уважения и почтительности, что признают Александру Романов своей единственной Богиней.

Но ничего этого не случилось.

Александра с удивлением смотрела, как женщины-ученые разошлись по разным углам лаборатории и принялись упаковывать инструменты. Что происходит? Неужели есть то, чего они боятся больше, чем ее? Она попыталась командовать:

– Прекратите это немедленно!

Но те и не подумали послушаться. Вместо этого они продолжали выливать в раковину разные жидкости из склянок, а сами склянки разбивали вдребезги.

– Что вы делаете? – воскликнула Александра. – Вы же уничтожаете лабораторию!

Ответила дылда:

– Это вопрос безопасности. У нас есть план, причем на все случаи жизни. Поскольку, как вы сообщили, Николас убит, мы приводим его в исполнение.

Какая нелепость! Что, в конце концов, происходит?

Та, что была среднего роста, заговорила:

– У нас – Вилла Икс, экспериментальная лаборатория, и научное сообщество, в целом, не одобряет наших исследований. Но пока мы были под защитой Николаса…

У Александры не было выбора. Пришлось держать удар.

– Я могу обеспечить вам защиту стражей Эволюции. Вы будете в безопасности.