Джеймс Дашнер – Бегущий в лабиринте (страница 56)
- Говори! – закричал Ньют. – Выкладывай все!
- Мы телепаты! Мы можем общаться друг с другом мысленно! – сказал он громко, почти чувствуя стыд, словно он признался в воровстве.
Ньют удивленно моргнул, кто-то закашлял.
- Но послушайте, - продолжил Томас, пытаясь быстрее защититься. – Они вынудили нас помогать. Не знаю, как и почему, но они вынудили. – Он сделал паузу. – Возможно, чтобы посмотреть, сможем ли мы добиться вашего доверия, несмотря на тот факт, что мы были с ними. Возможно, так и было задумано, что именно мы должны были помочь вам сбежать. Какой бы ни была причина, с помощью ваших Карт мы вычислили шифр, и теперь нужно его использовать.
Томас огляделся, но к его глубокому удивлению, никто не казался рассерженным. Большинство Глэйдеров продолжали просто пялиться на него либо качали головами с удивлением или недоверием. А Минхо вообще улыбался по какой-то непонятной причине.
- Это все правда, и мне жаль, - продолжил Томас. – Но я могу сказать вам, что мы в одной лодке. Нас с Терезой послали сюда также как любого из вас, и мы также легко можем погибнуть. Но Создатели увидели уже достаточно – настало время финального теста. Думаю, мое Изменение должно было стать частью решения этого паззла. В любом случае, я хочу, чтобы вы знали правду, что у нас есть шанс.
Ньют качал головой, уставившись в землю. Затем он поднял голову, привлекая внимание остальных Смотрителей.
- Создатели – те шэнки, которые сделали это с нами, не Томми и Тереза. Создатели. И они пожалеют.
- Подумаешь, - сказал Минхо, - какая разница, чье это дерьмо, давайте уже просто разберемся с побегом.
Томас почувствовал ком в горле. Он ощутил такое облегчение, что практически не мог говорить. Он был уверен, что за его признание они устроили бы ему взбучку, если вообще не сбросили бы с Обрыва. Рассказать оставшееся теперь казалось легким делом.
- Есть какая-то компьютерная станция в таком месте, которое мы никогда не видели. Шифр откроет нам дверь, которая поможет выбраться из Лабиринта. Также она закроет проход Гриверам, и они не смогут последовать за нами, если мы просто продержимся достаточно долго, чтобы все это сделать.
- Место, которое мы раньше не видели? – спросил Алби. – Как ты думаешь, чем мы тут занимались последние два года?
- Поверьте, это место вы не видели.
Минхо поднялся.
- И где же оно?
- Это практически самоубийство, - сказал Томас, понимая, что затягивает с ответом. – Гриверы найдут нас сразу, как только мы попытаемся сделать это. Все они. Последний тест. – Он хотел быть уверенным, что они понимают все трудности. Вероятность того, что все выживут, была очень мала.
- Так где оно? – спросил Ньют, наклоняясь вперед.
- Над Обрывом, - ответил Томас. – Нам нужно пройти через Гриверскую Дыру.
51
Алби поднялся так быстро, что его стул упал назад. Его покрасневшие глаза резко контрастировали с белизной его лба. Он сделал два шага вперед, затем остановился, словно собирался атаковать Томаса.
- Теперь ты либо чертов идиот, - сказал он, глядя на Томаса. – Либо предатель. Как мы можем тебе верить после того, как ты помогал создавать это место, засадил нас сюда! Мы даже с одним Гривером справиться не в состоянии, не говоря уже о целой толпе в их маленькой дыре. Чего ты на самом деле добиваешься?
Томас был взбешен.
- Чего я добиваюсь? Ничего! С чего бы мне все это придумывать?
Алби сжал кулаки.
- Все, что мы знаем - это то, что тебя послали сюда, чтобы убить нас всех. Почему мы должны тебе верить?
Томас уставился на него с недоверием.
- Алби, у тебя проблемы с кратковременной памятью? Я жизнью рисковал, чтобы вытащить тебя из Лабиринта, если бы не я, ты бы уже был мертв!
- Может, это какой-то трюк, чтобы завоевать наше доверие. Если ты в сговоре с теми уродами, которые послали нас сюда, то тебе нечего бояться, что Гриверы могут тебе навредить – может, это все вообще был спектакль.
Гнев Томаса слегка ослабел, сменившись жалостью. Здесь явно было что-то не так – что-то подозрительное.
- Алби, - вставил Минхо наконец, освобождая Томаса. – Это самая тупая теория, которую я когда-либо слышал. Три ночи назад его искололи, куда только можно. Ты считаешь, это было частью спектакля?
Алби коротко кивнул.
- Возможно.
- Я сделал это, - сказал Томас, вкладывая в голос все раздражение, которое мог, - ради того, чтобы вернуть себе воспоминания, помочь нам выбраться отсюда. Тебе показать порезы и синяки на моем теле?
Алби ничего не сказал, его лицо все еще полыхало от ярости. Его глаза увлажнились, а на шее проступили вены.
- Мы не можем вернуться! – наконец прокричал он, оборачиваясь, чтобы посмотреть на всех остальных в комнате. – Я видел, как мы жили раньше - мы не можем вернуться!
- И только в этом все дело? – спросил Ньют. – Ты издеваешься?
Алби обернулся к нему со свирепым видом, все еще сжимая кулаки. Но затем остановился, опустил руки, затем развернулся и пошел обратно, сел на свой стул, уткнулся лицом в ладони и сник. Томас не мог был удивлен еще сильнее. Бесстрашный лидер Глэйдеров плакал.
- Алби, поговори с нами, - давил Ньют, не желая спускать все на тормозах. – Что происходит?
- Я это сделал, - сказал Алби через всхлип. – Я сделал это.
- Сделал что? – спросил Ньют. Он выглядел таким же растерянным, каким себя чувствовал Томас.
Алби посмотрел вверх, его глаза были мокрыми от слез.
- Я сжег Карты. Я сделал это. Я приложился головой об стол, чтобы вы решили, что это был кто-то другой, я солгал. Сжег их. Я сделал это!
Смотрители обменялись взглядами, в распахнутых глазах читался шок. Однако для Томаса теперь все обрело смысл. Алби помнил, какой ужасной была его жизнь до того, как он попал сюда, и как он не хотел возвращаться.
- Что ж, значит, хорошо, что мы спасли Карты, - сказал Минхо, с бесстрастным выражением лица, почти насмешливо. – Спасибо, что подсказал нам сделать это после Изменения, защитить их.
Томас ждал, как Алби ответит на саркастичное, почти жестокое замечание Минхо, но тот ничего не сделал, он будто даже не услышал.
Ньют вместо того, чтобы показать злость, попросил Алби объясниться. Томас понимал, почему Ньют не злится: Карты в безопасности, шифр вычислен. Это все уже не важно.
- Говорю вам, - голос Алби звучал так, словно он умолял, почти в истерике. – Мы не можем вернуться туда, откуда пришли. Я видел это, помнил ужасные, ужасные вещи. Сожженная земля, болезни – что-то под названием «Вспышка». Это было ужасно – даже хуже, чем жизнь здесь.
- Но если мы останемся здесь, мы все умрем! – завопил Минхо. – Что, неужели даже этот вариант будет лучше?
Алби уставился на Минхо долгим взглядом, прежде чем ответить. Томас мог думать только о том, что тот только что сказал.
- Да, - сказал Алби наконец. – Это еще хуже. Лучше умереть, чем вернуться домой.
Минхо хихикнул и откинулся назад на стуле.
- Мужик, куча ты помоев, давай-ка я тебе объясню. Я за Томаса. Я за Томаса на 100 процентов. И если мы умрем, то хотя бы сражаясь.
- В Лабиринте или за его пределами, - добавил Томас, чувствующий облегчение, что Минхо твердо его поддерживает. Он повернулся к Алби и прямо посмотрел на него. – Мы все еще живем в том мире, который ты помнишь.
Алби снова поднялся, на его лице читалось поражение.
- Делайте, что хотите, - вздохнул он. – Уже не важно. Мы все равно все умрем. – И после этого он направился к двери и покинул комнату.
Ньют сделал глубокий вдох и покачал головой.
- После того, как его ужалили, он так и не стал собой, стал засранцем с воспоминаниями. И что вообще такое Вспышка?
- Мне плевать, - сказал Минхо. – Все лучше, чем умереть здесь. Мы можем разобраться с Создателями, когда выберемся. Но сейчас мы должны делать то, что они распланировали. Пройти через Гриверскую Дыру и выбраться. Если некоторые умрут, то так тому и быть.
Жаровщик фыркнул.
- Вы, шэнки, сводите меня с ума. Мы не можем выбраться из Лабиринта, и эта идея позависать с Гриверами в их убежище звучит как одна из самых тупых вещей, которые мне доводилось слышать в жизни, еще хуже идеи про суицид.
Остальные Смотрители начали спорить, все говорили одновременно. В конце концов, Ньют закричал, чтобы все заткнулись.
Томас снова заговорил, когда все унялись.
- Я пойду через Дыру или умру, пытаясь попасть туда. Похоже, что Минхо считает также. И я уверен, что Тереза тоже с нами. Если мы сможем отбиваться от Гриверов достаточно долго, чтобы кто-то смог ввести код и запереть их, тогда мы сможем пройти через дверь, через которую проходили они. Мы уже прошли все тесты. Теперь мы можем встретиться с Создателями лично.
Усмешка Ньюта не казалась радостной.
- Ты считаешь, что мы сможем бороться с Гриверами? Даже если мы не умрем, вероятно, нас всех ужалят. Любой из них может поджидать нас, когда мы придем на Обрыв – жуки-стригуны там повсюду. Создатели будут знать, когда мы отправимся туда.