Джеймс Чейз – Ты будешь одинок в своей могиле (страница 12)
– И если матушка такая же красотка, – добавил ухмыляющийся Бенни, – то я тоже с вами поеду.
Мисс Болас посмотрела на меня с недоумением.
– Они что, никогда не просыхают? – лениво поинтересовалась она.
– Да, это их нормальное состояние, – кивнул я. – Однако надо же вас представить друг другу. Боюсь, что встречаться придется часто. Элегантный пьянчуга – это Джек Керман. Второй, который, по-видимому, спит в одежде, – Эд Бенни. Вообще-то, они не очень опасны, особенно если надеть на них смирительные рубашки. Дети, познакомьтесь с мисс Болас.
Мои помощники уселись за стол. Оба сложили руки, как школьники, и уставились на новую знакомую с таким восхищением, что она обязательно смутилась бы, если бы умела смущаться. Но она совсем не умела.
– Как мне нравятся ее глаза, Джек! – воскликнул Бенни. С этими словами он приложил пальцы к губам и послал куда-то вверх воздушный поцелуй. – И еще вот эти нежные раковины ушей, – продолжал он, – а также изгиб шеи… Да, изгиб шеи в особенности.
Керман же встал в позу и начал декламировать:
Мы с Бенни выпучили на него глаза.
– Ты откуда это взял? – спросил я. – А я думал, ты читать не умеешь.
Бенни живо достал карандаш и записал услышанное на манжете рубашки.
– Джек, ты не против, если я этим тоже воспользуюсь? – спросил он. – Какой клевый комплимент! А я-то своей подружке уже давненько ничего хорошего не говорил…
Керман милостиво кивнул.
– Пользуйся, – разрешил он. – Мне ничего не стоит. Я человек высокой культуры. Именно это и любят девушки.
– Они и другие вещи любят, – заметила мисс Болас.
Тем временем официант принес нам ланч, и в течение минуты, пока он расставлял тарелки, мы молчали.
– А еще бутылку ирландского виски принеси, – приказал ему Керман. И тут же с самым любезным видом обратился к даме: – Могу я предложить вам немного вина, мэм?
Гэйл рассмеялась.
– Нет, он положительно ненормальный, – сказала она мне. – Они что, всегда так себя ведут?
– По большей части, – ответил я. – Пока ты не принимаешь их всерьез, они ничего. Но когда поспорят, сколько ты весишь, и захотят взвесить тебя на руках, то тут самое время кричать караул.
Тут Керман заметил мой синяк.
– Ого! – толкнул он Бенни. – Погляди-ка! Нашелся парень, которому наш босс не понравился еще больше, чем нам.
Бенни посмотрел на мою шею. Потом, словно не веря своим глазам, встал, обошел стол и принялся разглядывать синяк вплотную.
– Это что, она тебе поставила? – спросил он почти благоговейно.
– Нет, не она, придурок, – ответил я. – Сядь, я тебе все расскажу.
За едой я рассказал историю с Миллзом.
– Значит, какой-то сукин сын ударил тебя ботинком по шее и до сих пор ходит по земле? – в полном недоумении спросил Бенни. – Нет, ты заливаешь!
Я начал раздражаться:
– А ты можешь его уделать? Тогда давай я организую вам встречу. Вот лучше спроси у нее. Она его хорошо знает. Где мы и где он!
Мисс Болас пожала плечиками.
– Ну, не знаю. Он хорошо работает, но не без помарок, – сказала она равнодушно. – Бывает, открывается слева, тогда можно достать в челюсть. Просто когда он бьет правой, надо делать джеб слева.
– Смотри-ка, теоретик, – хмыкнул я. – Когда он бьет правой, ты получаешь удар правой. И в следующий раз, когда я пойду с ним поговорить, то прихвачу пушку. – И, обращаясь ко всему собранию, я объявил: – Мисс Болас согласилась помочь нам расследовать это дело. Она интересуется криминологией.
– Конечно, интересуется, раз связалась с тобой, – с горечью заметил Бенни. А потом обратился к ней заискивающим тоном: – А мы с тобой можем поработать в ночную смену. Обсудим все твои версиськи.
– Мистер Бенни, как вы можете? – возмутился Керман.
– Версийки, я хотел сказать, понял? – отреагировал тот. – Криминальные версийки.
– А может, хватит трепаться? Не пора ли заняться делом?
И я подозвал официанта с бутылкой ирландского виски. Предложил мисс Болас, но она ответила, что не употребляет крепких напитков до семи часов.
Керман тут же объявил, что он тоже не пьет до семи – в смысле, до семи утра.
– Ну, Джек, как насчет Лидбеттера? – спросил я, наливая себе и передавая бутылку Бенни.
– Встретились, – ответил Керман и сразу нахмурился. – Но много из него не вытянешь. Странный пациент. Живет в какой-то халупе в дюнах, а на крыше халупы стоит здоровый телескоп. И он целыми днями наблюдает, что и как там происходит. А когда я сказал, что, мол, интересное времяпрепровождение, он только причмокнул губами.
– Ты не отклоняйся, – сказал я. – Что по сути дела?
– Ну, мне кажется, он что-то скрывает. Говорит, что вел наблюдение за гнездом птицы, называемой скопа. А какого черта он наблюдал за этой скопой на ночь глядя – этого он не сказал. Ну вот, наблюдал он, значит, за скопой и вдруг увидел сумочку Даны. Разглядел пятна крови и побежал в полицию. На пляже, по его словам, никого не было. Но когда я намекнул, что можно и заплатить за информацию, тут же стал мямлить, что утверждать не берется, может, кого-то и видел, память у него плохая и ему нужно время, чтобы вспомнить.
– Зуб даю, Мифлину он этого не говорил, – заметил я.
– Конечно не говорил, – подтвердил Керман. – Он боится полиции как огня. В общем, Лидбеттер что-то знает, но молчит, потому что хочет на этом заработать.
– А может, он собирается взять деньги с убийцы? – подумал я вслух. – Если знаешь, кто убил, то можно заняться шантажом.
– Ну да, я тоже так подумал. Тип еще тот.
– Ладно, я сам к нему наведаюсь, Джек. Может, надо с ним поговорить пожестче. Попробую припугнуть, чтобы испугался меня больше, чем полиции.
– Попробуй, но только осторожней. Ты же знаешь Брендона. Как только он узнает, что ты давил на его свидетеля…
– Ладно, ладно, не учи. Что еще у тебя, Джек?
– Я съездил в большой автосервис возле «Санта-Розы». Вдруг, думаю, Анита заехала туда заправиться, когда удирала? Однако оказалось, что нет, не заезжала. Пока я говорил со слесарем, подъехал тот филиппинец, который работает шофером у Серфа. Что-то сломалось по мелочи, но ему самому чинить лень, и он обратился в сервис. Ну, пока слесарь возился, я разговорился с этим шофером. Парень любит поболтать, а я еще и сунул ему пятерку. В общем, перешли на обсуждение его хозяйки. Я представился журналистом из «Геральд», который хотел бы встретиться с миссис Серф. Нету, говорит, уехала. Ага, и куда же? Да вот, говорит, приказала подать «паккард» к боковому входу в особняк вчера к десяти вечера. Уехала, он прождал ее до двух часов ночи, но она так и не вернулась. Тогда он решил, что она не будет ночевать дома, и отправился спать. С тех пор миссис Серф в «Санта-Розу» не приезжала, и машины на месте нет.
– Она не вернулась домой?! – Моему удивлению не было предела.
– Именно так. Шофер говорит, что доложил хозяину: машину не вернули в гараж. Серф сказал: ничего, все в порядке, я в курсе.
– Да-а, ничего себе, – протянул я. – Похоже, она поехала ко мне, а от меня еще куда-то и там провела ночь. То есть ее уже не было дома в тот момент, когда Серф говорил Пауле, что отправит жену из города. Хотя Пауле он сказал, что жена дома. Похоже, что миссис Серф знала про убийство и захотела поскорее исчезнуть.
– Да, я тоже так подумал, – подтвердил Керман. – Ну, потом я там все утро пытался что-то выведать, но ничего не обнаружил. Узнал, правда, номер «паккарда» и попробовал найти машину. Но ее пока что никто не видел, как и миссис Серф. Хотя тачку такого размера трудно долго прятать.
– Ищи машину, Джек. Это у тебя лучше всего получается. Обыщи все сервисы, отели и придорожные заведения в радиусе десяти миль.
Мисс Болас, слушая все это с тем же интересом, с каким наблюдала за чернокожим боксером, вдруг прибавила:
– Ночные клубы не забудь.
– Верно! Начни с «Этуаль», Джек.
Я повернулся к Бенни и спросил:
– Ты туда ездил утром?
– А как же! Но в клубе не было на месте нужных людей. Баннистера я видел издали, но он меня не заметил. А те, кто может что-то знать, то есть ночная смена, заступают только в шесть вечера.
– Понятно.