Джеймс Чейз – Расскажи это птичкам (страница 33)

– Что вы хотите? Это сделка?

Фэй покачала головой:

– Я просто плачу по счетам. Как люди ко мне, так и я к ним. Если со мной по-хорошему – то и я тоже… Ну а кто станет куражиться надо мной, тому несдобровать.

– А как это связано со мной? – спросил Хармас, пристально глядя на нее.

– Как знать… Вы ведь на службе в страховой компании, следите за порядком?

– Допустим.

– Может, вам будет интересно, как работают ваши страховые агенты?

Хармас спокойно отхлебнул виски.

– И о ком идет речь?

– Да об этом хлюпике… Джонни Энсоне.

С бесстрастным выражением лица Хармас поставил стакан.

– И что с ним?

Ее лицо внезапно сделалось свирепым, в глазах заплясали злобные огоньки. Фэй наклонилась к Хармасу и начала говорить.

Глава двенадцатая

Идея принадлежала Хармасу, но когда он озвучил ее Дженсону, тот сопротивляться не стал.

– Уже завтра миссис Барлоу вернется домой, – сказал Хармас, – это наш последний шанс. Давай поедем туда и хорошенько все обыщем. Твои парни с «пальчиками», конечно, молодцы, но я предлагаю отправиться туда самим.

– Что конкретно мы ищем? – спросил Дженсон, садясь в машину.

– Револьверы. Они могут быть спрятаны где-то в доме. Что-то не дают они мне покоя.

Подъехав к дому вскоре после полудня, Хармас и Джен-сон вышли из машины и первым делом осмотрели сад.

– Барлоу – просто талантище, – сказал Хармас. – Странно, как только в одном человеке могли уживаться такие невероятные творческие способности и вся эта гниль.

Дженсона это не интересовало. Он хмыкнул и, подойдя к входной двери, без труда вскрыл замок.

Мужчины вошли в прихожую и поморщились от запаха затхлости и пыли.

– Давай сначала осмотрим спальню Барлоу, – предложил Хармас и повел полицейского вверх по лестнице.

В то время как Дженсон скорчил гримасу отвращения, найдя стопку фотографий, Хармас, отодвинув кровать, обнаружил щель между половицами. Достав карманный нож, он осторожно поднял доску и посветил фонариком.

– Вот он, – удовлетворенно проговорил Хармас. – Так, а это еще что за чертовщина?

Дженсон заглянул через плечо Хармаса и увидел лежавший в углублении автоматический револьвер 38-го калибра. Помимо него, Хармас выудил оттуда белую купальную шапочку и две резиновые подушечки. Дженсон вставил в дуло револьвера карандаш и осторожно вытащил пистолет из тайника.

Хармас с интересом разглядывал купальную шапочку.

– Лысый, – сказал он и посмотрел на Дженсона. – Все сходится. Вся эта мерзость… А теперь еще и это… Ставлю сотню баксов, что это – орудие убийства в Глин-Хилле.

Дженсон почесал свой толстый нос.

– Да что ты? А я вот никогда не разбрасываюсь деньгами. Ну, раз уж мы здесь, давай прочешем эту нору как положено.

Они провели в доме Барлоу целый день, но так и не нашли второй револьвер. Дженсон позвонил в главное управление, и прибыли две машины с техническими специалистами. Двое из них забрали револьвер и повезли в Брент, в отдел баллистики. К моменту возвращения Дженсона и Хармаса в город результаты экспертизы уже были готовы: этот револьвер действительно являлся орудием убийства в Глин-Хилле.

Энсон всегда тонко чувствовал обстановку.

Когда в самом начале седьмого Хармас вошел в его кабинет – Энсон как раз собирался домой, – он сразу ощутил исходящую от детектива враждебность.

Хармас не стал ходить вокруг да около и тут же перешел к делу. Когда он пересказывал Энсону свой разговор с Мерривезером, в его спокойных серых глазах не было ни капли дружелюбия.

Когда Хармас закончил, Энсон сказал:

– Не представляю, о чем он. Я не предлагал Барлоу никакой скидки. С чего бы вдруг? Ты уверен, что Мерривезер ничего не напутал?

– Я ни в чем не уверен, – сказал Хармас. – Барлоу сообщил Мерривезеру, что ты обещал сделать ему пятипроцентную скидку, если тот оплатит первоначальный взнос наличными. Более того: для покрытия он снял со своего счета сто пятьдесят долларов – почти все, что там было.

Энсон взял карандаш и принялся рисовать каракули на листке бумаги.

– Его первоначальный взнос составил одну тысячу двести двадцать два доллара, – сказал он, не глядя на Хармаса. – Здесь явно какая-то ошибка.

– Изначально Барлоу намеревался приобрести страховку на пять тысяч долларов, – продолжал Хармас. – Мерривезер в этом уверен. Барлоу хотел взять ссуду всего на три тысячи долларов.

Энсон заерзал. Он закурил, немного помолчал и наконец произнес:

– Все, что я могу тебе сказать, это то, что Барлоу заполнил нашу стандартную анкету и, когда я приехал к нему, попросил страховку на пятьдесят тысяч долларов… Ты же сам видел полис – он подписан его рукой! Возможно, он разговаривал с Мерривезером раньше, до того, как мы с ним встретились. А потом вернулся домой и решил застраховаться на более крупную сумму.

– В десять раз больше? – спокойно спросил Хармас. – И откуда у него взялись такие деньги?

– У него были деньги, – сказал Энсон. – И он отдал их мне.

– Могу я взглянуть на анкету? – вдруг спросил Хармас. – Хочу убедиться, что Барлоу разговаривал с Мерривезером до встречи с тобой.

Энсон напрягся. Пепел от сигареты упал ему на колени.

– Я ее выбросил, – сказал он.

Хармас закурил и внимательно посмотрел на Энсона. Тот не без усилия выдержал его взгляд.

– Ты часто выкидываешь анкеты?

– Только когда продажа уже состоялась. Когда я оформил Барлоу полис, не было смысла хранить анкету.

Хармас задумался, затем пожал плечами:

– Ну да… логично.

Он медленно выпустил дым из ноздрей, затем внезапно наклонился вперед и спросил:

– Где ты был ночью тридцатого сентября?

Энсон почувствовал, как по его телу пробежала волна страха.

– Не пойму… о чем ты?

Хармас улыбнулся:

– Ты же знаешь Мэддокса. Он любит алиби. Ему важно знать, где был каждый, хоть как-то связанный с убитым. Не удивлюсь, если он и у меня попросит алиби.

– Да нет, все нормально…

Энсон открыл ящик стола и достал ежедневник.

– В тот день я работал допоздна, вот в этом самом кабинете, – сказал он ровным сдержанным голосом. – Ушел не раньше одиннадцати. Охранник внизу подтвердит, если захочешь проверить.

– Расслабься. – Хармас примирительно поднял руки. – Не собираюсь я ничего проверять. – Он откинулся на спинку стула. – Знаешь, я вот все думаю об этом деле… Пожалуй, я с тобой солидарен. Даже если с этой женщиной не все чисто, разумнее будет заплатить ей. Как ты сказал, от нас может отвернуться куча клиентов, если мы выступим против нее. Вечером приедет Мэддокс, и я постараюсь его уговорить.

Энсон напрягся и подался вперед:

– Мэддокс приедет сюда?

– Да. Хочет поговорить с Дженсоном. Я дам тебе знать, если смогу его убедить. Сегодня вечером будешь дома?