Джеймс Чейз – Догадайся сам (страница 16)
– Послушай, Брендон хочет, чтобы ФБР поскорее убралось из города. На Перелли есть большое досье. Для Брендона это настоящий подарок. И что бы ни подсказывал здравый смысл, Брендон не увидит никакой подставы.
– У Перелли есть алиби на то время, когда было совершено похищение?
– Довольно дырявое. Он говорит, что играл в карты с Бетилло: находился с ним в отдельной комнате в баре «Дельмонико». Мы уже поговорили с Джо. Он говорит, что играл в карты с Перелли до половины десятого. Джо запомнил это время: Перелли выиграл и вдруг заявил, что у него свидание. А Джо хотел отыграться и разозлился. Сам Перелли клянется, что играл до половины одиннадцатого. А Дедрика похитили, как ты знаешь, в десять минут одиннадцатого.
– Кто-нибудь видел, как Перелли уходил из бара?
Мифлин покачал головой:
– Он вышел через черный ход.
– Не важно. Ну кто поверит показаниям такой крысы, как Бeтилло?
– Брендон. Он поверит любому, лишь бы избавиться от ФБР. Вик, меня больше беспокоят деньги. Все выглядит как подстава, если бы не деньги. Сто тысяч – это ведь очень большая сумма: неужели кто-то решил пожертвовать ими, чтобы подставить Перелли? Хватило бы и пары тысяч.
– Потому столько и подбросили. У них осталось еще четыреста тысяч. Подбросив Перелли сто тысяч, они действовали наверняка и рассчитывали, что все будут думать точно так же, как ты.
– По-моему, это значит выбрасывать деньги на ветер. Даже не представляю, кто может себе это позволить.
– Это потому, что тебе мало платят. В городе полно людей, для которых такая сумма – ничто.
– Присяжным тоже мало платят. Они просто не поверят в твою версию.
Я выбросил сигарету в окно и пожал плечами. Конечно, Мифлин был прав.
– Как он?
– Перелли? Не так уж и плохо в его ситуации. Они не сумели выбить из него признание, как ни старались. Я думаю, они добились бы своего, если бы не вмешался Франкон. Ненавижу этих двух отморозков, Макгроу и Хартселла. Им доставляет удовольствие издеваться над парнем в наручниках.
– Да. Как-то они пытались так же обойтись и со мной. У меня есть какая-то возможность повидаться с ним?
– Никакой. Брендон к нему никого не подпускает. Даже сотрудники ФБР с трудом получили разрешение взглянуть на Перелли.
Я закурил еще одну сигарету и протянул пачку Мифлину.
– Тим, Перелли не похититель.
– Ну что ж, к тому времени, когда он предстанет перед судом присяжных, ты останешься единственным в его группе поддержки. Дождись утренних газет: журналисты его уже осудили. Единственный способ помочь ему – это найти настоящего преступника.
– Я должен ему помочь. А что дальше собирается предпринять Брендон?
– Да ничего. Он считает, что расследование завершено. У него есть обвиняемый и все необходимые доказательства. Дело в шляпе.
Я открыл дверцу машины и вышел.
– Ну, по крайней мере, это значит, что он не будет мешаться под ногами. Я собираюсь начать свое расследование.
– Удачи, – сказал Мифлин. – Но дело непростое. С чего ты начнешь? В каком направлении думаешь искать?
– Зацепок не так уж много. Начну с Мэри Джером. У меня такое чувство, что ей должно быть что-то известно.
– Может быть, хотя я сомневаюсь. Если она имела какое-то отношение к похищению, то зачем же вернулась в «Оушен-энд»?
– Допустим, забыла какую-то вещь, вот и вернулась. Она же не знала, что я там. Во всяком случае, я собираюсь разыскать ее.
– Ладно, если что-то понадобится, дай мне знать. Между нами говоря, я тоже считаю, что Перелли подставили. Но это только между нами.
– Спасибо, Тим. Возможно, и я тебе чем-нибудь пригожусь. Пока!
Я сел в «бьюик», помахал ему и быстро поехал на Сентр-авеню. На полпути я заметил телефонную будку и решил позвонить Джастину Франкону.
Он сам подошел к телефону.
– Джастин, что ты думаешь насчет Перелли?
– Я думаю, он не причастен к похищению, – без раздумий ответил Франкон. – Но это не значит, что я смогу его вытащить. Я попробую, но дело представляется мне довольно безнадежным. Слишком хорошо все продумано. Тот, кто подбросил улики, действовал умно. И самая убийственная улика – деньги. Может, мы встретимся завтра утром в моем офисе? Давай хорошенько все обсудим и посмотрим, что можно сделать. Тебе удобно в десять?
– Договорились.
– Не жди от меня слишком многого, Вик. Не хочу тебя огорчать, но я думаю, что твоему Перелли конец.
– Еще не конец, – коротко ответил я и повесил трубку.
Глава тринадцатая
Джастин Франкон сидел в своем рабочем кресле, свесив ноги через подлокотник и заложив большие пальцы в проймы жилета. Во рту он держал потухшую сигару.
Это был щуплый, маленький, жилистый человек с высокими скулами, большим носом с горбинкой, блестящими черными глазками и торчащими черными усами. Внешне он казался мне похожим на хорька. Глядя на него, никто не подумал бы, что это лучший адвокат на всем Тихоокеанском побережье. Однако клиентов-миллионеров у него было побольше, чем у любого другого адвоката в стране.
Мы с Паулой и Керманом сидели перед массивным письменным столом, получив таким образом сомнительное удовольствие изучать профиль Франкона, пока он разглядывал из окна своего кабинета золотистую полоску пляжа, раскинувшегося двадцатью этажами ниже. Пока он перебирал в уме факты, в просторном посещении офиса царила тишина.
Наконец Франкон пожал плечами, сел в кресле прямо и обратился к нам:
– Все, что вы мне сообщили, не поможет убедить присяжных в непричастности Перелли к убийству Соуки и похищению Дедрика. Вам придется раздобыть более весомые доказательства. А сейчас у нас ни черта нет! Против Перелли хватает улик: чтобы его осудить, присяжным и совещаться не нужно. Нужно взглянуть правде в глаза. Страсти накалены до предела, и надеяться на справедливый суд не приходится. А тут еще криминальное прошлое Перелли. Если вы не найдете что-нибудь существенное, чем я мог бы сразить окружного прокурора, я не сумею помочь Перелли: вся моя защита окажется бесполезным сотрясанием воздуха. Перелли собираются обвинить в убийстве Соуки, а если будет обнаружено тело Дедрика, то обвинят еще и в этом убийстве, и тогда Перелли закончит свою жизнь на электрическом стуле. – Франкон уставился на свою потухшую сигару, нахмурился и бросил ее в мусорную корзину. – А теперь давайте посмотрим, что у полиции на него есть. Они нашли в его квартире пистолет. Если сильно постараться, можно убедить присяжных, что пистолет подбросили. Удочку тоже можно не принимать в расчет: у любого человека в доме может быть удочка. Деньги – вот главная улика, никто на свете не поверит, что их подбросили. Тот, кто подставил Перелли, поступил очень ловко. Сто тысяч – огромная сумма. Так или не так?
Я молча кивнул.
– Вот. Короче, единственная существенная улика против Перелли – это деньги. Если присяжные решат, что они не были подброшены, то получится, что пистолет, полиэтиленовые обертки и удочка также принадлежали Перелли, и это делает позицию обвинения неуязвимой. Надеюсь, понятно?
– Да, но ведь мы знаем, что деньги были подброшены. Разве нельзя убедить присяжных, что похититель, спасая свою грязную шкуру, был готов расстаться с пятой частью выкупа?
Франкон отрицательно покачал головой:
– Я не думаю, что на этом можно построить защиту. Слишком рискованно. Если бы у Перелли было хорошее алиби, тогда и беспокоиться было бы не о чем, но это не так. А кроме того, на пистолете обнаружены его отпечатки пальцев.
– Я слышал об этом, но не поверил.
Франкон кивнул:
– Но это факт. Я сам видел.
– Но Перелли не брал в руки пистолет.
– Перелли говорит, что кольт ему дал Брендон: Перелли должен был ответить, может ли он опознать оружие. Брендон отлично провернул этот трюк уже после того, как задержал Перелли.
– Ради всего святого! Ты ведь не позволишь Брендону уйти безнаказанным, правда?
– Это слово Перелли против слова капитана полиции. Как ты думаешь, кому из них поверят?
Последовала долгая пауза, затем он продолжил:
– Так что ты видишь теперь, как все складывается. Мне нужны какие-то очень весомые, железные аргументы, чтобы защищать Перелли в суде. А если у меня их не будет, я откажусь от дела. Вот мое решение. Мне нужно на чем-то строить линию защиты. Поэтому постарайтесь добыть доказательства.
– Я добуду их во что бы то ни стало, – ответил я. – Единственный способ раскрыть это дело – вернуться к самому началу и прорабатывать каждую мелочь, пока не появится какая-нибудь зацепка. Я подозреваю, что это не просто банда похитителей. Может быть, я схожу с ума, но это подозрение крепнет с каждым днем.
– Что-то я не понимаю, – хмурясь, сказал Франкон.
– Я и сам не совсем понимаю, – ухмыльнулся я. – Франклин Маршленд чертовски доволен тем, что Дедрик куда-то исчез. Надо выяснить почему. Он выглядит безобидным стариканом, но время от времени ты ловишь его взгляд и понимаешь, что он человек опасный. Свадьба Дедрика была тайной. Почему? А что, если за похищением стоит Маршленд? Допустим, он понял, что Серена вышла замуж за мошенника, который охотился за ее деньгами. А вдруг он решил избавиться от Дедрика и инсценировал похищение? Я не утверждаю, но почему бы и нет? Предположим, Мэри Джером каким-то образом связана с прошлым Дедрика. Вы понимаете, что я имею в виду? Если похитители – самые обычные бандиты, то шансов раскрыть дело у нас нет. Но если в преступлении было задействовано ближнее окружение Дедрика во главе с Маршлендом, то, может быть, у нас что-то получится.