Джеймс Боуэн – Подарок от кота Боба. Как уличный кот помог человеку полюбить Рождество (страница 6)

На следующий день Бэлль отправилась к родителям, чтобы провести Рождество в кругу семьи: для ее родных этот праздник был действительно особенным событием. Двадцать шестого декабря я поехал знакомиться с родителями Бэлль. В их доме меня встретили совсем иначе, чем у Сью: не чувствовалось ни скрытого раздражения, ни неприязни. Мама Бэлль приготовила еще один рождественский ужин, и они все вместе купили мне подарок! Я наконец-то понял, каким может быть Рождество в большой счастливой семье.

К несчастью, мы с Бэлль недолго были вместе. В то время мы оба сражались со своими личными демонами, и на эту борьбу уходили все силы. Мы разошлись, но старались не утратить связи. С годами мы поняли, что быть друзьями нам подходит куда больше, чем парой. А когда мы смогли хоть немного разобраться с наркозависимостью, наша дружба стала по-настоящему крепкой.

У нас с Бэлль много общего, включая любовь к кошкам. В детстве она взяла из приюта кошку по имени Поппи. Раньше Поппи жила у старика, который ухаживал за десятком бродячих животных. После его смерти кошек забрали в ближайший приют. Когда мы познакомились, семилетняя Поппи была очень активной и жизнерадостной; сейчас ей уже пятнадцать, но она ничуть не изменилась. Для Бэлль Поппи так же важна, как Боб – для меня. Даже в самые тяжелые дни кошка заставляет мою подругу улыбаться и помнить, что кто-то любит ее просто за то, что она есть.

Неудивительно, что Бэлль и Боб без труда нашли общий язык. Он всегда с удовольствием остается у нее в гостях, если я болею или мне нужно куда-то уехать. Когда я летал на Рождество в Австралию, чтобы впервые за много лет встретиться с мамой, рыжий все праздники провел у Бэлль.

Именно благодаря Бобу я мало-помалу стал иначе относиться к Рождеству. Впервые мы отмечали его вместе в 2007 году. Вроде бы ничего особенного: перекусили и провели остаток дня на диване перед телевизором, – но, скажу честно, это был лучший праздник в моей жизни. Именно тогда я, наверное, впервые почувствовал настоящий дух Рождества.

К тому времени мы с Бобом жили вместе уже семь месяцев и успели через многое пройти. Когда я подобрал рыжего в подъезде, он выглядел так, будто хорошенько подрался и давно нормально не ел. Сперва я решил, что в нашем доме живет его хозяин, но шли дни, а кот по-прежнему сидел на коврике возле той или другой двери. Я решил, что нужно ему как-то помочь: забрал к себе, потом отнес в местный благотворительный ветеринарный центр и накупил коту лекарств. Несколько недель я выхаживал Боба и за это время привязался к нему всей душой. Оказалось, что он – удивительно чуткий и понятливый зверь, не просто кот, а настоящая личность. Сначала я пытался найти его хозяев, но никто не искал рыжего кота, и в конце концов я решил, что он всегда жил на улице. И назвал его Бобом.

Я не надеялся, что он задержится у меня надолго. Думал, что, как только рыжий выздоровеет и отъестся, улица позовет его назад. Характер у Боба оказался боевой, и я не сомневался в том, что он вполне сможет выжить самостоятельно. Но у кота были другие планы.

Несколько раз я пытался выставить Боба из квартиры, но он упорно возвращался. Однажды кот даже прыгнул за мной в автобус, в котором я ехал на работу. И так мы стали неразлучны. Наверное, нас можно назвать странной парочкой, но мы подходим друг другу, как две горошины в стручке. До той судьбоносной встречи мы оба были одиночками, которые пытались выжить на улицах Лондона.

Боб стал моей семьей. Благодаря беспризорному рыжему коту я понял, что такое сочувствие, поддержка и… да, любовь. Именно он дал мне понять, что я могу изменить свою жизнь. Мы стали вместе выступать перед прохожими (я играл на гитаре, Боб сидел в чехле и наблюдал за тем, что творится вокруг), и люди впервые за много лет начали обращать на меня внимание. Так я познакомился с одной женщиной, оказавшейся литературным агентом; она предложила мне подумать о книге про то, как мы с котом спасли друг друга. Через некоторое время я даже встретился с писателем, который должен был помочь мне воплотить эту идею в жизнь. Я, конечно, был польщен, но не верил, что из нашей затеи что-нибудь выйдет. Все эти чудеса не для таких, как я!

Мы договорились встретиться снова после Нового года, поэтому я на время выкинул книгу из головы. Оплата счетов за газ и электричество волновала меня куда больше. Я и не подозревал, что книга – всего лишь первый звонок, сообщавший о том, что в моей жизни грядут большие перемены. Я не мог позволить себе такую роскошь, как размышления о будущем, поскольку должен был целиком и полностью сосредоточиться на выживании.

Пока что новый день не предвещал мне ничего хорошего…

Глава III. Бип-бип-бип

В понедельник утром меня разбудил звук, которого я так боялся. Выходные остались позади, пять фунтов «на крайний случай» закончились, и электричество отключилось.

Я знал, что противный писк окончательно смолкнет лишь через двадцать минут, а до этого будет «радовать» меня каждую минуту. В каждом цикле было двадцать «бипов», и каждый, казалось, проникал мне прямо в мозг, вызывая пульсирующую головную боль. Я бесился, но ничего не мог поделать. Чтобы утихомирить счетчик, нужно было пополнить счет. Я вылез из кровати и порылся в карманах. Набралось всего три с половиной фунта мелочью, этого не хватило бы на то, чтобы покрыть и половину долга. Значит, мы остались без тепла и света.

«Бип-бип-бип!» – встрепенулся затихший было счетчик.

За окном было очередное хмурое утро, дом стоял погруженный в декабрьские сумерки. На кухне царила тишина; единственным источником света был мигающий будильник на батарейках. Я открыл холодильник. Пока там было достаточно прохладно, но я знал, что это ненадолго.

На что я надеялся? Понятно, что без денег ничего работать не будет. И все равно в первую минуту я совершенно растерялся. Как скоро еда начнет портиться? Сколько денег потребуется, чтобы вновь заработали электрические приборы? Смогу ли я обеспечить нас с Бобом газом и светом на рождественские праздники? И что мы будем делать, если у меня ничего не получится? Неужели придется встречать Рождество в ночлежке? Даже мысль об этом меня ужасала.

Бип-бип-бип…

Еще года два назад у меня бы опустились руки, и спасение, как всегда, я бы искал в наркотиках. А сегодня достал из холодильника молоко, приготовил себе хлопья на завтрак и постарался собраться с мыслями. Все-таки кризисное положение неплохо прочищает голову. Еще вчера я мог отсидеться дома, испугавшись снегопада, но в сложившейся ситуации такой вариант был не для меня. Если я не выйду на улицу, электричества не будет. И через несколько часов начнут портиться продукты, купленные к Рождеству. Этого я допустить не мог.

Запас еды для Боба у меня был, поэтому я наложил коту в миску тунца и налил воды. Потом, двигаясь как на автопилоте, принялся собирать необходимое для выхода в город: накидку продавца «Big Issue», гитару, журналы на продажу. Потом кинул в рюкзак немного еды для рыжего и сделанный на скорую руку сэндвич для себя.

Я посмотрел в окно. Снегопад закончился, что не могло не радовать. Крыши были покрыты толстым слоем белоснежного, похожего на глазурь снега, но дороги вроде расчистили, во всяком случае, машины проезжали без труда, а это означало, что автобусы тоже ходят.

Бип-бип-бип…

Когда я вышел из квартиры в подъезд, наступила благословенная тишина – противный писк остался за закрытой дверью. На смену раздражению пришли другие чувства – смесь решимости, неуверенности и медленно нарастающей паники.

По пути к автобусной остановке я прикинул в уме, сколько денег мне необходимо, и составил примерный план действий. Итак, как минимум я должен был обеспечить себе электроэнергию хотя бы на один день. Заглянув в магазин на углу, я проверил баланс на карте. Помимо пяти фунтов «на крайний случай» мне нужно было внести еще шесть с половиной. То есть для спасения рождественских припасов я должен был заработать одиннадцать с половиной фунтов.

Потом я проверил баланс на газовой карточке и выяснил, что с газом все обстоит еще печальней – я задолжал пятнадцать фунтов. Значит, если я хочу дожить до Рождества в тепле и с горячей водой, мне нужно кинуть на карточку фунтов двадцать пять – тридцать, и это по самым скромным подсчетам.

В четверг, двадцать третьего декабря, начнутся рождественские каникулы, поэтому с шести вечера двадцать третьего и до девяти утра двадцать седьмого я могу не бояться, что меня отключат от электро– и газоснабжения. Проблема в том, что шансы заработать что-нибудь между Рождеством и Новым годом весьма призрачны. Лондон в это время словно вымирает. Кроме того, не нужно забывать о погодных сюрпризах. Синоптики утверждали, что у зимы в запасе еще немало метелей, поэтому я бы не стал рисковать и надеяться на неплохие заработки после Рождества.

Таким образом, я должен был заработать достаточно денег, чтобы продержаться две недели до Нового года. Конечно, счета за газ и электроэнергию – не единственное, на что я планировал потратить деньги. Оставались еще плата за квартиру, проезд и расходы на подарки к Рождеству. Когда мы с Бобом сели в автобус, идущий в центр, я принялся подсчитывать грядущие расходы на клочке бумаги. Закончив выводить цифры, я понял, что мне потребуется не менее ста пятидесяти фунтов. И заработать их нужно за два-три дня. Задача казалась невыполнимой, но выхода у меня не было.