Джейми Шоу – Безумие (ЛП) (страница 16)
— Слышишь этот запах?
Я втягиваю воздух через нос. Что я должна была почувствовать? Выхлопные газы? Запах городской свалки?
— Нет, какой?
— Запах брехни, — отвечает он, ехидно ухмыляясь, и я не могу удержаться от смеха.
— Как скажешь.
— Ну же! Мне действительно интересно.
Я закусываю уголок губы и окидываю его взглядом.
— Никому не рассказывай, — предупреждаю я.
— Я никому не скажу! — клянется он.
— В особенности Ди.
— Даже Ди!
О, Боже мой, неужели я действительно собираюсь это сделать? Прежде чем смогу передумать, выпаливаю:
— Я целовалась с Адамом.
Лэти изучает меня, и наполненная напряжением тишина высасывает весь кислород из машины… а затем он взрывается от смеха.
— Божечки, ты почти подловила меня!
— Это правда!
— Да-да, — он с улыбкой смотрит на меня. — Конееечно, правда.
— Я даже не шучу сейчас.
Он смеется ещё сильнее.
— Ты так уверена в этом.
Я пожимаю плечами.
— Ладно, не верь мне.
Всё ещё смеясь, он говорит:
— Ладно, Неваляшка, твоя взяла. Когда это случилось?
— Помнишь, Ди рассказала тебе, что я увидела, как Брейди изменял мне, пока общалась с другим парнем в Mayhem?
Лэти кивает.
— Это не совсем правда… Я увидела Брейди с той девушкой у бара. Выбежала через черный ход и разревелась на крыльце. Адам вышел покурить и увидел меня. Мы начали разговаривать, он пригласил меня в свой гастрольный автобус, мы начали пить и… не знаю, как-то пошло-поехало…
Лэти уставился на меня, словно у меня только что выросла вторая голова.
— Ты не шутишь…
Я взволнованно глазею на него, всё ещё не в силах поверить, что на самом деле выболтала свой секрет.
— О… мой… Бог.
Он хлопает руками по приборной панели, его пальцы растопырены так, словно ему нужно за что-то ухватиться, чтобы оставаться спокойным и невозмутимым.
— Ты… целовалась… с Адамом ЭВЕРЕСТОМ.
Я киваю.
— Не могу в это поверить! Вот почему ты всегда смотришь на тех шалав так, словно хочешь разрубить пополам их хрупкие, маленькие шейки!
— Я что, на самом деле так смотрю? — снова закусываю нижнюю губу.
— Да! — смеется он. — То есть так делает каждая вторая девчонка в аудитории, но… вау!
— Ты НЕ МОЖЕШЬ рассказать об этом Ди!
— Не расскажу! Клянусь, — он делает глубокий вдох. — Честное слово, эта девчонка убьет тебя за то, что ты не рассказала ей. Она будет во всеоружии в своем сексуальном черном наряде и будет пороть тебя цепочкой для ключей до тех пор, пока ты не поведаешь ей все пикантные подробности.
Я могла бы засмеяться, если бы мне не было так легко представить эту картину.
— Знаю!
Мне плохо от того, что я не рассказала Ди об Адаме, но… я просто не могу. Может быть, лет через десять, я расскажу ей, и мы вместе посмеемся. Но сейчас мне не нужна драма, которая последует за моим признанием. Её и так достаточно в жизни.
Поворачиваю на парковку Walmart и награждаю Лэти взглядом, который так и говорит: «Тебе лучше сохранить это секрет, или я на грани смерти». Он поворачивает воображаемый ключ между губами и выбрасывает его через плечо.
Рассказав Лэти об Адаме, я испытала блаженное освобождение. На протяжении воскресенья я чувствую себя так, словно у меня гора с плеч свалилась. Но затем наступает понедельник, и Лэти садится рядом со мной с ужасно нелепой ухмылкой на его глупом лице.
— Чего улыбаешься? — интересуюсь я, уже зная ответ.
— Ничего, — щебечет он.
— Только без глупостей, — прошу я, а он лишь смеется в ответ, не сводя глаз с дверей.
— Серьезно, — предупреждаю. — Не чуди, ладно?
В шутливом тоне он отвечает «хорошо», но так и не отводит взгляд от дверей, и я уже могу сказать, что это занятие будет ужасным.
Когда Адам заходит в аудиторию, взгляд Лэти мечется между мной и ним, а его улыбка становится всё шире и шире, пока не обнажает жемчужно-белые зубы, от чего я закатываю глаза. Бью парня по руке, и он начинает смеяться.
— Я сказала прекрати дурачиться! — ругаюсь я.
— Ничего не могу поделать! Это слишком весело!
О гооосподи. Знаю, что не должна пялиться на Адама, пока его длинные ноги несут его к месту, но действительно не могу удержаться. Он не носит рюкзак или даже блокнот, или ручку. Единственное, что он приносит в класс — пачка сигарет. И как, спрашивается, он делает заметки?
— Почему бы тебе не пойти и не поговорить с ним? — спрашивает Лэти.
На лице Адама появляется убийственно сексуальная улыбка, когда одна из девушек в переднем ряду вскакивает со своего места, целует его в щеку и протягивает кофе. Одетый в потёртые джинсы и ярко-красную футболку, он делает глоток кофе, а затем плавно опускается на стул рядом с ней.
— О чем?
— Хм, мне тебе объяснить?! — когда я не отвечаю, Лэти добавляет: — Потому что я
Вытаращив глаза, одной рукой дёргаю его за рукав, а другой затыкаю рот.
— Уймись!
Оглядываюсь, чтобы убедиться, что никто не подслушивает наш приглушенный разговор, но все студенты в пределах слышимости заняты либо беседой, либо перепиской по телефону, пока истекают последние драгоценные секунды до начала урока.
Лэти хохочет.
— Да ладно! Я ж просто советую!
— Я слышу тебя! — ещё тише произношу я. — Но это ни за что не произошло бы, даже если бы я
— Почему нет? Очевидно же, что он считает тебя сескуашкой, иначе бы не стал целоваться с тобой.