Джейми Макгвайр – Мое прекрасное забвение (страница 56)

– Он выпивал, – сказала я.

Мама отстранилась и с нервной улыбкой обдумала услышанное.

– Он больше не пьет. Ты сама знаешь.

– Мама, – сказала я. – Понюхай. Он пьян.

Она посмотрела на своего мужа и дрожащими пальцами прикоснулась к губам.

– Папа ворвался в мою квартиру. И напал на меня. – Мама резко повернулась и посмотрела на меня широкими глазами. – Не будь там Трентона… мама, он вышиб бы из меня дух. Тренту пришлось сдерживать его, и он все равно пытался наброситься на меня.

Мама снова посмотрела на отца.

– Он разозлился из-за того, что ты не пришла на обед. Да еще Чейз подлил масла в огонь. О боже! Семья разваливается на части.

Она нагнулась и выдернула подушку из-под отца. Его голова ударилась о подлокотник. Мама хлопнула его подушкой, потом еще раз.

– Будь ты неладен! – закричала она.

Я схватила ее за руки, она выронила подушку и зарыдала.

– Мам? Если ребята узнают, что это сделал Трент… боюсь, они придут за ним.

– Детка, я справлюсь с этим. Не беспокойся за меня, – сказал Трентон, протянув ко мне руку.

Я отмахнулась.

– Мам?

Она кивнула.

– Я об этом позабочусь, обещаю.

По ее взгляду я поняла, что настроена она серьезно. Мама вновь посмотрела на отца и чуть ли не зарычала.

– Лучше мы пойдем, – сказала я, кивая Трентону.

– Какого хрена?! – воскликнул Коби, выходя из темного коридора в гостиную в одних шортах. Его глаза были тяжелыми и уставшими.

– Коби, – бросилась я к нему. – Послушай. Трент не виноват.

– Я слышал, – нахмурился Коби. – Он правда напал на тебя?

Я кивнула.

– Он пьян.

Коби посмотрел на маму.

– И что ты будешь делать?

– Что?.. – сказала она. – Что ты имеешь в виду?

– Он напал на Камиллу. Он же, мать его, взрослый человек, а напал на твою дочь, которой двадцать один год. Что ты, черт побери, будешь с этим делать?

– Коби, – предупредила я.

– Дай угадаю, – сказал он. – Пообещаешь ему, что уйдешь, а сама останешься. Как и всегда.

– На этот раз не знаю, – сказала мама и опустила взгляд на отца. Несколько секунд она смотрела на него, потом вновь ударила подушкой. – Какой же дурак! – воскликнула она, ее голос надломился.

– Коби, прошу, не говори ничего, – умоляющим голосом произнесла я. – Разве нам нужна разборка Мэддоксов и Кэмлинов стенка на стенку?

Коби сердито глянул на Трентона, потом кивнул мне.

– Я перед тобой в долгу.

– Спасибо, – выдохнула я.

Трентон отвез нас к дому своего отца, припарковался, но не стал выключать двигатель «смурфика».

– Боже, Кэми. Я до сих пор не могу поверить, что ударил твоего отца. Прости меня.

– Не извиняйся, – сказала я, закрывая глаза ладонью. Невозможно было терпеть это унижение.

– В этом году мы отмечаем дома День благодарения. В смысле, как и каждый год, но на этот раз с праздничным ужином. Готовим настоящую индейку. Салаты. Десерт. Весь антураж. Ты обязана прийти.

Я разревелась, и Трентон притянул меня к себе.

Я шмыгнула носом, вытерла слезы и открыла дверцу.

– Мне пора на работу.

Я выбралась из машины, Трентон тоже, оставляя дверцу открытой. Он обнял меня, защищая от холода.

– Тебе стоило взять отгул. Останься со мной и отцом. Посмотрим старые вестерны. Это будет самая скучная ночь в твоей жизни.

Я покачала головой.

– Мне нужно поработать. Отвлечься.

Трентон кивнул.

– Хорошо. Я приеду, как только смогу.

Он обхватил мое лицо ладонями и поцеловал в лоб.

Я отстранилась.

– Сегодня не приезжай. Вдруг братья узнают, что произошло.

Трентон усмехнулся.

– Я не боюсь твоих братьев. Даже если будут все четверо.

– Трент, они – моя семья. Может, братья и придурки, но они единственные, кто у меня есть. Не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал.

Трентон обнял меня, сжимая крепче.

– Они не единственные, кто у тебя есть. Теперь все иначе.

Я уткнулась лицом ему в грудь. Он поцеловал меня в макушку.

– К тому же с этим не стоит шутить.

– С чем? – Я прижалась щекой к его груди.

– С семьей.

Я с трудом сглотнула ком в горле, поднялась на носочки и прижалась губами к губам Трентона.

– Мне пора.

Я прыгнула за руль «смурфика» и хлопнула дверцей.

Трентон подождал, пока я открою окно, а потом ответил:

– Хорошо. Сегодня я останусь дома. Но я позвоню Коуди, чтобы он присматривал за тобой.