Джейми Макгвайр – К тебе (страница 67)

— Знаю, знаю. Я не в плохом смысле. Я рада, что он вернулся домой. Он бывает у нас нечасто с тех пор, как решил… как бы сказать… что не верит в Бога.

— Ему, должно быть, нелегко, — сказала я, глядя на тарелку у меня в руке. Я тёрла её сухую поверхность тряпочкой из микрофибры, ожидая, пока Сьюзан передаст мне кастрюлю, которую она скребла. Тарелка уже давно высохла, но мне нужно было чем-то себя занять. — Осознавать, что он вас разочаровал.

— О, не думаю, что его это заботит, — ответила Сьюзан, с улыбкой глядя в окно над раковиной. Снаружи была кромешная тьма, и я гадала, что именно её так позабавило. — Иногда я задаюсь вопросом, не делает ли он это всё, чтобы насолить отцу.

— Насолить за что? — спросила Хэйли.

— Не бери в голову, — ответила Сьюзан и посмотрела на мой живот. — Трекс нередко делал что-то, чтобы досадить своему отцу. С самого детства. Едва научившись ходить. Две сильных личности не могут ужиться под одной крышей.

— Папочка тоже досаждает Скотти, мам.

— Я и не говорю, что отец святой, — возразила Сьюзан. Её голос звучал устало. — Я не могу понять причин этой вражды. Не думаю, что они сами их понимают.

— Но, всё же, он вас любит, — сказала я. — Он очень хотел приехать домой.

— Его сестра всегда была его любимицей, — сказала Сьюзан, наконец передав мне кастрюлю. — Он навещает её, когда выпадает возможность.

Меня беспокоило, что Сьюзан не признавала, что Трекс подвергался жестокому обращению в этом доме, но я решила не лезть в это. Трекс мало что рассказывал мне о своих родителях — так что не мне пытаться их примирить. То, что произошло, напугало Трекса достаточно, чтобы заставить его держаться подальше от дома месяцами и годами, несмотря на его привязанность к Хэйли. Вероятно, уже слишком поздно, чтобы что-то исправить. Я на собственном опыте знала, каково это. Сама мысль о том, чтобы примириться с матерью, доставляла мне мучения.

— Как твоё самочувствие? — спросила Сьюзан.

— Утреннее недомогание было ужасным. Но сейчас мне уже лучше, и я снова работаю всего одну ставку, так что мне теперь легче.

— Хорошо. Это замечательно. Когда я вынашивала Хэйли, мне было значительно хуже, чем во время первой беременности. Может, это из-за возраста. Кто знает? — Она вытерла руки о передник. — Спасибо за помощь. Надеюсь, вы будете держать нас в курсе. Это же наша первая внучка.

— Да. Разумеется, — заверила её я, надеясь, что чувство вины, которое я испытывала, не отражалось на моём лице. — Доброй ночи.

— Идём, — сказала Хэйли, схватив меня за руку и потащив из кухни.

Хэйли плюхнулась в кресло в комнате Трекса. В ванной через коридор слышался звук льющейся из душа воды. Я прислонилась к спинке кровати, ожидая, когда Трекс выйдет из душа. Он часто упоминал Хэйли, и тому была причина. Она наполняла комнату своим сиянием. Хэйли была изумительно невинна и полна энергии. К тому же, она имела влияние на своих родителей, чем не мог похвастаться Трекс. Трудно было поверить, что у них одни и те же родители.

— Трекс давненько не бывал дома, — сказала Хэйли, зевнув. — Я рада, что теперь у него появился повод. Может быть, я поступлю в Калифорнийский Университет, и тогда я буду находиться значительно ближе к вам и смогу вас часто навещать. Если ты не против, конечно.

— Разумеется, я не против. Мы всегда тебе рады.

— Правда? — переспросила она, выпрямляясь.

Я кивнула, удивившись её реакции.

— Круто, — улыбнулась она. — Не ожидала, что он когда-нибудь тебя найдёт, но я бесконечно рада, что ему это удалось.

— Ты имеешь в виду теорию о том, что он полюбил меня до того, как мы встретились?

— Уж и не знаю, — подразнила она, — Ты не похожа на теорию. Он говорил о тебе со времён старшей школы. Описывал тебя и тому подобное. Вот почему он никогда не заводил ни с кем серьёзных отношений, даже с Лаурой. Он знал, что найдёт тебя. Мы все считали, что он тронулся умом или просто выдумывает оправдания, но… вот ты здесь.

— Он описывал меня?

— Ага. Больше как личность. И он не ошибся.

— Это…

— Пугающе? — хихикнула Хэйли.

— Нет, это, вроде как… приятно. Не удивительно, что он не нервничает из-за беременности и нового дома. В отличие от меня. У него было достаточно времени, чтобы свыкнуться с этим.

— Тебе не стоит переживать из-за Скотти, — пожала она плечами. — Я вижу, как он на тебя смотрит. Он увяз по уши.

— Так и есть, — раздался голос Трекса у входа в комнату. Его волосы были влажными, а лицо чисто выбрито. На Трексе была белая футболка и серые спортивные штаны. Засунув руки в карманы, он стоял перед нами босой. Я чувствовала смесь ароматов геля для душа и дезодоранта, и с наслаждением втянула его запах. Трекс стал моим любимым ароматом, моим любимым человеком, моим любимым компаньоном для свиданий. — Душ свободен. Горячая вода ещё осталась.

— Спасибо, — поблагодарила я, собирая вещи.

Трекс проводил меня в ванную и показал, как включать душ. Я начала расстёгивать блузку, а он прислонился спиной к двери, с полуулыбкой на лице.

— Спасибо, что сказала это.

— Что именно? — уточнила я.

— Да всё. Не знаю, как быстро ты планируешь перебраться ко мне, но я бы не отказался от твоей помощи при оформлении детской.

— Ты говорил серьёзно? Ты превратишь кабинет в детскую?

— Да, — невозмутимо ответил он. — Нам потребуется целая комната для её вещей. Кроватка, подгузники, салфетки, простыни, игрушки…

— Значит, как только дом будет готов, — пожала я плечами.

— Это самый лучший стимул из тех, что я знаю, — улыбнулся он.

— Согласиться было как-то слишком уж просто.

— Не всё в этом мире слишком хорошо, чтобы быть правдой, Дарби.

— Знаю. Ты прав. Я продолжаю сопротивляться и спорить из-за того, что всё кажется таким… простым. А ведь то, что просто, должно быть хорошим знаком, а не красным флагом. Как ты и говорил… мы любим друг друга. Мы должны быть семьёй. Горошинка должна жить в доме, который ты для нас купил в отличном районе… если ты всё ещё хочешь этого, учитывая, что я сегодня устроила… и если что-нибудь произойдёт… если по какой-то безумной причине у нас ничего не выйдет… Я знаю, что ты будешь добр к нам.

— Если всё ещё хочу этого? — повторил он, фыркнув. Он сделал пару шагов ко мне, заключил меня в объятия и нежно поцеловал. Он приятно пах, и руки у него были невероятно тёплые. Я жаждала прикосновений его рук, мечтая, чтобы они накрыли меня всю целиком, как одеяло. — Я хочу, чтобы ты переехала ко мне. Хочу, чтобы ты помогла мне выбрать мебель, краску для стен, посуду — чтобы ты превратила это место в наш дом. Я хочу тебя. И её, — он коснулся моего живота, — и любого, кто к тебе прилагается. Хоть десять лет назад, хоть в день нашей первой встречи, хоть четыре месяца или сорок лет спустя… Я буду чувствовать то же самое, что и сейчас. Я никогда в жизни не был так ни в чём уверен.

Трекс наклонился, чтобы подцепить подол моей юбки и потянул её вниз, пока она не оказалась на полу. Он загляделся на меня, изучая глазами, полными желания, мою обнажённую кожу.

Я коснулась рукой живота, чувствуя, что должна обратить его внимание на очевидный недостаток, пока он сам не заметил:

— Толстею понемногу.

Мышцы на его руке напряглись, когда Трекс потянулся мне за спину и открыл дверцу душа, чтобы включить воду. Вода в трубах загудела, полившись из головки душа, а тем временем пальцы Трекса, словно шёлк, принялись скользить по моей растянутой коже.

— В жизни не встречал женщины прекраснее тебя.

Трекс стянул футболку через голову, сбросил штаны, а затем повернул нас, встав спиной под струи воды. Он медленно попятился, потянув меня за руки за собой, пока мы оба не оказались под размеренными струями воды, горячей, но не обжигающей. Вода лилась нам на головы. Трекс коснулся губами моего плеча и шеи, его руки скользили по моим изгибам, а пальцы замерли у меня между ног, словно он мечтал снова коснуться этого места с тех самых пор, как они побывали там в прошлый раз. Моё дыхание сбилось.

Трекс закинул моё колено себе на бедро и качнулся ко мне, сдвинув руку так, чтобы провести своим твёрдым членом по моей нежной коже. Я опустила руку вниз и коснулась себя его членом. Трекс обхватил меня сзади, глядя вниз на то место, где соединялись наши тела. Его губы вновь накрыли мои, и наши языки сплелись в танце. Он целовал меня иначе, чем прежде — не так бережно, словно наконец осознал, что мы принадлежим друг другу и все сомнения, что одолевали его раньше, исчезли. Я положила руки ему на шею, притянув его ближе и позволив своим пальцам скользнуть по его мокрым волосам на затылок. Трекс так часто говорил мне, что я была для него всем, но я вдруг впервые почувствовала, что и он создан для меня. Я чувствовала, как всё, что было сломано внутри меня, сливается обратно в единое целое, и я влюбляюсь в Трекса всё сильнее внутри этой душевой кабины. Я отдала ему себя во многих смыслах, потому что хотела, чтобы он получил меня, а не потому, что он пытался взять то, что ему не принадлежало.

Трекс повернул меня спиной к себе, слегка наклонив вперёд. Одной рукой он коснулся меня спереди, а другой он направил себя в меня. Я прижалась лбом к влажной стене душа, прикрыв глаза и наслаждаясь тем, как его член входит в меня, стараясь сдержать стон. Он двинулся назад, но я крепко обхватила его мышцами. Сопротивление отдалось по моему телу острым, но приятным ощущением. Не знаю, была ли причина в беременности, или в Трексе, но с ним всё ощущалось куда ярче. Трекс шепнул мне на ухо, что я красива и что он любит меня. Его мокрые бёдра слегка шлёпали по моим, когда он нашёл подходящий неторопливый ритм.