Джейми Макгвайр – К тебе (страница 2)

Карли кивнула и вышла. Я слышала через дверь, как она нашла ненавязчивый предлог, чтобы покинуть комнату воскресной школы, где мы втроём готовились к свадебной церемонии. Я сосчитала до пятидесяти, прежде чем открыть дверь и улыбнуться Стейси.

— Ну наконец-то, — сказала она. Её каштановые кучерявые волосы местами вылезли из наспех сделанного пучка. — Карли ждёт тебя снаружи. У неё там целый чемодан помады, так что она просила, чтобы ты вышла выбрать цвет, чтобы ей не тащить сюда всё целиком.

— Отлично. Ты не проверишь, готовы ли Элли и Джона? Платьице Элли село нормально?

— Я только что проверяла. Большую часть шоколада удалось оттереть. Ей-богу, Брайан туп как пробка. Дети ждут в комнате жениха вместе с Шоном и Брайаном. Платье Элли чуть велико в рукавах, зато она в полном восторге от цветочной корзинки, которую будет нести. И сразу тебя успокою, Джона понял, что в этот раз должен идти по проходу медленнее.

Я открыла дверь и выглянула в коридор. Церемония вот-вот начнётся, пианист играл по моей просьбе «Канон в ре-мажоре» Иоганна Пахельбеля[1]. Семья Шона и все наши общие друзья находились в алтарной части храма. От бокового выхода меня отделяло метра три.

— Никто тебя не заметит. Если собираешься выбрать помаду с Карли, то давай живо. У нас всего пара минут, — отчеканила Стейси. У неё был тот же приказной тон, что и у Шона. Они не знали, что такое просьба.

— Я мигом, — сказала я, шагнув вперёд, моё сердце бешено колотились, ладони вспотели. Хотя свобода была совсем рядом, за дверью, я в жизни так не боялась. Тест едва не выскользнул из пальцев, и я сжала их, не желая оставлять улики. Я не хотела давать Шону ещё один повод преследовать меня.

— Дарби, — раздался злобный окрик Стейси. Я замерла. Стейси протянула мне коричневый кошелёк с ремешком на руку, который она подарила мне на прошлое рождество. — Тебе это может понадобиться. Уверена, Карли не откажется от оплаты.

— Спасибо, — поблагодарила я, беря у неё свой кошелёк за кожаный ремешок и направляясь к машине. Дверь бокового выхода захлопнулась за спиной Стейси, которая вернулась обратно в церковь. Я молча перевела дух.

Карли, как и обещала, сидела в своем «лексусе», на заднем стекле которого красовалась ярко-розовая виниловая надпись с названием её фирмы «Помада и Иисус от Карли» и номером телефона. Я неуклюже залезла на переднее пассажирское сиденье, моё платье переваливалось через разделяющую нас консоль на её половину салона.

Она взяла меня за руку:

— Куда ты хочешь поехать?

— Куда угодно, главное — подальше отсюда.

— Автовокзал?

Я посмотрела на кошелёк, лежащий у меня на коленях, и кивнула.

— У меня есть две сотни долларов. Думаешь, хватит?

— Не волнуйся об этом, — ответила Карли, похлопав меня по руке, а затем врубив заднюю передачу. Мы отъехали от церкви и выехали на улицу.

Я включила радио, пытаясь заглушить звук множества голосов в голове, предупреждающих о последствиях моего поступка. Шон десятки раз говорил мне, что сделает со мной, если я его брошу. Иногда по его взгляду я видела, что была ему не нужна — он просто не выносил мысль, что я могу быть с кем-то другим. А я ночь за ночью лежала без сна, прислушиваясь к звукам надвигающейся угрозы.

Карли убавила громкость, взяла мою руку и сжала ее.

— Ты правильно поступаешь. Теперь всё будет гораздо лучше.

— Знаю, — ответила я, глядя в окно.

— Тебе нужно забрать что-нибудь из дома?

Я задумалась, понимая, что в любую минуту Шон заметит, что я сбежала, и направится прямиком домой, чтобы поймать меня, когда я буду собирать вещи. Я сжалась при мысли о том, что попаду в эпицентр его ярости и смятения.

— Нет, — сказала я. — Я не могу так рисковать.

— Может, я смогу придумать, как попасть внутрь и прихватить кое-какие твои вещи, а затем переслать их тебе? Можешь сказать список вещей навскидку?

Я вздохнула:

— Фотоальбомы. Фотография на ночном столике, где изображены мы с отцом. Но Шон, скорее всего, всё сожжёт.

— Ой, Дарби, мне так жаль.

— Не стоит. Денёк-то отличный, — я улыбнулась ей краешком губ.

Карли затрясла головой, отчего её волосы разметались.

— Я так и знала. Я знала, что этот сукин сын… Я поговорю с Джей Ди, когда вернусь домой. Может, если у Шона появятся неприятности, это его задержит. Мы все будем надеяться, что он не станет тебя искать, но…

— Он явится за мной. Ему лишь потребуется небольшая помощь.

— Ты имеешь в виду его брата.

Я кивнула.

— Дерек работает на правительство, он занимается чем-то связанным с компьютерами. Он не говорит, чем именно занимается, — не то чтобы мы понимали, в любом случае, — но он хвастался тем, что виделся с Эдвардом Сноуденом до того, как тот стал разоблачителем. Похоже, это лишь дело времени, — вздохнула я.

— Тогда мы должны увезти тебя туда, где он не сможет найти тебя. Есть идеи? Погоди. Не говори мне, я не должна знать. Лучше позвони мне, когда осядешь на новом месте. Держись вне системы и всё такое. Божечки, я даже не знаю, как это делать. Только наличные, наверное?

— Я оставила свой мобильник в туалете. Я не знаю твой номер. Даже если ты мне его дашь, я боюсь, не вспомню его, когда доберусь до места.

— Это не проблема, — как только мы остановились на светофоре, она достала чёрный маркер из сумочки и раскрыла свою Библию, записав свой номер на титульном листе.

— Карли, я не могу взять твою Библию.

— Тебе она понадобится. Я буду посылать тебе деньги, сколько смогу, когда тут всё поутихнет, — заверила она меня, держа колпачок маркера во рту. — У меня есть ощущение, что Шон будет следить за мной какое-то время.

— Участь незавидная, — заметила я.

Зажегся зелёный и Карли нажала на газ.

— Не переживай за меня. Этот парень у меня под контролем. Ему меня на запугать, — подмигнула она мне.

Ремень безопасности впился мне в грудь, когда Карли резко сбросила скорость, чтобы не пропустить поворот, когда мы подъехали к автовокзалу Грейхаунд. Карли нырнула в свою сумочку, извлекая из неё толстую пачку купюр и протягивая её мне.

— Не знаю, сколько тут. Сотен шесть минимум. Это наличка, оставшаяся после моей последней вечеринки. Этого должно хватить на билет куда-нибудь в паре штатов отсюда, на питание и на сменную одежду.

— Это слишком много, — сказала я, мотая головой.

— Тебе это нужней, чем мне. Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности. К тому же, до Дня Независимости остался всего месяц, — она упрямо подняла подбородок, горделивая улыбка чуть смягчила её черты. — В этом году отпразднуешь по полной, — она схватила меня за руку, а вторую руку положила на Библию, закрыв глаза. — Господь милосердный, мы молим тебя о благополучной поездке для Дарби. Храни её и оберегай. Да будет её путь беспрепятственным, да обретёт она счастье. И пусть продолжает чтить тебя. Во имя Господа нашего, аминь.

— Аминь. Спасибо.

— Не мне спасибо. Спасибо Иисусу. Это он поможет тебе справиться с этим. Так и будет, Дарби. Поверь.

Я обняла Дарби, склонившись над волнами белого тюля и тафты, вытирая слезы, когда мы разжали объятия.

— Ладно, хватит с этим, — сказала Карли, прочищая горло. — Настало время последующей жизни. Это радостный момент. Я люблю тебя. Счастливого пути.

— Спасибо. Огромное, — сказала я, потянув за ручку дверцы и выбираясь наружу.

Я сунула тест на беременность в кошелёк, прижала Библию к груди и огляделась. Никто из тех, кто прибывал на вокзал или покидал его, не пытался скрыть любопытные взгляды. Я сконцентрировалась на том, чтобы пройти через стеклянные двери и найти то, что искала, на экране над стойками касс. Целью было убраться подальше и поскорее. Техас и Луизиана сразу отпадали. Как и Оклахома. Может, Канзас? Меня передёрнуло. Канзас — неподходящее для приключений место. Самым дешёвым пунктом назначения, а также максимально удалённым от Форт Худа, был Колорадо Спрингс, Колорадо. К тому же, автобус туда отходил всего через полчаса. Я надеялась, что билеты ещё остались.

Седой мужчина за стойкой был не впечатлён моим видом:

— Куда вам?

— Билеты до Колорадо Спрингс ещё остались?

Его пальцы пробежались по клавиатуре перед ним:

— Один.

— Беру! — воскликнула я.

— Билет эконом-класса, — ответил он, разглядывая моё платье.

— Прекрасно.

Он наклонил голову, глядя в монитор через нижнюю часть бифокальных очков.

— Багаж есть?

— Нет.

— Сто один доллар восемьдесят два цента. И ваши удостоверение личности.