Джейми Макгвайр – К тебе (страница 4)

— Нет, это частный сектор. Платят куда лучше. А теперь серьёзно. Отвали на хрен.

Мэддокс хохотнул, прикончил выпивку и присоединился к своим приятелям в другом конце зала. Они были моложе меня, но побывали в куче переделок. Борьбу с огнём я уважал.

Ставрос поставил передо мной ещё одну пинту пива и кинул на группу мужчин за моей спиной. Мэддокс угостил меня выпивкой. Мне не хотелось, чтобы он мне нравился, но и убедить себя в том, что он был плохим парнем, я не мог. Я склонил голову в знак признательности и уставился перед собой.

— Что это было? — спросил Ставрос.

— Ничего.

— Похоже, вы знакомы?

— Его младший брат впутался в неприятности.

— А ты помог?

— Не-а, — хмыкнул я, принимаясь за новую пинту.

— Ты ещё более раздражителен, чем в прошлый раз, а мне казалось, что это невозможно.

— Правда? — спросил я.

— Полагаю, новая работа как-то связана с оперативным комплексом в горах Шайен?

— Что это?

Ставрос подмигнул.

— Это единственный секрет, который до сих пор не раскрыт здесь.

— Звучит гораздо круче, чем то, чем я занимаюсь, — ответил я, стараясь не выдать себя мимикой.

Последнее, что мне нужно, — это чтобы гостиничный бармен всем растрепал, что я работаю на объекте строгой секретности, ещё до моего первого дня. Ставрос казался разочарованным и полностью уверенным в том, что ошибся.

— Ты здесь один? — спросил он.

— Только я.

— Новый старт, да?

Я несколько раз начинал всё заново, но ни разу это не казалось чем-то новым. Покинул дом, чтобы вступить в военно-морской флот, перешёл в ФБР, а теперь — в частное охранное предприятие. Подобно множеству ветеранов, я пытался найти своё место в жизни после того, как меня уволили со службы. Почётная отставка после того, как в перестрелке мне прострелили колено, была сама по себе тягостью. Десятилетие, проведённое в войсках, несколько перераспределений, бесчисленные миссии и один похищенный десятилетний ребёнок с минимальной боевой подготовкой, стали завершением моей карьеры. Я прикоснулся к своему колену, чувствуя выпуклые шрамы.

— Как знать? Может, в этот раз всё будет правильно.

— Ага, значит, ты уже делал это раньше.

Я кивнул. Вылечив колено, насколько возможно, я позвонил одному старому приятелю, возглавляющему «Дип Сикс Секьюрити». Поначалу вождение пуленепробиваемых транспортных средств, оснащённых кондиционерами, казалось шагом вперёд, но защита нечистых на руку политиков, контракты на вооружение и военные диктаторы меня доконали — никакие деньги не помогали мне забыться; потом моё левое плечо обожгла световая граната во время ночного рейда. Когда меня приняли в Квантико, я решил, что наконец нашёл своё предназначение. Как оказалось, нет — два года в ФБР показали, что это было не моё. Мой босс в Денвере был сносным по сравнению с мудаком из Сан-Диего, но я работал с аналитиками и бюрократами. Даже оперативники носили галстуки и блейзеры на работе. Никто из тех, кто носил костюм, не перепачкался. Работа там — это решение, принятое в отчаянии, и я исправил это решение как можно скорее.

— Похоже, она здорово тебя кинула, — заметил Ставрос. — Не видно и тени сожаления.

— Не-а. Я ещё её не встретил.

— Ох ты, да ты веришь в единственную?

Я улыбнулся, прежде чем сделать глоток. У меня было пару девушек, но ни одна из них не избавила меня от чувства, что где-то есть что-то большее… кто-то… Я познакомился с Лаурой сразу после базы. Она могла бы стать образцовой женой военного. Мы прожили вместе год, но мы оба поняли, что это была не любовь, и когда три года спустя она вышла замуж за моего лучшего друга, я был шафером у них на свадьбе. У меня было много свиданий, и много разных женщин, которых моя младшая сестра Хэйли называла «отвлечением», но как бы восхитительны, прекрасны и забавны они ни были, я знал, что никто из них не та самая. Моя девушка была где-то в другом месте, и я мог чувствовать её так же, так чувствовал Мэддокса и его приятелей, сверлящих взглядами мой затылок.

Мой телефон завибрировал в заднем кармане и я встал, опустив свёрнутую банкноту в пять долларов в банку для чаевых.

— А я как раз о тебе думал, — сказал я, направляясь к лифтам.

— Не сомневаюсь. Обживаешься? — спросила Хэйли.

Я лавировал между пожарными, попивающими пиво марки «IPA» со скидкой.

— Насколько это возможно в гостиничном номере.

— Они не выделили тебе жильё?

— Не-а.

— Ты так и не сказал мне, чем занимаешься в Колорадо Спрингс.

— И не скажу.

Хэйли вздохнула и я рассмеялся. Мы с ней частенько избегали правды.

— У меня не так много времени. Я на обеденном перерыве. Но я рада, что ты всего в трёх часах езды от меня. Приедешь домой на Пасху? Отец готовит проповедь на десять месяцев раньше.

Я нажал на кнопку вызова лифта и стал ждать.

— Разве каждый год не одно и то же? К чему там готовиться? Разве что решить, какую притчу рассказать.

— Хватит.

— Серьёзно, ты читала проповеди? Жил-был мужчина, двое мужчин, мужчина и ангел или ангел в гробнице? Они отличаются в Евангелии от Матвея, Марка, Луки или Иоанна. И это он называет непогрешимым словом Божьим? — дверь лифта открылась, и я вошёл внутрь, тут же раскаявшись в своих словах. — Прости, ХэйБеллс.

— И когда ты стал таким пессимистом?

— После моего первого перераспределения, когда прочёл Библию. Слушай, я на следующей неделе буду входить в курс дел на новом месте. Буду задерживаться допоздна, тренируя команду, так что следующую пару недель я буду недоступен.

Лифт дёрнулся, останавливаясь. Двери открылись, я вышел в коридор, свернул налево и — хоть я знал, куда идти — проверил указатель, убедившись, что мой номер находится слева. Номер 201 располагался в конце коридора. Я остановился перед дверью, пытаясь достать ключ от номера и удерживая телефон плечом.

Хэйли трещала о бале для учащихся в предвыпускном классе и о новом парнишке, который тёрся вокруг неё, а также про свои заявления в колледж. Я не винил её за пренебрежение к тому, какой была моя жизнь в старшей школе. Крики, жёсткие правила, отсутствие уединения. Я был прототипом. Родители научились на мне тому, как стоит воспитывать ребёнка, чтобы его оттолкнуть. Теперь же отец расслабился. Мать стала чаще перечить ему. Детство Хэйли было почти нормальным.

— Ты меня слышишь? — спросила она, когда я справился с замком. Я открыл дверь.

— Прости, ты сказала миссионерская поездка? На этот раз в Гондурас, так?

— В прошлый раз тоже был Гондурас. Думаю, тебе стоит поехать. С тобой мне будет гораздо спокойнее.

— Я бы хотел, Беллс. У меня завтра первый рабочий день. Какое-то время отпуска у меня не будет.

— Это же всего на неделю. Ты можешь отпроситься на неделю.

Я рухнул навзничь на жёсткий холодный матрас, уставившись на кремовый потолок. Свет я не включал, и солнце проникало через щель в затеняющих шторах.

— Я скучаю по тебе, малышка.

Я слышал, как она дуется, и это меня позабавило. Она всегда думала обо мне только хорошее. Сложно было соответствовать её представлениям обо мне.

— Я тоже по тебе скучаю, Скотти.

— Передай маме с папой, что я люблю их.

— Хорошо. Удачи завтра.

Когда она повесила трубку, комната словно опустела, стала темнее. Хэйли была светом с собственным источником. Она, мои родители и дом, где я провёл детство в Гудланде, Канзас, были всего в нескольких часах отсюда. Но почему-то это совсем не утешало. Через пару месяцев Хэйли исполнится восемнадцать. Она в любой момент может сесть в машину и приехать повидать меня. Ни о чём другом я не мечтал так сильно, как провести время со своей младшей сестрёнкой, но хранить секреты было проще, когда нас разделял самолёт.

Я посмотрел на часы. До отбоя ещё семь часов. Я закрыл глаза, собираясь вздремнуть полчасика, надеясь, что этого хватит, чтобы отдохнуть, и чтобы проснуться до кошмаров.

Кто-то постучал в дверь, и я открыл глаза.

— Минуту, — крикнул я, направляясь к двери.

Открыв дверь, я увидел Тэйлора Мэддокса и парочку его приятелей. Я напрягся, готовый к драке.

— Мы собираемся пообедать в городе. Хочешь с нами? — спросил Тэйлор.

Обед — это лучше, чем воевать с безликими врагами, вооружёнными винтовками, у которых никогда не кончались патроны, как только я засыпал.