Джейми Дей – Соседская вечеринка (страница 22)

В любом случае, я одновременно взволнована и обеспокоена, когда возвращаюсь к своей машине. Я выяснила о Райли нечто по-настоящему интересное, о чем Джей наверняка захочет узнать. Однако я беспокоюсь за нее. На мой взгляд, это выглядело так, словно она была не в своей тарелке и, возможно, даже в опасности.

Глава 15

Алекс, совершенно умиротворенная, гуляла с Зои прекрасной ночью, под черным небом, усеянным звездами, когда услышала шум. Драка. Вопли. Что-то явно было не так. Звук доносился из дома Кумаров, поэтому она бросилась в том направлении. Ее дыхание участилось, рядом трусила Зои, навострив уши.

Шум становился громче по мере того, как они приближались к особняку. Ее спокойствие как ветром сдуло, она не на шутку встревожилась. Звуки, издаваемые двумя людьми, вовлеченными в жаркий спор, превратили безмятежную обстановку в нечто угрожающее. Она напрягла слух, но не смогла разобрать, о чем идет речь. Алекс оправдывала свою слежку, основываясь на своих подозрениях в отношении Самира. Судя по громкости разговора, вот-вот могли возникнуть настоящие неприятности.

Перепалка вскоре утихла. Какое-то время Алекс не слышала ничего, кроме стрекота ночных тварей, призывающих па́ру или еду. Она посмотрела через улицу на свой дом, уловив проблеск голубого света сквозь занавески в гостиной, и представила себе Ника, растянувшегося на диване и, вероятно, спящего. Бейсбол никогда не привлекал ее; она оставила его с «Ред Сокс», отставшими на четыре раунда.

В комнате Летти тоже горел свет. Работала ли ее дочь над программами для колледжа, как обещала? Вряд ли. Алекс догадывалась, что дочь делала это только на словах. Была ли она такой властной, как утверждала Летти? Возможно. Разговор между ними стал немного жарким. Алекс ушла с чувством, что она несправедливо выместила часть своего стресса на Летти. Она даже могла догадаться о причине этого. Девичник всколыхнул множество бурных эмоций из прошлого. На насесте должно было быть больше детенышей, гнездящихся в других комнатах, но в ее доме горели только два светильника, других не было. Скоро останется только один.

Алекс почувствовала, как Зои натянула поводок, направляясь к дому Кумаров. Там снова разгорелся скандал. Сердитый окрик, почти визг, оказался достаточно громким, чтобы она подумала о том, чтобы позвонить в 911. Алекс укрылась за высокими колючими кустами, отмечавшими границу владений Кумаров. С этого момента она могла лучше слышать, но по-прежнему не могла видеть, что происходит внутри дома. Голоса были приглушены, но отчетливый баритон Самира Кумара ясно передавал его недовольство. Алекс крадучись вышла из-за кустов, чтобы занять более выгодную позицию для наблюдения.

Со своего нового места она могла разглядеть через окна две фигуры, но все еще не могла их отчетливо слышать, хотя легко разобрала слова «ты сделала» и «неприемлемо».

Что неприемлемо? В любом случае, контролирующее поведение Самира опять было налицо. Донесся еще один боевой залп, тоже от Самира. На этот раз она уловила: «Я же сказал, что нельзя».

Остальное было слишком невнятным, но женский голос определенно что-то ответил. Мэнди плакала? Могло быть и так, судя по тону. Воинственный выпад Самира продолжался до тех пор, пока Мэнди не повысила голос достаточно сильно, чтобы Алекс могла понять сказанное совершенно отчетливо:

– Прекрати это, Самир. Я не обязана подчиняться твоим приказам!

Алекс уже собиралась уходить. Это семейная ссора, не более того. Не ее дело. Но тут Зои залаяла своим самым громким, пронзительным лаем. Алекс охватила паника, она притянула собаку к себе, используя свою руку, чтобы соорудить импровизированный намордник. Мгновение спустя снаружи зажегся свет.

– Тс-с-с, – прошептала женщина. – Тс-с-с!

Крадучись, Алекс пробралась обратно под прикрытие кустов как раз в тот момент, когда открылась входная дверь. Она оказалась в ловушке. Если бы она направилась через улицу, Самир увидел бы ее и понял, что она пряталась на его территории.

Словно в подтверждение ее опасений, Самир вышел на крыльцо. Алекс попыталась замедлить дыхание, считая про себя до пяти при каждом вдохе.

Зои извивалась в ее объятиях, заставляя Алекс сжимать крепче. Лай, вероятно, выманил хозяина наружу. Возможно, он рассудил, что владелец собаки находился поблизости и подслушивал разговоры, которые он хотел бы сохранить в тайне.

Острые концы веток больно впились в спину Алекс, когда она углубилась в кусты, чтобы лучше спрятаться. Пока она это делала, Самир спустился на одну ступеньку, затем на другую. Она прижала колени к груди и закрыла глаза, молясь, чтобы он не пересек свою подъездную дорожку. Присутствие здесь было бы трудно объяснить. К счастью, Самир развернулся и отступил обратно в дом, закрыв за собой дверь. Наружный свет погас, погрузив Алекс в темноту. У нее вырвался вздох, она даже не осознавала, что все это время задерживала дыхание.

Со все еще колотящимся сердцем Алекс отвела Зои домой, но не смогла поговорить с Ником. Он храпел на диване. Поэтому она отправилась к своей сестре, горя желанием сообщить ей о происшествии. Было только начало десятого.

Кен находился дома и смазывал свой пистолет, сидя за кухонным столом. Детали были беспорядочно разбросаны на газете. Не будучи поклонником огнестрельного оружия, Алекс всегда чувствовала себя немного неловко при виде пистолета, принадлежавшего шурину. Когда Эмили налила вина, Алекс с благодарностью приняла его, не потрудившись сказать сестре, что она уже немного пьяна.

– Знаешь ли ты, что огнестрел является основной причиной смерти детей? – обратилась Алекс к Кену.

– Правда? – Кен ответил так, словно ему было совершенно все равно.

– Правда, – кивнула Алекс. – Он даже обогнал автокатастрофы.

– Буду знать. – Кен одарил ее дерзкой улыбкой, насквозь неискренней. – Но завтра мы пойдем с этой малышкой на стрельбище, а не на расстрел. Так что не волнуйся. – Он подмигнул ей игриво, но пренебрежительно.

– Ты же знаешь, мы храним пистолет в сейфе в подвале, – вмешалась Эмили. Она тоже не являлась поклонницей оружия, но защищала эту позицию, чтобы поддержать своего мужа. – Статистика всегда упускает из виду, что большинство смертей, связанных с применением огнестрельного оружия, связаны с безрассудством или беспечностью.

– Или самоубийством. – Закончив собирать пистолет, Кен осмотрел свою работу.

– Может быть, и так, – согласилась Алекс. – Но я надеюсь, что у Самира Кумара его нет.

Фраза привлекла внимание Кена.

– Почему это? – поинтересовался он.

Алекс рассказала о том, что она подслушала возле дома Кумаров. Кен достал из холодильника куриную ножку, оставив пистолет на столе без присмотра.

– Из-за чего они поссорились? – полюбопытствовала Эмили.

– Ничего толком не было слышно, – сказала Алекс. – Но обстановка там определенно накалилась.

Кен откусил большой кусок мяса и принялся медленно жевать.

– Почему нас вообще касается, из-за чего ссорятся Самир и Мэнди? – спросил он с набитым едой ртом. – Пары ссорятся. В этом нет ничего необычного.

– Особенно здесь, – проговорила Эмили.

– Туше, – произнес Кен. – Эй, Алекс, спасибо, что пришла и испортила такой прекрасный вечер.

– К вашим услугам, – расшаркалась Алекс.

– Может быть, тебе следует уделять больше внимания своей дочери, а не делам других людей, – спросил Кен. – У Летти депрессия.

Алекс ответила свирепым взглядом.

– С чего ты взял? Потому что она носит черное? Откуда тебе вообще знать, что думает или чувствует Летти?

– Я ее дядя, – спокойно произнес Кен. – Я замечаю разные вещи. Мне не все равно. Кроме того, я общаюсь с Ником.

Алекс скрестила руки на груди. Она фыркнула.

– Значит, Ник думает, что у его дочери депрессия? Что ж, он мог бы поделиться со мной

– Может быть, он и пытался, – парировал Кен. – Может быть, ты слишком занята, вникая в проблемы других людей, чтобы услышать его.

– Потрясающе! Обязательно быть таким придурком? – возмутилась Алекс без особого энтузиазма.

– Придурком, да? – Кен выбрасил куриную косточку в мусорное ведро. – Давай я тебе кое-что покажу.

Алекс последовала за Кеном в его кабинет на первом этаже. Вскоре после этого вошла Эмили. Французские двери, выходившие в личное рабочее пространство Кена, были дорогим антиквариатом, о чем он давал знать всем, независимо от того, спрашивали о них или нет. Его книжные шкафы оказались забиты томами по бизнесу: «Думай и богатей», «Психология убеждения», «Искусство войны», «Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей». Очевидно, Кену нужно было перечитать их еще раз, но Алекс придержала язык. Полки ломились от трофеев – его и мальчиков. На большинстве фотографий в рамках, украшавших стены, был запечатлен Логан во всей своей спортивной красе. Фотографий Дилана оказалось гораздо меньше. Кена это несоответствие волновало не так сильно, как статистика Логана по лакроссу в «Сиракьюз», которую он мог процитировать дословно.

На его широком кленовом столе был разложен набор чертежей.

– Я большой придурок, не так ли? – Кен постучал пальцем по чертежам. – Кто превращает свой отдельно стоящий гараж в квартиру для твоей матери? Этот придурок, вот кто. – Кен ткнул тем же пальцем в свою мускулистую грудь. – И расходы продолжают расти, потому что твоя мама, очевидно, хочет итальянский мрамор в ванной и дорогую фаянсовую отделку. Отлично. Позволим ей жить хорошо. К счастью для нас, я справляюсь с этим на работе… верно, Эм? – Он сказал это так, как будто Эмили не заработала солидные комиссионные за продажу дома Кумарам. – На самом деле я не то чтобы хочу тратить свои деньги, – продолжал Кен, – но семья превыше всего – вот мой девиз.