Джейд Дэвлин – Злата. Медвежья сказка (СИ) (страница 16)

— Хитрая скво! — сказал он. — Думаешь, я забыл твои сказки про умную бобриху и ее мужа, каждую весну чинившего плотину? Ладно… здесь я вроде все разобрал. Что теперь?

— Спать сегодня в доме еще нельзя. — Я задумчиво повела носом. — Там все пахнет… несмотря на пятьдесят ведер воды. Стены и пол сырые, надо ждать, пока все высохнет. Значит, с обустройством жилья подождем, займемся запасами на зиму. Пошли вершу мастерить, я тебя научу.

— Это из твоих индейских штучек? Может, все же сеть сплести?

— Сплетем. Но для начала и верша пойдет, все больше наловим, чем руками и лапами. А потом я буду учить тебя шить мокасины, потому что мне не нравится, когда Кристина бегает по лесу босиком. Она все же не индейский ребенок. К сожалению.

— Ты такая уверенная стала, — заметил Айвен. — В фактории ты такой не была. То есть дома была, а среди людей…

— Там же все чужое, кроме тебя и Кристины, — я пожала медвежьими плечами. — А в лесу — родное и понятное. И индейское хозяйство я знаю. Пойдем делом займемся, некогда болтать.

Ага, а то мы и без того вступили на зыбкую почву различий между бывшей женой и нынешней. Я отвечаю часто на одной интуиции и угадайке, вечно везти в этой игре мне не может. Можно все списать на частичную потерю памяти — тут помню, тут не помню. Но это слишком странно будет смотреться.

Вершу плести я умела. Когда-то. А теперь могла только руководить действиями Айвена, ну и заодно выпасать Кристинку, потому что этой егозливой козе категорически не сиделось на одном месте. Пришлось ловить мелкую лапами поперек пуза, прижимать к груди и держать. И руководить.

И знаете, что я вам скажу? Фиговое это дело, быть боссом! Потому что за результат ты отвечаешь, а шевелить лапами надо заставлять других. И этим другим, точнее другому, надо словами — СЛОВАМИ! — правильно объяснить, что за странную штуку вот из этой ободранной ивы ты хочешь в результате получить. И как для этого надо правильно срезать прутья. И зачем их замачивать. И как переплетать. И нет, в такие дыры уплывет даже медведь, не то что лосось! Прутья надо класть чаще!

В конце концов, спустя почти три часа, я готова была лично срезать целый лес ивовых веток и отстегать непонятливые трудовые резервы по чертовым штанам, чтобы они, резервы эти, прекратили занудить, ругаться, дразнить вершу кривобокой корзиной и делали все, как я сказала!!!

— Очень сомневаюсь, что этой дырявой дрянью можно что-то поймать. — Айвен очень скептически оглядел дело рук своих и укоризненно уставился на меня. Вроде как я заставила его три часа заниматься ерундой. — Лучше бы мы нормальную сеть сплели.

— Из чего, из твоих волос, дорогой? — елейным тоном спросила я, вставая на все четыре лапы и переправляя уснувшего от скуки и усталости ребенка папе на руки. — Пошли, недоверчивый ты муж, я покажу тебе, как правильно воспитанная медвежья скво умеет рыбачить с помощью подручных средств лучше всякого рыбака с сетями!

— Угу, особенно когда руки для этих подручных средств чужие. — Айвен поудобнее перехватил Крис, с нежностью устроил ее голову у себя на плече и поплотнее завернул ее в накидку, которую мы первым делом соорудили из краденой рубашки злодея.

Глядя на то, как бережно и умело мужчина обращается с ребенком, я тихонько вздохнула и перестала раздражаться на него за то, что он все время ворчит и спорит. Главное — не слова, главное — дела.

Глава 22

Рыбалка началась с изучения ситуации. А то только конкурентов на рыбу нам не хватало. Я изображала хорошо подкованного в природных разборках медведя и, оставив семейство в кустах на берегу, не спеша зашла в воду. Какое-то время постояла среди потока, пристально наблюдая за рыбой, выбирая подходящую жертву. Ага-ага, плывут, родимые! Толстенькие, серебристо-лаковые, с красными пятнышками на плавниках.

Несколько быстрых прыжков — и рыбина забилась у меня в лапах. Голодный зверь во мне взревел не своим голосом, горько сетуя на то, что весь день его заставляли заниматься противоестественными для нормального животного делами и даже ни разу не дали никого сожрать. Так что эта рыба МОЯ!!!

Да твоя, твоя, никто не отбирает. Жри, утробушка ненасытная. Мр-р-рням!

Чтобы медведь прекратил бунтовать и ходить внутри меня с транспарантами, на которых нарисован большой голодный желудок, пришлось скормить ему еще две рыбины. А потом я усилием воли взяла себя в лапы, корзину-вершу в зубы и пошла вниз по течению, туда, где стремительный поток разбивался на узкие рукава между каменистыми порогами. Ага, вот хорошее место. Сейчас я примерюсь…

— Ур-р-рхаха! — Сразу десяток толстых, вкусных лососей, стремящихся умереть во славу будущих поколений, в пенистых струях воды влетели в плетеную тюрьму и забились об ивовые стенки. Я, надувшись от гордости, поволокла свою добычу к кустам, в которых оставила семейство. Во-от, пусть кое-кто посмотрит, какая я умная, предусмотрительная и добычливая!

В кустах, впрочем, как и ожидалось, все было сложно. Сердитый Айвен, шепотом ругаясь разными смешными словами вроде «паршивая медвежонка» и «непослушная девочка», держал поперек пуза отчаянно размахивавшую лапками зверодочь. Муж вспотел, был красный и злющий, а маленькой поганке все нипочем, она рвалась в воду и тоже явно хотела ловить рыбку, большую и маленькую.

— С этим надо что-то делать! — в отчаянии пропыхтел мужчина, неизвестно в который раз перехватывая поудобнее почти вывернувшегося из рук толстого мохнатого слизнячка. — Она превращается в самый неожиданный момент и бежит! Еле поймал…

— Если ты думаешь, что в человеческом виде она ведет себя иначе, спешу тебя разочаровать, — немножко съехидничала я. — Это ты целый день то в конторе, то по делам, приходишь домой, только когда ребенок уже убегался и смирно спит. А нам, женщинам, с того момента, как поползло, покоя нет.

— Уф-ф-ф-ф, — выдохнул муж, с облегчением глядя, как я аккуратно перехватываю непослушную медведку шубами за шиворот. — А я хотел второго… О!

Это он заметил полтора десятка рыбин в самодельной рыбачьей снасти. Впечатлился, полез их доставать и щупать.

— Сначала с первой бы разобраться. Значит, так. Дай ей две рыбины, пусть ест, инстинкт ей подскажет, какие части лосося самые вкусные. А остальные тебе надо почистить, помыть, посолить и развесить на шнуре повыше между ветками деревьев, чтобы снизу какая зверюга не допрыгнула. И следить, потому что некоторые еноты, скажем, отлично лазают.

— Помыть и почистить? И одновременно смотреть за ребенком?

— Ну да, обычное же дело, ничего сложного. Испокон века так рыбу на зиму заготавливают. Потом еще и подкоптить надо будет, я тебе покажу, как печку-коптилку выкопать в склоне холма, по индейскому методу. Но сначала тушки надо подготовить. А я пошла дальше добычу добывать.

Айвен что-то там явно бормотал мне вслед, но я уже радостно рысила к середине реки, взбивая водяную пену лапами. Хо-хо-хо-о-о-о! В кои-то веки пойманную мной рыбу будет чистить кто-то другой, а я поимею удовольствие от добычи, не убиваясь над переработкой. А то, блин, вечно эти охотники ходят с такими лицами, словно делают самое сложное и важное дело на свете, а всякие скво с детьми и скребками у костра — это так, обслуживающий персонал, который всю дорогу балду гоняет.

Во-от теперь добытчицей буду я, а скво будет изображать кое-кто другой. И мне это нравится! Поневоле стоит задуматься, а оно мне надо — искать способ превратиться обратно в человека? Как пить дать, тут же припашут к домашнему хозяйству.

Ладно, во всяком случае сейчас я чувствую себя вольной медведицей с большой корзиной для рыбы! Ийех-х-о-о- о! Держись, лосось, сейчас я начну заготавливать тебя тоннами!

К тому моменту, как крутобокое солнце начало, позевывая, натягивать на себя мохнатое одеяло лесистых холмов, гора лососей на берегу выросла до угрожающих размеров, а яма, которую под моим руководством Айвен выкопал для того, чтобы похоронить там рыбьи внутренности, заполнилась до краев.

Муж был похож на дико злющего и ужасно грязного черта. Объевшаяся рыбой малявка тоже перемазалась в кишках и чешуе по самые уши, причем в самом буквальном смысле слова. И одна я была довольна так, что буквально лоснилась от осознания собственной добычливости и запасливости.

— Чтобы я еще раз… — шипящим злым шепотом поведал Айвен, косясь на задремавшую на пригорочке зверодочь, — чтобы я хоть когда-нибудь…

— Здрасте, приехали. — Я отошла на пару шагов и как следует встряхнулась, став похожей на взлохмаченную черную щетку для вытирания пыли. — Ты что, думаешь, этой малости нам хватит, чтобы перезимовать? Да мы только начали! Еще минимум две недели будет ход рыбы, и ни одного дня нельзя потерять зря.

Айвен уставился на меня расширившимися глазами и взвыл, разом забыв, что не хотел будить дочь.

— Не-е-ет!

— Да-а-а! И кроме рыбы нам еще кучу всего надо будет заготовить. — Я села на на хвост и принялась перечислять, по одному загибая когти:

— Мясо поймать, ободрать, разделать и засушить-прокоптить. Сухожилия, опять же, для шитья обработать. Шкуры очистить и промять, вымочить, обезжирить, ну там свои способы, я тебе расскажу и даже смогу немного помочь. Ягоды. Грибы. Травы целебные! По видам рассортировать, правильно засушить, под крышей развесить. Одежду тебе и мелкой сшить. Мокасины смастерить…