Джей Райтс – Скажи: «Убей меня» (страница 12)
– Романтический?
– Надевай уже шлем, или будем здесь вечно сидеть?
Рёв мотора заглушил неразборчивое бормотание Линды, и она прикрыла глаза, наслаждаясь встречным ветром и крепче сжимая руками талию, сокрытую под кожаным полотном, впереди сидящего ехидного совершенства.
Чужой изучающий взгляд проводил парочку до поворота, так и оставшись незамеченным.
***
– Куда продукты положить?
– Да думаю, в гостиной фильм будем смотреть, тут телевизор большой. На столике все и разложим. Сейчас я тебе помогу. Тебе на работу сегодня во сколько?
– Кхм… У меня выходной сегодня. На работу завтра теперь… К двенадцати.
– Ммм… Удобно, слушай. Даже если в выходные занят, когда все работают, у тебя может быть выходной. И везде намного сводобнее, без этих бесконечных толп.
– Ну да… Гибкий график. – Билл почесал в затылке. – А Андрей Иваныч когда, говоришь, придет?
– Сдался он тебе… Ну, могу спросить, если хочешь.
– Да, спроси. А то неудобно как-то…
– Что?
– Ну, вдруг придет он, а мы тут с тобой вдвоем.
В воздухе повисла неловкая пауза. Билл громко сглотнул. Линда завертелась и, не зная, куда себя девать, пробормотала себе под нос, что она, конечно, спросит и скользнула в свою комнату. Там она избавилась от конспирации в виде кофты с капюшоном, повесив ее на плечики в шкафу, подошла к ноутбуку и на всякий случай закрыла вкладку с аккаунтом своего гостя, чтобы не показаться ему помешанной. Посмотрела на время, было уже три часа дня. Написала отцу сообщение и отложила телефон, не ожидая, что он ответит сразу. Для срочных вопросов они договорились использовать звонки. По обыкновению она щелкнула курсором по первой попавшейся песне из плейлиста, и из колонок заиграла песня «Краш»: «Ты ты ты мне не враг, но с тобой не дружу. Я твой личный маньяк, я тебя придушу…»
– Ооо, ну и что за ерунду ты слушаешь, Линни? Это что, «Руки вверх»? – тут же отозвался голос из-за двери.
– Это Клава Кокка и Niletto. Можно подумать, ты слушаешь исключительно Шуберта… – хмыкнула она.
– Ну, не знаю насчет Шуберта… А вот Nickelback или, к примеру, Limp Bizkit…
– Очень романтично…
– А что? Разве нет? Ты вот слышала «How You Remind Me»?
– Что? – громко переспросила Линда, не разобрав вопроса сквозь звуки музыки.
– Ничего! Выходи уже, говорю… Хотя, если подумать, слова мне нравятся, – голос из гостиной прозвучал игриво, а дальше последовал дурацкий смешок.
Находиться в доме вдвоем было непривычно, поэтому атмосфера здесь витала какая-то несуразная. Линда открыла дверь и, тихо ступая в мягких тапочках, вернулась в комнату уже одетая в легкую маечку и джинсы, сходила на кухню за ножом и разделочной доской, помыла овощи и принялась резать салат на столике в гостиной.
Вдруг за окном раздался раскат грома и, несмотря на дневное время, почти моментально стемнело. Через минуту по стеклу забарабанил ливень.
– Вовремя мы все-таки вернулись, а ты сопротивлялась… хотя и недолго, – снова хихикнул Билл.
– Я бы на твоем месте была осторожнее с выбором слов, когда у меня в руках нож. – Линда нахмурила брови и сделала вид, что замахивается.
– Ты мой личный маньяк? – еще сильнее расхохотался он, на этот раз заражая своим смехом и Линду.
Обстановка постепенно становилась все более непринужденной. Смеясь собственным шуткам, ребята начинали чувствовать себя комфортнее друг с другом. Билл, сидевший на диване, подключился к интернету и начал предлагать фильмы один за другим, пытаясь прийти к согласию в выборе с Линдой.
– А «Веном» ты тоже уже смотрела? Говорят, интересно.
– Да кажется, слышала что-то… Это про врага Человека-паука? Что-то в этом роде?
Он кивнул.
– Слышала, но не смотрела. Давай тогда его и посмотрим.
Когда начался фильм, Линда жевала салат из зелени, огурцов и томатов, уставившись в экран, а Билл со смачным причмокиванием уплетал чизбургер, и в дополнение ко всей картине, мычал от удовольствия, будто специально пытаясь привлечь к себе внимание. Линда честно старалась сосредоточиться на сюжете, но искушающие запахи и звуки не давали покоя, поэтому она принялась нервно вертеться, а потом, не выдержав, вскочила с дивана и решительно заявила:
– Пойду отварю себе грудку.
Билл тут же дернул ее за руку и притянул обратно на мягкую седушку.
– Да расслабься уже! Ничего с твоей фигурой не случится от одного раза.
Он попытался затолкать ей в рот остаток своего чизбургера, но Линда сжала губы и яростно замотала головой. Когда экзекуция закончилось, она хрипловато шепнула:
– Ну, я только котлету попробую.
– Окей. – Билл с видом победителя снял верхнюю булочку и дал ей откусить от котлеты, покрытой сыром и кетчупом.
– Ммм, вкусно как… Сто лет ничего такого не ела. Ну, а может ты и прав. От одного раза ничего же не будет?
– А я о чем говорю!
Он поторопился развернуть второй бургер, пока принцесса не передумала. После снятия предохранителя на дегустацию стали отправляться все новые аппетитно хрустящие, сочные, соленые и сладкие соблазнительные кусочки. Следом открылась бутылка шампанского, наполнив бокалы искристыми обезоруживающими пузырьками.
Ливень за окном начал стихать, но небо все еще было поглощено мраком. В один из самых напряженных моментов фильма, когда инопланетный симбиот уже приготовился показаться из тела своего хозяина и напасть на новую жертву, Линда вдруг напряженно прошипела:
– Кажется, за окном промелькнула чья-то тень.
– Да тебе показалось, наверное, слишком в фильм погрузилась, – хотел успокоить Билл, но она так испуганно смотрела в сторону окна, не отводя взгляда, что он на всякий случай решил проверить.
Он встал и сделал два смелых шага от дивана, но вдруг вздрогнул и отпрянул назад, потому что за снаружи что-то загрохотало. Линда взвизгнула.
– Это крышка с металлической бочки упала. Там точно кто-то есть, – затараторила она, вжимаясь в угол дивана.
Билл схватился за кухонный нож, накинул куртку и направился к входной двери.
– Билл, не надо, – жутковато вытаращив прозрачно-серые глаза, вскрикнула Линда.
– Сиди спокойно! – строго приказал защитник и вышел, сразу же заперев за собой.
Она поставила кино на паузу и стала прислушиваться, замирая от страха. Откуда-то из недр собственного тела, словно предвестник землятрясения, неприятными импульсами стала подниматься мелкая дрожь, становясь все чаще с каждым вдохом. Доходя до кончиков пальцев, она превращалась в неконтролируемую пляску, вынуждая разжимать и сжимать попадавшуюся под руки джинсовую ткань, фаланги пальцев подергивались в хаотичном порядке. Из-за окна были слышны глухие звуки осторожных шагов по деревянному полу, затем какое-то непонятное шебуршание… Время потеряло свою значимость. Прошла секунда, минута, а может, полчаса перед тем, как раздался протяжный душераздирающий вой, от которого кожа по всей поверхности похолодела до состояния тысячелетнего ледника.
Линда судорожно впилась в пальцами в бархатистую поверхность дивана и изо всех сил зажмурилась. Но спустя еще пару секунд начала осознавать, что этот звук явно не принадлежал человеку…
Дверь распахнулась от мощного толчка, и в дом ввалился Билл с расцарапанным лицом, держа за шкирку мокрого бродячего кота.
– Это твой?
– Да ты что! У меня нет кошек, – спешно ответила Линда, все еще часто дыша.
– Дерзкий-то какой, посмотрите. Но тебя тут совсем не ждали, – Билл увещевал животное, подняв перед собой и почти уткнувшись своим носом в его. Кот замер и молча внимал с вытаращенными глазами, потому что не знал, что обычно делают в таких случаях. Билл развернулся, чтобы вынести чужака обратно на улицу.
– Может, молока ему нальем? – пролепетала Линда, пока ее сердце замедляло ход, а руки переставали трястись.
– Давай, – без раздумий откликнулся Билл.
Она притащила пластиковый стаканчик с кошачьим угощением, и двое сели на корточки у двери, любуясь, как несостоявшийся четвероногий убийца жадно лакает желанную жидкость.
– Ой, а он тебя нехило поцарапал! Давай обработаю, – предложила Линда, заметив, что из тонких царапин на лбу просачивается кровь.
– Да ладно, так пройдет, – Билл пренебрежительно махнул рукой.
– А ну быстро, я сказала! А то может быть заражение. Смелый чересчур.
Испуганно повернувшись, Билл уставился на нее. Настолько бескомпромиссно прозвучал приказ, и оба расхохотались. Он – из-за ее непомерно грозного вида, напомнившего ругающую непослушное дитя мамашу. Она – из-за его растерянного выражения лица и просто потому, что губы напротив смеялись слишком заливисто.
Когда пара вернулась в дом, Линда расположилась на диване, а Билл морщился, лежа у нее на коленях, пока она прикладывала к царапинам ватку с перекисью водорода. Морщился не потому, что было больно. Скорее эта прохлада казалась приятной. Он просто боялся, что на лице, так беззащитно открытом перед ней и находящемся так близко, станут заметны другие, более личные, эмоции.
Билл потянулся за пультом и нажал на play, заставляя застывшие на экране картинки снова прийти в движение, а потом приподнялся и залпом выпил бокал с шампанским, пояснив: